— Долго мы здесь находимся?
— Почти трое суток. За это время тебя обследовали при помощи самой современной аппаратуры, сняли все параметры, сосчитали зубы с пальцами, сделали анализ мочи и кала. Вот так. Да, забыл сказать! В результате первичной обработки были умерщвлены злодейской смертью двести семьдесят триллионов вредоносных микроорганизмов, бактерий, вирусов. Вечная им память. Ладно, хватит болтать. Нас ждут медики. Не стоит испытывать их терпение. В ином случае они пришпандорят тебе вместо рук щупальца и присобачат к заднице рыбий хвост. Шутка. Поднимайся…
В стене напротив лежанки открылся проход. Через него мы проникли в затенённый коридор, по которому небольшими группами, но чаще поодиночке, двигались удивительные существа, описать которые не хватит слов! Они дружески приветствовали моего сопровождающего жутким жужжанием, кряканьем, рычанием, проникновенным бульканьем, нежным щебетанием. Он непринужденно отвечал им по-русски и спокойно следовал дальше. У меня перехватило дыхание. В голове все смешалось совершенно. Я испуганно смотрел по сторонам и старался не отстать от Леонида.
В конце коридора мы попали в комнату контроля. В ней стоял термограф. Он производил идентификацию всех желающих попасть на соседний уровень. Аналогичные помещения располагались по всему Центру. С безопасностью никто не хотел шутить…
Так передвигаясь по многочисленным коридорам, переходам, ярусам мы достигли медицинского блока. При входе в него мы столкнулись с кошкообразным типом: страшным, напряженным, непрерывно жующим. Чудище злобно зашипело на Леонида. Он что-то быстро ответил, и зверюга уставилась на меня зелеными, жуткими глазищами без зрачков, затолкала в пасть горсть какой-то гадости и…исчезла. Хансен похлопал меня по спине и попросил не волноваться. Вождь Хамелеон совершенно безобиден, обладает воистину ангельской кротостью, а в злюку превращается тогда, когда у него кончаются жареные тараканы.
Меня пригласили в блок. Три странных, переливающихся внутри эластичных комбинезонов подобно ртути, существа уложили меня на бархатистый стол и немедленно ввели в транс.
Из медицинского блока я вышел совершенно здоровым, сильным, красивым, с румянцем во все щеки. Необыкновенная радость клокотала в груди. Сердце ритмично, мощно гнало кровь по жилам. Ко всему прочему я стал понимать окружающих. Хансен любезно пояснил — мне вживили информационный датчик, который позволял свободно общаться с существами с различных планет.
— Добро пожаловать в нашу дружную семью, — объявил возникший неизвестно откуда Вождь Хамелеон. — С сегодняшнего дня тебе, малыш, предстоит много учиться, в основном полугипнотическим способом. Чуть-чуть путешествовать и общаться с ведущими специалистами во всех областях знания. Тебе станет доступной любая информация. Поглоти же ее, содрогаясь от радости. Аминь! Хочу сообщить по большому секрету — Координатор разрешил ознакомить новичка с комплексом. Только не очень увлекайтесь. А то опоздаете к ужину.
Леонид долго водил меня по многочисленным уровням, лабораториям, причалам, командным отсекам. Экскурсия заняла без малого пять часов и закончилась в каюте, которая отныне и на долгие годы стала моим пристанищем.
Так в одночасье круто изменилась моя судьба. Впечатлений было выше крыши и работы тоже. Свободное время отсутствовало полностью. И вообще, праздношатающихся в Центре не было. Все без исключения самозабвенно трудились. Разведчики и многочисленные исследовательские группы собирали уйму информации. Спецы ходили в рейды. Связисты обеспечивали стационарное наблюдение и контролировали работу передающей аппаратуры. Аналитическая группа сопоставляла, обобщала, систематизировала, проводила мозговые атаки, прогоняла сведения через необыкновенной мощности компьютеры. Медики занимались широкомасштабными исследованиями, которые помогали решить огромное количество вопросов, неминуемо возникающих в процессе совместной работы представителей большого количества цивилизаций. В многочисленных, разнопрофильных лабораториях колдовали над сложнейшими проблемами и бродили в поисках ответа на каверзные вопросы.
