- Дерьмо на палочке. Теперь их пятеро, - сказал Грейвс.
- Баки, где та минометная группа?
- Должны быть на месте. Я снова вызову огневую поддержку, - сказал Баки по радио.
Четверо мужчин обменялись встревоженными взглядами.
Последний танк был почти рядом с ними, когда земля содрогнулась от взрыва.
Грейвс широко раскрытыми глазами смотрел в перископ, но было трудно понять, что только что произошло. Дым поднялся в воздух примерно в пятидесяти ярдах от них, что означало, что танк, вероятно, подорвался на одной из мин.
- Oгонь! - закричал Баки в рацию.
- Поверни налево, ударь этого сукиного сына! - закричал Грейвс.
- В процессе, - протянул Большой Техасец, не отрывая глаз от перископа наводчика.
Танк дернулся, когда выстрелил. Снаряд попал в заднюю часть вражеского танка, и отскочил в сторону. Группа фрицев-пехотинцев, следовавших за ним по пятам, упала в грязь.
Противотанковое орудие разорвало немецкий танк на части, как банку со шпротами. Башня взлетела в воздух, когда танк взорвался. Поднялся дым, и каким-то образом, пережив взрыв, один из находившихся внутри людей выбрался наружу. Он был весь в огне, его лицо кровоточило. Его пронзительный крик напугал Мерфа, который ожидал, что в любую секунду он выйдет из танка таким же образом.
- Ударь по нему еще раз, - сказал Грейвс.
- Уже занимаюсь этим, сержант, - сказал Большой Техасец.
Орудие снова загудело, когда танк с грохотом ожил. Им повезло, что они сделали два выстрела, но им нужно было переместить машину, если они надеялись выжить в ближайшие несколько минут.
Второй снаряд ударил низко и разбил колесо, которое удерживало гусеницу на месте. Полетел металл, и немецкая пехота пригнулась.
Другие танки загрохотали, пытаясь уничтожить отряд фрицев. Какой-то человек высунулся из-за деревьев и открыл огонь по вражескому танку. Снаряд из базуки попал высоко, но не причинил ощутимого вреда. Немцы открыли огонь по месту расположения специалистов по подрыву.
Они, в свою очередь, были встречены пулеметным огнем и гранатами.
Грейвс стиснул зубы. Засада была проведена идеально, и на долю секунды показалось, что американцы одержали верх. Если бы они могли убить танкистов, остальное было бы обычной зачисткой.
Затем "Панцершрек"[15] нашел один из "Шерманов" и поднял в воздух куски металла.
Танк Баки откатился назад, ища деревья, но другой "Шерман" был разорван в клочья. Он продвинулся на несколько футов назад, затем остановился, потому что протектор оторвался. Немецкий танк развернул свою пушку и прикончил танк союзников выстрелом, который снова сотряс землю.
Еще один снаряд из базуки М1А1 вылетел из-за деревьев и пробил дыру в земле там, где стояла немецкая противотанковая команда. Люди и металл взорвались какофонией криков.
Американское противотанковое оружие выстрелило снова, и металл разлетелся вдребезги. Пораженный танк покатился вперед, затем под углом. Башня открылась, и из нее повалил дым, за которым последовали офицер СС и экипаж. Союзники подстрелили их, когда они пытались выбраться из боевой машины.
Но все еще оставались два исправных танка и достаточно немецкой пехоты, чтобы убить всю их команду.
- Оружие левее, оружие левее! Oгонь! - кричал Грейвс.
- Уже, - протянул Большой Техасец, его голос от напряжения повысился на одну октаву.
- Чего бы я сейчас не отдал за некоторую поддержку с воздуха, - сказал Грейвс, желая, чтобы пара "Мустангов"[16] появилась над полем боя и расплющила эту кучу в землю.
Снаряд, не причинив вреда, разорвался в корпусе танка.
- Господи, он поймал нас, прямо сейчас!
Танк загрохотал вправо. Немецкий танк выстрелил и нанес скользящий удар. Если бы они не двигались, снаряд пробил бы башню и взорвался внутри, разорвав людей на куски. Их частей не хватило бы, чтобы положить в коробку и отправить домой.
Противотанковое орудие заговорило снова, но снаряд промахнулся.
- Мы потеряли минометные группы? - спросил Грейвс.
- Они уже в пути, старший сержант. Они попали в беду, - сказал Баки по радио.
- Слава Богу, - пробормотал Грейвс.
У команды из шести человек было всего дюжина 60-миллиметровых патронов и две базуки, но они могли использовать каждую унцию помощи, которую могли получить.
Вдалеке раздался удар, а затем со свистом упал снаряд, который принес Грейвсу сладкое облегчение. Минометный снаряд ударил в то место, где его танк занял место несколько секунд назад. Взрывчатка, вероятно, нанесла бы небольшой ущерб, но это заставило бы немцев разозлиться. Баки крикнул по рации, чтобы отрегулировали огонь.
Пехота союзников перестрелялась с фрицами. Огонь из стрелкового оружия разнес дерево и заставил людей пошатнуться.
Они вывели из строя два танка и отправили один в ад. Это оставляло по два исправных танка с каждой стороны. Шансы были близки, но это был только вопрос времени, когда доминирующий немецкий металл возьмет под контроль небольшое поле боя.
