— Налоги придется заплатить, — твердо повторил Алкасар, вперив свой тяжелый взгляд прямо в глаза Ираклию.
— Денег нет… — пожал плечами мужик, грустно уставившись в пол. — Хотя… Простите, Ваше Высочество, но я слышал… да много кто говорит… Вообщем…
— Да говори ты уже! — разозлился Алкасар.
— Колдун вы, в народе говорят…
Муж Виктории усмехнулся, и ему пришлось согласиться с этим утверждением, которое было в принципе правдой.
— Возможно и колдун…
— Так может, вам цветок Смерти нужен? Наши Несмолкаемые горы издавна славились им. С его помощью, говорят, можно не только смерть дарить, но и воскрешать к жизни… Я тут инспектировал запасы прошлого бургомистра, так в кладовке за банками и нашел три цветка…
— Взятка? — усмехнулся колдун.
— Что вы! — отмахнулся Ираклий, и в его глазах опять промелькнули искорки хитринок. — Просто благодарность… за то что Тагар один голодный год будет освобожден от уплаты налогов в казну.
Колдун подумал секунду и согласился. Все равно от хитрого мужика ничего другого не добьешься, а вот получить знаменитый цветок Смерти из Несмолкаемых гор, который и вправду при правильном применении может принести здоровье и жизнь недавно умершему человеку будет не только полезно, но и просто приятно.
Через пару минут переговоры на высоком уровне были закончены, и Ираклий отправился за цветком Смерти, а Алкасар вызвал себе лейтенанта Курда.
— Лейтенант, — обратился он к нему, едва тот появился на пороге, — сворачивайте боевые порядки, мы пришли к консенсусу с новым бургомистром Тагара, и отправляемся домой в Твердыню, нам еще надо успеть на праздник весеннего солнцестояния…
— А как же налоги? — недоуменно заморгал Курд. В его понимании, сугубо военном, деревушку надо было сжечь до тла, а жителей вырезать под корень за преступления против короны.
— Год голодный в Тагаре, вместо денег нам дадут цветок Смерти. Слышали о таком?
Лейтенант кивнул.
— Штука полезная, нам она пригодится… Пожалуйста, оставьте в Тагаре один десяток солдат. Нам надо поддержать нового бургомистра, заодно, пускай они проведут расследование и выяснят, кто был зачинщиком восстания. А мы отправимся в обратный путь. Кстати, охрана и упаковка цветка Смерти тоже на вас…
Лейтенант согласно кивнул и отправился выполнять приказания. Только перед тем, как приступить к их выполнению, у него было еще одно срочное и неотложное дело. Он отправился в отдел связи центурии, где хранились голуби, дрессированные на доставку почты. Связист был его человек и герцога Берстранда. Через него он мог беспрепятственно передать любое сообщение напрямую главе Стражей Короны…
— Разрешите? — Отто вошел в кабинет без стука. В отсутствии посторонних начальник оперативного отдела мог позволить себе некоторые вольности.
— Да что у тебя? — Берстранд поднял голову, оторвавшись от бумаг, которыми был доверху завален его рабочий стол.
— Два послания… — Отто положил два свитка на стол перед герцогом. — Одно от королевы Виктории, второе от нашего агента в центурии Алкасара…
— Ну, давай от Виктории… — герцог потянулся за листком бумаги. Срезал печать и начал читать вслух, так чтобы и Отто был в курсе происходящего.
Любимый мой дядюшка, прошу, Вас, не волнуйтесь за меня! Я в безопасности и нахожусь у друзей, которые ко мнехорошо относятся и заботятся обо мне. Пока Алкасар — мой бывший муж не будет пойман, я буду находиться у них. Связь мы будем поддерживать через голубиную почту.
Спешу, рассказать причину моего странного исчезновения… Мне стало известно, что Алкасар, колдун, который поклоняется черным богам, жаждущих крови. Он собирается провести обряд жертвоприношения, жертвой которого должен стать наш маленький Эдвард. Прошу всеми силами защитить его. Для обряда колдуну нужен цветок Смерти, произрастающий на склонах Несмолкаемых гор. Именно для этого он отправился в Тагар подавлять восстание. Ускорьте поиск колдуна. Ваша Виктория!
— И что ты, Отто об этом думаешь? — Берстранд поднял глаза на своего помощника.
