— Это ты сейчас так говоришь, когда ты столь юн, и тебе семьдесят лет кажутся очень серьезными, может даже, древними годами. А что ты, интересно, скажешь, когда тебе исполнится, скажем, шестьдесят и останется жить какой-нибудь несчастный десяток жизни, а? — Спросил у Эдвина Керт, самый старший из них.
— То же самое, — твердо ответил принц, — так что я попробую. Но это будет в самом конце. А до этого разберемся с бандой Миэла, — подвел итог обсуждению Эдвин.
На следующий день вся команда отправилась вслед за Дианой к месту предполагаемой встречи с Миэлом и его людьми. Эдвину и его друзьям это направление было почти по пути. Правда, пришлось забирать немного западнее и, по словам девушки, от места вчерашней стоянки до базы ее убийцы надо было ехать, с такой скоростью, которой они придерживались, примерно сутки. Это должно было несколько увеличить путь отряда и задержать их в Долине, но никто об этом не думал. Всем хотелось помочь Диане и покарать ее убийц. Девушки нашли для Дианы что-то из одежды, не потому что она в ней так уж нуждалась — умертвия не чувствовали ни жару ни холод, просто ее нагота, даже такая, мертвая, смущала мужчин.
Наверное от того что они все меньше воспринимали ее как зомби, и все больше видели в ней человека, который, допустим, чем-то болен. К тому же они знали, что Эдвин собирается вернуть ей подлинный человеческий облик, и если у него все получится, Диана не будет отличаться от других людей. Сама девушка-зомби ничего против одежды не имела и оделась, не сопротивляясь, видимо еще помня как когда-то носила ее. Хотя таких понятий как стыд или стеснительность для нее уже не существовало. Вернутся ли к ней, потом, нормальные человеческие чувства никто не знал, но все надеялись, что вернутся. И поняла ли она из их разговора, что задумал сделать с ней принц, тоже было не ясно. Да сейчас это и не имело значения. Ведь у Эдвина могло ничего и не выйти, так что не нужно было подавать ей преждевременную и возможно ложную надежду. Эдвин подсадил Диану на свою лошадь, которая нервно всхрапывала от такого седока, чувствуя в нем умертвие, но особо не сопротивлялась управляемая твердой рукой опытного всадника.
Сам он старался не обращать внимания на довольно сильный уже трупный запах, хотя это было довольно трудно делать, тем более на таком расстоянии. Но юноша как всегда терпел. В этот день с ними тоже случились два примечательных события. Отряд как всегда должен был выехать на рассвете, но утром всех разбудил выкрик часового. Когда люди вскочили, то увидели, что их защитный круг со всех сторон обступают какие-то огромные, больнее ладони размером, муравьи, как сказал Эдвин — магически измененные животные. Их уже было очень много, но они все прибывали и прибывали, и с каждым мгновением их становилось все больше и больше. А люди не знали, что им делать. Как бороться с этой напастью? Ведь известно, что некоторые виды обыкновенных муравьев во время миграции обгладывают на своем пути всех животных до костей, и все живое стремится убраться от них подальше. А тут не просто муравьи, а муравьи-гиганты и они очень быстро расправятся и с людьми, и с лошадьми, и с припасенной едой. Спасаться от них мечами и стрелами бессмысленно — их тут целая армия. Муравьи просто сразу облепят и мечников и лучников и начнут пожирать их. Остается магия. Но эти магически измененные животные могут быть не восприимчивы к ней. И тогда людей ждет гибель. Но попробовать было необходимо, поэтому Эдвин сказал:
— Я сейчас выйду за пределы круга, а над вами на всякий случай поставлю купол, а то вдруг муравьи смогут проникнуть сюда через границы круга.
— Но зачем так рисковать? Ведь ты говорил, что круг проницаем изнутри, вот и стой под его защитой и чаруй себе на здоровье, — возразил Ник.
— Ничего не получится. Как только я начну чаровать круг тут же развеется, и вы останетесь один на один с полчищами муравьев, и я не смогу вам помочь, — объяснил Эдвин и сделал так, как и сказал. И его битва со зловредными насекомыми началась. Поначалу она была неравной и складывалась не в пользу Эдвина. Он начал читать заклинания, делая определенные пассы руками, но на муравьев, казалось, все эти заклинания не возымели никакого действия. Они быстро облепили принца, и стали, видимо, пребольно кусать его. И друзья Эдвина, стоя под защитой купола, с ужасом увидели вместо своего командира кокон из насекомых. Они ели удерживались от того, чтобы ни бросится ему на помощь, понимая, что ничем не помогут, потому что сами в мгновения ока окажутся в таком же положении и Эдвину придется вместо борьбы с муравьями как-то спасать их. Впрочем, все совершенно забыли, что без разрешения принца из-под купола они выйти все равно не смогут. А еще, все потом удивлялись, как Эдвину удалось сберечь глаза, нос и уши.
