- Пусть попробуют. Я сейчас в своем праве. Абсолютно.
Я бы с удовольствием сейчас очутилась в коридоре рядом с Ренаром, но увы, господа маги решили, что мое присутствие здесь необходимо.
Франц вдруг выпрямился и посмотрел прямо на меня. Я замерла, пытаясь вжаться в стенку, потому что совершенно не знала, чего ожидать - слишком уж бешеным, почти фанатичным был этот взгляд, похожий на взгляд загнанного зверя, готового броситься на противника со всей решительностью и отчаянием. Конечно, вряд ли Франц попытался бы причинить мне вред в присутствии двух магов, но выглядел он сейчас почти устрашающе и одновременно жалко - бледный, с растрепанными и немного влажными волосами, едва не плачущий взрослый и сильный с виду парень, который вдруг стремительно преодолел разделяющее нас расстояние и бухнулся передо мной на колени прежде, чем кто-то вообще успел среагировать.
- Смилуйтесь, госпожа! - едва ли не истерически вскрикнул он. - Простите меня!
Дверь открылась так резко, что вздрогнули все, даже Франц, в данный момент увлеченный тем, что пытался схватить меня за ноги, - я категорически уворачивалась и пыталась оттолкнуть от себя парня, попутно уговаривая его, что извинения были достаточно искренними, госпожа его простила и вообще, я сама того не хотела, только отцепись от меня, несчастный, синяков понаоставляешь!
- Вы тут все живы вообще? - поинтересовался Ренар. - Ой, Мари, не висни на мне! - он с трудом вытащил меня из-за спины, куда я спряталась от повышенного внимания Франца, продолжавшего лепетать извинения. Хорошо, хоть с колен встал. - Эй-эй, парень, полегче! Видишь, леди тебя уже простила и сейчас совершенно точно не намерена продолжать ваше общение.
Я согласно закивала из-за его плеча и как можно более внятно и торжественно произнесла:
- Франц, я приняла ваши извинения и... - я рассеянно зыркнула в сторону Кондора, который до этого наблюдал за разворачивающейся сценой, словно это было бесплатное представление для него лично, а сейчас стал настороженнее и ждал, как я буду себя вести. - И больше не держу обид.
Кондор одобрительно улыбнулся мне и, проходя мимо вставшего в каком-то радостном оцепенении Франца, дружески похлопал его по плечу:
- Леди сказала свое слово, Франц. Прекратите открывать рот, как удивленная рыба.
- Ладно, это все замечательно, - Ренар высунул голову в коридор и настороженно прислушался, щурясь в сторону лестницы, - но сейчас в дверь постучат.
Пришла моя очередь удивленно открыть рот, потому что события начали развиваться как-то слишком стремительно.
Герхард вмиг приосанился, одернул сюртук и суетливо вышел из комнаты, сохраняя странное, неприятное молчание, от которого Кондор и Ренар переглянулись, и быстрым шагом спустился по лестнице.
- Он недоволен, - сказала я, глядя в полумрак коридора. Внизу что-то упало, вслед за звуком падения послышалось раздраженное шипение и ругательство.
- Еще бы ему быть довольным, - Кондор подтолкнул все еще не до конца пришедшего в себя Франца к выходу. Тот косился на меня с ужасом, словно я сейчас кинусь и разорву его на куски. - О причинах его недовольства мы еще поговорим, Мари. Пока что будь еще тише, чем ты ведешь себя, когда не злишься, и постарайся не делать резких движений. Сколько там человек, Ренар?
- Я чувствую четверых. Злобой и страхом от кого-то из них веет очень хорошо.
Я вытаращилась в его сторону, только сейчас осознав, что он, кажется, и до того сказал нечто странное: не может человек отсюда, со второго этажа, узнать, что кто-то подходит к дому. Ренар перехватил мой взгляд и тонко улыбнулся, чуть задрав голову, словно бы пытался покрасоваться, но ничего не сказал по этому поводу, только предложил взяться за руки и пойти вниз.
- Хотя бы ты мне объясни... - начала я, но он меня быстро перебил:
- Мы так и думали, - тихим шепотом сказал Ренар, покрепче перехватывая мою руку, будто бы я собиралась сбежать и спрятаться, - что кто-нибудь из родственников парня непременно начнет суетиться и прибежит к Герхарду так быстро, как сможет, когда узнает, что он не снял проклятие сразу, и будет возмущаться по этому поводу. Мы надеялись успеть до того, как они придут, но, скорее всего, сейчас ты станешь свидетелем занимательного, почти драматического действа... Что?