На лице графа не отразилось ровным счетом ничего. Он хорошо умел владеть собой, и порой герцогу казалось, что Отто сделан из стали.
— Прошу, вас, прочесть донесение нашего агента, — пояснил он, — только тогда, мы сможем сделать необходимые выводы.
— Ты его уже читал? — Берстранд начал медленно распечатывать второй свиток.
— Конечно! Вся переписка с агентами проходит через мои руки, — пояснил Отто.
Герцог согласно кивнул и углубился в чтение. Письмо было написано впопыхах, на низкопробной бумаге, которую простым солдатам выдавали для писем домой. Почерк был неровный, но вполне читаемый.
Агент Сокол куратору Графу.
Донесение.
Сегодня подошли к Тагару. Деревня оказалась вполне мирной, несмотря на известные Вам события. Колдун вместе с главой провинции, заменяющего убитого бургомистра (дан оперативный псевдоним Хитрован), провели переговоры! Хитрован, волею Колдуна, назначен новым бургомистром Тагара, взамен, Хитрован обещал принести в лагерь центурии, так называемый, цветок Смерти! Мне поручена охрана и доставка его в Твердыню.
Ваш агент Сокол.
— Интересные дела у нас в Руре творятся, — пробормотал задумчиво Берстранд, — а мы как бы и не причем… Да, Отто?
— Ну почему же, — мягко возразил граф, — уже абсолютно ясно, благодаря донесению агента Сокола, что подозрения королевы имеют под собой основание. И она, и наш агент в центурии рассказывают о цветке Смерти. Считаю, что это не просто совпадение, а объективная закономерность, которая может привести к непредсказуемым последствиям.
— Я никогда не замечал за Алкасаром склонности к темной магии… — попробовал оспорить мнение подчиненного Берстранд, но Отто был неумолим:
— Как правило, черные маги тщательно скрывают свои… увлечения. Их очень трудно распознать. И только случай помогает нам в этом…
— Или неизвестные доброжелатели, которые буквально появились неоткуда и спасли нашу королеву из лап хитрого мага… — проговорил герцог, думая о чем-то своем.
— Это самое темное пятно в этой истории, ваше сиятельство.
— Ладно… Агенту Соколу продолжать слежку за объектом Колдун, — решил Берстранд. — Параллельно надо искать Викторию. Смущают меня эти доброжелатели непонятные. Допросите Орлинку и всех жриц храма Кремь. Делайте, что хотите, но найдите мне мою девочку… Печенкой чую, нас опять ждут тяжелые времена…
— Это все? — граф собрался уже уходить и даже повернулся в сторону двери.
— Нет… постойте. Отправьте навстречу Алкасару парочку наших центурий.
— С целью задержать? — Отто внимательно повернулся в сторону своего начальника.
— Нет, Отто, с целью уничтожить!
Отправиться решили сразу же, как делегация из Тагара принесла на серебряном подносе цветок Смерти. Раньше Алкасар только лишь слышал о нем. Теперь увидел воочию… Это был огромный примерно с ладошку цветок темно-синего цвета, практически черного. Каждый лепесток был слегка отделен от соседнего, так, что между ними был небольшой просвет, сквозь который светилась золотая серединка. Вокруг довольно длинных лепестков была темно-зеленая кайма, вроде корзинки из маленьких листочков, которые шипели и двигались, будто в такт чьего-то дыхания.
— Это и есть цветок Смерти? — колдун оглядел подношение со всех сторон и повернулся к Ираклию.
— Да, — просто ответил тот и тут же пояснил, — тагарцы издревле собирали его на склонах Несмолкаемых гор. Он цветет один раз в год, остальные находятся в спячке, когда его срывают, он закрывается и становится таким, как сейчас…
— Что значит в спячке? — глаза Алкасара удивленно округлились. — Он что живой?
— Конечно, — удивленно ответил Ираклий. Он-то был уверен, что колдун уж точно знает про цветок Смерти все, но не тут-то было. И теперь новому бургомистру Тагара приходилось объяснять элементарные вещи, которые каждый тагарец знает с малолетства, — они дышат, спят, едят, вообщем, могут все то что можем и мы с вами. Листья цветка это его глаза и уши. Ими он слышит, видит и чувствует все, что творится вокруг него. Лепестки его руки. Ими он может вылечить неизлечимого больного, а может свести его в могилу. Ну а золотая серединка, которая видна, если присмотреться сквозь лепестки, это его сердце…