106
на не меньшим бедствием, чем были когда-то первые выпадения Нитей..
Но ведь яйцо вернулось! И целехонькое, хотя и "повзрослевшее" на добрый десяток дней. Робинтон решил воспользоваться этим обстоятельством. Вероят-но, Лесса даст уговорить себя повременить до вылуп-ления королевы. Но окажись с ней что-нибудь не в порядке -- Робинтон не сомневался: вот тогда-то Лесса будет настаивать на отмщении."
Нет. Он станет твердить, что яйцо все же верну-лось, а значит, нельзя винить всех южан в этом отвратительном преступлении. Кто-то из Древних еще уважал старинные правила чести. Без сомнения, у кого-то из них хватило ума понять, сколь суровое возмездие может постичь злоумышленников. И, есте-ственно, они желали такого противостояния не более, чем сам Робинтон.
-- Невеселый денек, -- печально прогудел сзади чей-то бас.
Робинтон искренне обрадовался Мастеру кузнецов:
поддержка этого разумного человека была ему как раз кстати. Тревога заострила мрачноватые черты Фандарела; Робинтон впервые заметил на его лице признаки возраста и нездоровую желтизну глаз.
Кузнец между тем продолжал:
-- Да, за такое вероломство надо карать-. Но ведь нельзя!
"Драконы против драконов-." -- вновь с ужасом подумалось Робинтону. Вслух он сказал:
-- Ты прав. Слишком многое будет погублено без-возвратно.
-- Они, -- с нажимом выговорил Фандарел, -- и так все уже потеряли, когда отправились в ссылку. Я и то думал -- почему они еще раньше не восстали?
-- Вот видишь, все-таки восстали. Да притом ото-мстили.
-- Чтобы местью породить месть, -- буркнул куз-нец. -- Вот что, дружище, сегодня хладнокровие тре-буется нам, как никогда. С Лессой, боюсь, тяжело будет столковаться. И так уже у нее эмоции переве-сили здравый смысл.. -- И он указал на кожаную
107
подушечку на плече Робинтона, где обычно сидел любимец арфиста, бронзовый Зейр. -- Куда хоть ты дел своего малыша?
-- Он в вейре у Брекки вместе с Бердом и Гралл. Я хотел отослать его с Менолли в наш Зал, но он отказался.
Кузнец медленно и грустно покачал головой и вместе с Робинтоном вступил в комнату советов.
-- У меня, -- сказал он, -- своего файра нет, но я слышал о них только хорошее. Как может такое быть, чтобы они кому-то причинили хоть какой-ни-будь вред?..
-- Значит, ты поддерживаешь меня в этом, Фан-дарел? -- спросила Брекки, входя следом за ними вместе с Ф'нором. -- Лесса не похожа сама на себя! Я вполне понимаю ее беспокойство, но нельзя же позволить ей предать проклятию всех файров из-за озорства лишь нескольких...
-- Озорства? -- возмутился Ф'нор. -- Смотри, ус-лышит Лесса, что ты называешь эту выходку озор-ством! Ничего себе озорство -- стащить королевское яйцо!
-- То, что сделали ящерицы, было именно озорст-вом, -- стояла на своем Брекки. -- Они все время наведывались в пещеру к Рамоте, с того самого дня, как она отложила яйца. Откуда им знать, что хоро-шо, а что плохо?
Голос Брекки звучал резче обычного, и по тому, как сжал губы Ф'нор, Робинтон понял, что супруги были далеки от согласия.
-- Значит, придется им это узнать- -- не вполне благоразумно начал Ф'нор, но Робинтон перебил его, не желая, чтобы этот горестный день еще и бросил тень между влюбленными:
-- Боюсь, мы -- те, у кого нет драконов, -- по-рядком-таки избаловали наших маленьких друзей. Мы повсюду таскаем их с собой, позволяем всякие вольности и вообще носимся с ними, точно родители с поздним ребенком. Но, конечно, это такая мелочь по сравнению с сегодняшними событиями...
108
Ф'нор, смягчаясь, кивнул арфисту:
-- Только представь, Робинтон, что было бы, если бы яйцо не вернули,--- Он конвульсивно дернул плечами и с силой потер лоб, словно стараясь стереть самую память о происшедшем.
-- Если бы яйцо не вернули, -- неумолимо про-должал Робинтон, -драконы пошли бы в бой на драконов!
Он выговорил это раздельно и веско, со всей силой отвращения и ужаса, который внушала ему сама эта мысль.