А принц в отчаянии, стараясь сбросить с себя этих здоровенных, кусачих существ, решился применить голую силу вместо заклинаний. Опасность этого метода была в том, что часто при использовании чистой энергии, она выходила из-под контроля и пользоваться ею могли только очень сильные и опытные, прекрасно контролирующие свою силу маги. Но у Эдвина не было другого выхода, и он послал чистую энергию во все стороны в муравьев, и она проявилась как всепожирающий огонь. Насекомые тут же вспыхнули, а Эдвин, срывая с себя последних животных, кинул их в яростный огонь. Затем он на мгновение развеял купол, шагнул к друзьям и поставил купол обратно. И люди, оставшись на спасительном пятачке земли, смотрели, как вокруг них бушует неистовое пламя, из которого успели выскочить несколько мелких зверьков и нежить, проживающих в норах в этом месте.
После того, как все муравьи были уничтожены, жалостливый Эдвин погасил огонь и печально сказал:
— Сколько живых существ пришлось погубить.
— Да ладно тебе, это же Долина мертвых. Здесь нет нормальной живности, а нежить и вовсе жалеть не стоит, — заметил Торн.
Так этот эпизод из жизни этих отважных людей и завершился, а у принца прибавилось на теле множество мелких ранок от укусов муравьев. И они нестерпимо и не милосердно жгли кожу и чесались, и даже Делия в этом случае мало что могла сделать, чтобы помочь другу, хотя, конечно, она попробовала, намазав Эдвина какой-то пахучей мазью. Так что тому, как всегда, пришлось терпеть и эти крайне неприятные ощущения.
Но это было не последнее происшествие на сегодня. Отряду надо было ехать дальше и приблизительно в полдень неожиданно все услышали далекий, на грани слышимости крик, полный ужаса «помогите, кто-нибудь! спасите!» Поскольку человеческий голос слышали все, они поняли, что им не почудилось и, не раздумывая, бросились вперед на эти вопли, уже не думая о том, что лошади могут сломать себе ноги, а они шеи. И в те мгновения они больше всего боялись, что этот крик оборвется, ведь это будет означать, что человек погиб. А еще они тогда не задумывались над тем, что этот кто-то, молящий о помощи, может быть членом шайки Миэла. Его сначала нужно было спасти, а потом уж разбираться кто он такой. Тем более, что это возможно был совершенно посторонний человек. Хотя все это было довольно странно — не такое уж это, похоже, заброшенное место, эта Долина мертвых. В ней оказывается достаточно интенсивное движение в сравнении с тем, что они предполагали.
Когда отряд подъехал туда куда стремился, ему открылась страшная картина: перед людьми разверзлась гигантская и очень глубокая яма, на дне которой они увидели огромную пасть, полную острых и больших как колья зубов. И в эту пасть медленно, но неотвратимо съезжал человек, скользя по песчаному склону, на котором и уцепиться, было не за что. Видимо под тонким слоем почвы располагался песок, в котором устроила ловушку мерзкая тварь. Мужчина не упал в пасть сразу только потому, что стенки ямы были очень пологими. Он пытался вылезти, подняться повыше, он барахтался, но это лишь ухудшало его положение, он начинал еще быстрее опускаться вниз. Но не мог же он сползать на верную гибель, и не пытаться, при этом, спастись!
Бедняга был уже почти у самой пасти, еще немного и он упадет в нее. Эдвин, увидев это, крикнул мужчине, чтобы он ничего не делал и не двигался, что они спасут его, скоро кинут ему веревку. Человек, который от ужаса уже и кричать перестал, даже в таком состоянии оказался понятливым, воспрянул духом и постарался распластаться на песке и совсем не шевелиться. Ребята быстро достали припасенную веревку и кинули ее конец в яму, но оказалось, что она короче, чем надо. Мужчина никак не сумел бы дотянуться до нее. Все, кроме Эдвина на мгновение растерялись, но принц крикнул бедолаге, что он сейчас слевитирует к нему и постарается поднять. Эдвин научился левитировать примерно год назад, но пока не слишком высоко и далеко. И он никогда еще не делал этого при таких драматичных обстоятельствах, когда бы надо было кого-нибудь спасти, тем более, поднять и перенести на другое место. Он не был уверен, что у него это получится, но делать что-то надо было, не смотреть же, как человек гибнет без всякой помощи.