– Правильный вопрос не «где», а «когда», – голос показался ему знакомым.
– Когда? – повторил он.
Ответом ему был смех, похожий на звон серебряных колокольчиков. Существо, несомненно, развлекалась. Кьорл невольно улыбнулся.
Пространство заволокло туманом. Эльф пробирался сквозь его влажные щупальца. Временами Кьорлу казалось, что он идет по плитам древней дороги. Гать была скользкой от слизи, неровные камни, из которых она состояла, местами полностью утопали в лужах вздувающейся пузырями грязи. Туман висел вдоль дороги, опускаясь всё ниже и становясь ощутимо гуще.
Из тумана появились белые каменные статуи. У некоторых руки были поняты в знак приветствия, другие были до крайности удивленными. Одна из статуй будто плакала. На него взирали высеченные из камня глаза, и казалось, они следят за ним.
Впереди Кьорл заметил какое-то движение. На дорогу упала тень. Навстречу шагал эльфи чем ближе он подходил, тем больше Кьорл узнавал его. Фигура мерцала и переливалась всеми цветами радуги.
– Отец?! – Кьорл шагнул вперёд, не в силах поверить.
Карион стоял перед ним, глядя на сына с любовью и затаенной тревогой.
– Отец, – Кьорл попытался обнять его, но Карион отступил.
– Не прикасайся ко мне, сын!
Кьорл остановился. Нереальность происходящего затягивала его в свой водоворот. Он тряхнул головой, пытаясь прогнать морок, но видения не исчезали.
– Послушай меня, Кьорл, – Карион отступил еще на шаг. – Ты в опасности. Рэлеван проклял наш род. Как только ты войдешь в печать, магия убьет тебе, как меня и твоего деда.
– Я знаю, – спокойно ответил Кьорл.
– Сын, заклинаю тебя – уходи! – рядом с Карионом возникла Тавия. – Печать убьет тебя!
– А если не печать, то чудовища, – добавил Карион.
– Или меня, или всех нас. Если я могу хоть что-то исправить, значит я должен сделать это.
Кьорл отвернулся и пошел прочь. Когда туман растаял у него за спиной, там уже никого не было.
6
– Айдан, – голос, позвавший его, показался слишком знакомым.
Эльф обернулся. Ему почудилось, что он оказался на острове в Айленвуде. В нос ударил удушливый аромат асфоделей, от воды поднимался густой туман. Перед ним стояла Сиолана, у нее за спиной маячили колонны Храма Селены. Фигура жрицы казалась полупрозрачной, как тень в лучах луны. Айдан не решился подойти, он, как завороженный, следил за ней. Сиолана двинулась навстречу, словно поплыла по воздуху.
– Айдан, любовь моя, – жрица обвила его шею руками.
Эльф вздрогнул. Пальцы Сиоланы были холодны как лед, на губах играла хищная улыбка.
«Это не Сиолана!», –одернул себя Айдан. Он прекрасно помнил ее отказ, из-за чего они с Кьорлом некогда крепко повздорили. Эльф оттолкнул жрицу и сделал шаг назад.
– Что с тобой. Айдан? Ты не узнал меня?
Эльф тряхнул головой, стараясь прогнать морок, но жрица не исчезла, а, наоборот, снова попыталась повиснуть у него на шее. Он отгородился от нее рукой.
– Пойдем со мной, Айдан, – жрица тянула его за локоть. – Вместе мы будем править Айленвудом, ты и я!
– А как же Кьорл?
Сиолана улыбнулась еще шире. Айдану показалась, что у нее выросли клыки.
– Кьорл навсегда останется в подземельях Соколиного замка.
– Нет! – эльф уперся спиной в каменную стену башни.
Сиолана исчезла. Из тумана выпрыгнула химера, лишь внешне напоминающая жрицу Селены. Тварь повалила Айдана, крючковатые когти вцепились в нагрудник. Эльф едва успел выхватить меч. Изогнутое лезвие распороло чудовищу живот, из раны вывалились зловонные внутренности.
Айдан оттолкнул бьющуюся в конвульсиях тварь, успевшую полоснуть его когтем по щеке. Тело упало с лестницы. Эльф перегнулся через перила. На мраморных плитах пола лежала Сиолана, по белым одеждам растекалось алое пятно крови.
– Сио! – Айдан упал на колени и зарыдал, закрыв лицо руками.
Туман рассеялся, иллюзия исчезла.
7
Ширрас остался один.
Он несколько раз обернулся в поисках своих спутников, но весь отряд куда-то исчез. Он позвал Кьорла, затем Айдана – безрезультатно.
«Иллюзия!», – решил эльф.