Ф'нор затряс головой, отвергая возможность по-добного исхода:
-- Нет, Робинтон, до этого бы не дошло. Ты был мудр.
-- Мудр?! -- В устах разъяренной Госпожи Вейра это слово, подобно ножу, прорезало негромкий гул голосов. Лесса стояла у входа в зал: худенькое тело напряжено до предела, лицо было мертвенно-бледно от гнева, -- Мудр! Ничего себе мудрость -- спускать подобные преступления! Чтобы они затевали новые вероломства?.. Нет, что за нелегкая понесла меня тогда за ними сквозь время! Только вспомнить, как я молила этого прыща Т'тона прийти к нам на помощь!. Ха, помощь! Вот чем все кончилось -- кра-жей яйца моей королевы. Если бы можно было ис-править ту мою глупость...
-- Вот что действительно глупость, -- холодно ска-зал Робинтон, -- так это твое нынешнее поведение. -- Говоря это, он хорошо сознавал, что вполне может настроить против себя Предводителей и Мастеров, со-шедшихся в зал. -Яйцо вернулось, не так ли?
-- Да, и когда я....
-- Но ведь полчаса назад -- час назад -- ты только об этом и мечтала, верно? -- спросил Робин-тон и повелительно возвысил голос: -- Ты хотела вернуть яйцо. Если бы ради этого ты послала дра-конов против драконов, ни у кого не повернулся бы язык тебя осудить. Но яйцо возвратили. Так что же, бросить драконов против драконов только из мести?
109
Ох, нет, Лесса. Такого права у тебя нет. Из мести -- нет! Между прочим, что касается возмездия-, ты толь-ко подумай: ведь у них ничего не вышло! Яйцо-то не у них! И потом, их действия насторожили все Вейры, а значит, во второй раз уже не получится. Они упустили свой единственный шанс. Лесса. Рухнула последняя надежда возродить вымирающих бронзо-вых. Кто-то сумел им помешать. И что теперь у них впереди? Ничего! Никакого будущего, никакой на-дежды! Ничего худшего ты. Лесса, при всем желании не сможешь им причинить. Да и не имеешь ты права ничего сделать после возвращения яйца. Перн тебе этого не простит.
-- Я имею право отомстить за оскорбление, нане-сенное мне, моей королеве и моему Вейру!
-- Оскорбление? -- И Робинтон рассмеялся ко-ротким, лающим смехом. -Милая моя Лесса! Это было не оскорбление, а, наоборот, комплимент выс-шей пробы!
Его неожиданный смех и столь же неожиданная интерпретация событий заставили Лессу изумленно умолкнув.
-- Сколько королевских яиц было отложено в те-чение прошлого Оборота? -- обратился Робинтон к остальным Предводителям и сам же ответил: -Не-мало, и притом в Вейрах, известных Древним куда подробнее, нежели Бенден. Но нет, им потребовалась королева непременно из потомства Рамоты! Они вы-брали самое лучшее, что есть на Перне! -- Он вновь повернулся к Лессе, и в голосе его прозвучало сочув-ствие и глубокое сострадание: -- Послушай, Лесса... всем нам недешево обошелся этот поистине страшный день. Ни один из нас не способен к здравому рас-суждению... -- И когда он провел рукой по лицу, этот жест не был притворным: по вискам его лился пот -- так велико было усилие, долженствовавшее изменить настроение множества людей. Он продолжал: -- Сей-час все мы слишком возбуждены, чтобы принимать какие-то решения, А на тебя. Лесса, пришлась глав-ная тяжесть... -- И, взяв под руку потрясенную, но
110
послушную Госпожу, он подвел ее к креслу и усадил с величайшим почтением и заботой. -- Должно быть, горе Рамоты едва не свело тебя с ума. Теперь, веро-ятно, она несколько успокоилась?
Лесса даже приоткрыла рот от изумления, неот-рывно глядя на Робинтона. Потом кивнула и обли-зала пересохшие губы.
-- Значит, и ты постепенно придешь в себя. -- Робинтон налил вина и подал ей кубок. Она рассе-янно отпила, все еще находясь во власти его слов. -- Придешь в себя и поймешь, -- добавил Робинтон, -- что наихудшая катастрофа, которая могла бы слу-читься на этой планете, -- это сражение драконов с драконами!
Лесса резким движением постаила кубок -- вино плеснуло на каменную столешницу.
-- Так ты... своими умными речами." -- И она поднялась из кресла, точно спущенная пружина. Вы-тянутый палец указывал на Робинтона: -- Ты...