"Шерман" был частично скрыт рощицей деревьев, но преследующему танку не потребовалось бы много времени, чтобы найти их.
Мины упали на немецкую пехоту, заставив ее карабкаться по заснеженной дороге. Тела лежали неподвижно, в то время как люди пытались утащить раненых с крошечного поля боя.
Вражеский танк выстрелил, и снаряд попал в танк Баки.
- Мы поражены! - выкрикнул Баки, и затем танк взорвался огромным огненным шаром.
Американская противотанковая команда открыла огонь, и танк, убивший Баки и его команду, взлетел на воздух.
Оставшийся танк нацелился на противотанковую команду и прикончил их осколочно-фугасным снарядом. Раздался звук вторичных взрывов, когда разорвались 37-миллиметровые снаряды.
- Блядь! - выругался Грейвс.
Гейб развернул танк задним ходом, пытаясь увеличить расстояние между ним и немецким танком.
Мерф уже стрелял из пулеметного порта по немецкой пехоте.
- О, черт, - сказал Грейвс, когда оставшийся танк нацелился на их местоположение.
- Двигай, сержант! - завопил Мерф.
- Господи Иисусе! Hам нужно убираться отсюда к чертовой матери, - зловеще сказал Грейвс.
Сержант Грилло стряхнул с головы мусор. Его каска былa отброшенa на несколько футов в сторону. Его уши были набиты ватой, а из носа текла кровь. Что-то подхватило его, как тряпичную куклу, и швырнуло на землю. Рядом с ним капитан Тейлор лежал на спине и быстро моргал.
Беднягу Робинсона погрузили на заднее сиденье джипа, но теперь он лежал на земле с огромной дырой посреди тела.
Грилло схватил свою каску и нахлобучил еe на макушку, затем попытался встать на четвереньки. "Томпсон", из которого он стрелял, застрял под боком джипа. Он схватил деревянный приклад и несколько раз дернул, пока тот не оторвался.
Он был потрясен, и его бок болел там, где его ранили ранее.
Грилло с трудом поднялся на ноги и обнаружил, что его вот-вот догонят.
Один из мужчин позади него застрелил немца. Затем "БАР" выстрелил на полную мощность.
- Нужно перевернуть джип. Повреждения выглядят не так уж плохо, - сказал Тейлор, стряхивая мусор со своей каски.
Мужчины собрались вокруг них и поставили джип обратно на колеса. Они укрылись за машиной и открыли огонь по приближающимся немцам. Фриц, одетый в белое, переполз через джип, чтобы добраться до них. Оуэн, пулеметчик, схватил немца и оттащил его, затем вонзил нож ему в грудь.
Глаза фашиста остекленели и были почти полностью белыми. Он резко повернул голову и уставился на Оуэна, затем его губы оторвались от окровавленных зубов. Пронзительный вой вырвался из его рта.
- Сдохни, блядь, ты, гребная фашистская свинья! - закричал Оуэн.
Немец не хотел подчиняться. Он схватил Оуэна за руку и потянул его вниз. Они дрались, Оуэн размахивал большими кулаками, немец - медленными, механическими движениями, несмотря на то, что его лицо превратилось в месиво.
Грилло прицелился из "Томпсона" и попытался прицелиться солдату в голову, но испугался, что попадет в Оуэна.
Капитан Тейлор поднялся на ноги, прицелился в нескольких немцев и выстрелил. Пули вонзались в плоть, но разъяренная толпа, казалось, не чувствовала этого.
- Кто-нибудь, посмотрите, заводится ли джип. Мы убираемся отсюда, парни.
Немцев подходило все больше и больше, и у них были такие же белые глаза, как у солдата, с которым сражался Оуэн.
Оуэна толкнули, и немец оседлал его, как ковбой, и его руки обвились вокруг шеи парня. Грилло прицелился и снес фрицу часть головы. Тело шлепнулось на бок и больше не двигалось.
- Сукин сын укусил меня! Cукин сын, блядь, укусил меня! - взвыл Оуэн.
Раненый сержант Пирс забрался в джип и проверил зажигание. Джип пару раз протарахтел, а затем двигатель заработал и ожил.
Тейлор скользнул на водительское сиденье, а Пирс, придерживая раненую ногу, сел на пассажирское. Оуэну удалось поставить своего напарника на позицию, и они установили пулемет на заднюю часть джипа. Орудие открыло огонь короткими очередями, повалив линию из нескольких немцев.
- Слушайте внимательно, ребята. Мы отступаем. Мне нужно доложить об этом командованию, но чертова рация пропала. Я не брошу ни одного парня. Если вы занимаетесь ранеными, немедленно тащите их в джип, - крикнул капитан Тейлор.
Из двадцати или около того мужчин, которые начали день в "Бейкер", осталось только восемь или девять.
Грилло воспользовался "Томпсоном", который одолжил у сержанта Пирса. Он прицелился в пару наступающих фрицев и разрубил их пополам.
- По крайней мере, они больше не стреляют в нас, - сказал он.
- Проклятые фрицы сошли с ума, - сказал Пирс. Он выстрелил немцу в голову из своего пистолета. - Грилло, бегом на заднее сиденье! Ты ранен?
- Не все так плохо, сержант, я все еще могу стрелять.
- Ну так стреляй, мать твою!
- Есть, сержант, - сказал Грилло и протиснулся в заднюю часть джипа.