Небо заволокло темными тучами. Сквозь них Ширрас пытался разглядеть потолок зала. Лестница тоже исчезла в густом тумане.
Фигура показалась ему знакомой. Перед ним стояла его мать со скорбным лицом.
– Где твой отец? – резко спросила она. – Он не пришел вчера домой!
Ширрас удивился. Анель была в Акрепии, за сотню миль отсюда.
– Отец умер, – сообщил Ширрас. – Пал от рук таинственных убийц.
– Это ты приказал убить его! Отцеубийца!
– Мать, как ты можешь говорить такое?! Я бы никогда…
– Убийца!!! – взвыла Анель. Ее пальцы вытянулись в крючковатые когти, тело изогнулось, сама она стала похожа на химеру. Из растянутого рта свисал длинный фиолетовый язык, покрытый мелкими шипами, на пол капала слюна.
Ширрас обнажил меч.
Химера прыгнула на него, но эльфу удалось увернуться, его удар оставил на боку чудовища длинную глубокую рану. Тварь завыла и ударила его хвостом, зубы клацнули в паре сантиметров от горла. Ширрас отпрыгнул, защищаясь, прижался спиной к холодному камню. Отступать было некуда.
Язык химеры обвился вокруг лодыжки его и по-змеиному стиснул ее. Эльф потерял равновесие и упал, а тварь, злобно рыча, тянула его в пасть. Теперь Ширрас порядком разозлился. Его меч сверкал как молния, он несколькими ударами снес голову и передние лапы химере. Кровь толчками била из перерубленной шеи, заливая мраморную лестницу. Туман постепенно рассеивался.
8
Левадис замер в двух шагах от пропасти. Оружейник не понял, как забрел сюда. Он был уверен, что не выходил из башни и вообще не двигался. Сквозь туман проступили очертания знакомой фигуры. Ему навстречу шел Рэлеван.
Король эльфов выглядел намного моложе, чем его запомнил оружейник. Он шел, опираясь на посох мага, на голове сияла корона. Та, которую они с Кьорлом совсем недавно забрали из королевской усыпальницы.
– Мой господин, – Левадис опустился на колени.
– Я приказал тебе охранять Кариона!
– Мой господин, я не смог, – только и смог сказать Левадис.
Лицо Рэлевана исказилось злобой.
– Ты ослушался моего приказа, Левадис, и убил моего сына!
– Это не я! Это заговор клана Зирт!
Король не слушал его.
– Ты должен умереть!
Рэлеван ударил оружейника тяжелым посохом в грудь. Левадис оступился, но удержал равновесие. Камни с грохотом обрушились у него под ногой, и он упал в пропасть вместе с ними. Чья-то невидимая рука ухватила его за плечи. Иллюзия рассеялась.
– Держу! – голос показался Левадису знакомым.
Айдан помогал Кьорлу вытаскивать оружейника, цепляющегося за край лестницы.
– Рэлеван приказал мне умереть, – выдохнул Левадис, стоя на четвереньках.
– Тебе это почти удалось, – скривился Ширрас. Эльф стоял с обнаженным мечом, на клинке темнели капли крови. Рядом Айдан, бледный как полотно, стирал с доспехов зловонную жижу.
– Если вы решили убить друг друга, то выбрали не лучшее время и место, – Левадис тяжело дышал, по спине стекали струйки пота.
– Печать действует на наш разум, – сообщил Кьорл. – Мы все подверглись иллюзии, которая чуть не убила каждого из нас.
– В прошлый раз я был птицей, – заметил Ширрас. – Это было намного приятнее.
– Даже не спрашивай, что я видел, – отмахнулся от него Айдан.
Раздался треск. Основание башни задрожало. Лестница покрылась трещинами, несколько ступеней обвалилось. Эльфы вцепились в перила. Ширрасу показалось, что башня начала поворачиваться вокруг своей оси.
– Надо рискнуть, Кьорл, – поторопил его Айдан. – Или скоро мы все здесь станем духами.
– Ждите здесь, – Кьорл стал спускаться, держась за стену.
Левадис перекинул на плечо двухклинковую глефу.
– Я пойду с тобой!
– Нет! – резко оборвал его Кьорл. – Оставайся на месте – это приказ. Вниз я пойду один.
Мраморный пол башни был весь покрыт тонким узором переплетающихся, сверкающих линий и символов, выложенных цветными кристаллами кварца и турмалина, образующих круг. От пяти камней в центре вверх поднимался столб света, между камнями темнел отпечаток ладони, оставленный Рэлеваном. Основание башни медленно перемещалось, Кьорл чувствовал движение с каждым шагом.