Он резко остановился и изумленно посмотрел вниз, облокотившись на перила. Я спряталась за его плечом, наблюдая тихонько, как очень смущенный мужчина в форме местной городской стражи, высокий и крепкий, пытается что-то виновато объяснить господам магам, показывая то и дело пальцем в сторону другого мужчины, чуть ниже ростом и в совсем другой одежде. Я присмотрелась к лицу, понимая, что это, скорее всего, отец бедняжки Франца - очень похожи. Видно, в кого сынок пошел нахальством: его отец буквально занимал все пространство, низковатый рядом со стражником, но крепко сбитый и одетый так ярко, что у меня немного рябило в глазах от сочетания красного и зеленого. Злой и хмурый, отец Франца сейчас стоял, скрестив руки на груди, и с почти что ненавистью поглядывал в сторону тихой, молчаливой девушки в простеньком платье и выцветшем сером пальто. Я не сразу сообразила, откуда я ее знаю, пока девушка не посмотрела в мою сторону - мельком, но так, словно бы знала: я ее вижу и смотрю прямо на нее. Немного отрешенное лицо мгновенно приобрело сосредоточенное выражение.
- Что? - не удержалась я, высовываясь из-за плеча Ренара. - Ренар, я ее видела тогда! Это она... м-м-м...
Его ладонь закрыла мне рот, но было поздно - откуда-то из-за спины стражника вылез тот самый друг Франца, который стоял с ним на крыльце, и что-то сказал, показывая пальцем в нашу сторону. Все, конечно же, обернулись, и под семью взглядами, выражавшими абсолютно разные эмоции, от ярости и недовольства - до банального удивления, мне оставалось только улыбнуться и махнуть ручкой:
- Здрасьте!
Кажется, ближайшие полгода мне придется провести в уютном аквариуме где-то на полке в кабинете Кондора.
Понятное дело, отцу мальчишки не понравилось то, что проблему его бедового сына Герхард не решил сразу. Люди почему-то иногда твердо уверены в том, что им все должны, особенно - вышестоящие и власть имущие, потому что раз уж ты обладаешь силой, будь добр заботиться о том, кто слабее тебя. Только вот господин Феррано не учитывал тот факт, что Мастер Герхард, к сожалению, не слишком хорошо лечил. Чтобы лечить магией нужно чуть больше, чем просто усилие Воли, направляющее Поток, здесь еще смотреть нужно правильно и знать кое-что, чем Герхард в студенческие времена пренебрегал. Нельзя же объять необъятное, правда? Со своими прямыми обязанностями Герхард справлялся хорошо и снять с парня След оставленного проклятия, запускающий процесс со всеми его неблагоприятными последствиями, мог, а вот устранить эти самые последствия, уже возникшие, - нет. Так что бедняга Франц благополучно проспал в гостевой комнате, которую Герхард называл про себя "лазаретом", пока Мастер Юлиан не изволил явиться - быстро и не один. Герхард такой прыти не ожидал, думал, что отпрыск дель Эйве и пальцем не пошевелит, чтобы помочь какому-то там горожанину, а уж то, что он все-таки притащил с собой девчонку, которую дружок Франца, Берселл, упоминал, пока рассказывал, что случилось, - это вообще было неожиданностью.
Герхард хорошо знал, что именно происходит в Замке, спрятанном в горах, и сначала решил, что мальчишки спятили или пытаются скрыть что-то посерьезнее словесной перепалки, потому и врут насчет встречи с кем-то из Замка. Пара ведьм, способных на проклятия, в Йарне была, Герхард краем глаза следил за обеими, чтобы те не потеряли контроль над Силой, и если мальчишки обидели одну из них - то, он не сомневался, получили по заслугам, и маг был готов лично отстаивать это на суде, если тот вдруг случится.
Но все оказалось куда сложнее.
И сейчас, глядя на Хёльду, которую приволок Феррано, заручившись поддержкой стражи, Герхард пытался придумать, как бы ему выкрутиться из сложившейся ситуации, чтобы и доверие горожан сохранить, и Хёльду не подвести под штраф. Ну, и господин дель Эйве совершенно точно не горел желанием привлекать лишнее внимание к способностям своей подопечной и приволок ее с собой, видимо, чтобы наказать зарвавшегося мальчишку или ей самой показать, на что способна магия.