Огромный, незабываемый восторг посетил меня во время первого контакта с информационно-вычислительной системой и больше не покидал никогда. Однако не это было самым главным. Самым главным было то, что я легко и органично вписался в разномастную команду. Никто, никогда не повышал на меня голос, не пенял на молодость и неопытность. Не кичился прежними заслугами и геройствами. Не пытался унизить, оскорбить, осмеять или взять под высокомерное покровительство. Я являлся равным среди равных, благодаря чему мог по любому поводу вломиться посреди ночи к кому угодно, и меня не выгоняли, ссылаясь на поздний час, а также желание отоспаться после, или в преддверии особых подвигов. С другой стороны и меня поднимали за полночь, дабы посоветоваться по наболевшему вопросу, а то и просто излить душу.
На восьмой день пребывания в Центре я сделал удивительное открытие. Некоторые его обитатели существовали в двух экземплярах! А мой друг Хансен в трех! По коридорам, палубам ходили и летали: пара Лукмукто, пара Барбисолей, пара Юю. Пара Хансенов почти всегда находились вместе, а третий дневал и ночевал в пункте дальней космической связи. Я, преодолев естественное удивление, втихаря навел справки у медиков и вот тут удивился по-настоящему. Строенные и сдвоенные особи не были близнецами или клонами. Они являлись одним и тем же существом в двух экземплярах! Мне очень захотелось узнать — от чего такое случилось, но спрашивать до поры до времени не решался. К счастью вскоре я нашёл ответ на больной вопрос.
Итак…у Лукмукто сам-два были дни рождения. По этому поводу их коллеги и друзья устроили небольшой праздник. Мероприятие прошло весело, мило, совсем по-другому, чем это принято на Земле. После вечеринки мы отправились по каютам. Меня провожал Леонид, и вот тут я не выдержал:
— Мне неудобно спрашивать, но терпеть нет больше сил. Разве живые существа способны раздваиваться? Я смотрю на вас, и мороз невольно пробегает по коже…
— Я ждал этого вопроса. Понимаешь, Иван, в нашей жизни существует много такого, что невозможно объяснить, опираясь на современный опыт, знания и представления о мире, простирающемся вокруг. Вселенная каждый день дарит нам огромное количество сюрпризов и загадок, которые выворачивают наизнанку представление о нас самих. Не хочу кривить душой и говорить, будто мне трудно и больно вспоминать прожитое, перенесенное. Отнюдь! Все коллизии, происшедшие в не таком уж далеком прошлом, послужили для всех хорошим уроком и многому научили.
— Научный, биологический эксперимент?
— Нет! Конечно — нет! У нас никто, никогда, ни над кем не ставил, не ставит, и не будет ставить опытов! Наш случай совсем из другой области…
— А вы мне расскажите?
— Почему бы и нет. Вот, кстати, моя каюта. Там нам никто не помешает. Прошу…
Мы вошли внутрь. Хансен плотно прикрыл дверь, уселся в необъятное кресло и начал:
— И так! Представь себе. Все началось со дня рождения Лукмукто!..
Первая часть
Глава № 1
В обширной комнате, с низким потолком, подсвеченном разноцветными огнями, за массивным овальным столом сидели восемь существ. Они разительно не походили друг на друга. На почетном месте маячил виновник торжества — Лукмукто, кусок белесого тумана объемом до полукубометра, в котором с равными промежутками вспыхивали серебристые звездочки. Общаться с ним — одно удовольствие. Лукмукто знал много, но никогда, никому не навязывал своего мнения. Мог терпеливо, часами выслушивать любой вздор, потом поблагодарить за интересную содержательную беседу, своевременную помощь и с достоинством удалиться. Его любили все без исключения. А он? В многочисленных операциях Центра газ со звездочками неизменно играл роль шарфиков, шейных платков, вязаных шапочек, помогая дельным советом в критической ситуации, когда того требовала обстановка — проводил оперативную разведку.