Но так могло быть и из-за того, что Лидия до сих пор не познала вкуса настоящего поцелуя.
Но они уже целовались раньше... хоть поцелуй и был очень коротким и слабым, и, если бы она вспомнила, как близко были они друг к другу в тот момент, сердце забилось бы так быстро, что даже намёка на прикосновение хватило бы, чтобы она впала в панику.
Они просто прикоснулись друг к другу, невинно, как дети, но так могло быть потому, что это был сон Лидии, а большего представить она просто не могла.
Но то, что он не позволял её отстраниться, не соответствовало желаниям Лидии.
Даже то, что её верхнюю губу нежно пососали, когда они наконец оторвались друг от друга, было совсем не её воображением.
«Разве это не мой сон?
Эдгар видит тот же сон, что и я?»
Лунный камень на пальце её левой руки сиял даже ярче, чем раньше.
– Возможно, это магия кольца? Оно помогло нам встретиться в святую ночь.
Могло ли быть такое? Вполне возможно.
Он счастливо улыбался, смотря на Лидию влюблёнными глазами. И Лидия, чувствуя себя спокойнее, чем обычно, смотрела на него.
– Ох, я так люблю тебя.
Если это была правда, она хотела верить его словам хотя бы сейчас.
И верить, что магия кольца действительно плод их истинных чувств и мыслей друг о друге.
В реальности невозможно было понять, что каждый из них думает друг о друге. Очень трудно быть честной в своих чувствах, ей не хватало уверенности в себе, и она боялась, что впереди ждёт лишь боль.
*
«Это просто магия, которая исчезнет, когда я проснусь.
Но пока что я буду любить его».
– Лорд Эдгар.
Услышав голос Рэйвена, Эдгар почувствовал, как его сознание возвращается назад и открыл глаза.
Черноволосый юноша с тревогой смотрел на своего господина, полулежащего, полусидящего на дорожке, ведущей к лондонскому дому семьи Карлтон.
– Всё в порядке, лорд Эдгар?
– …Рэйвен, ты пришёл за мной.
Хоть он и был одет в тонкое пальто, пробиравшую его от холода дрожь это не останавливало, и, даже когда граф встал, он услышал, как протестующее хрустят кости.
Подсчитав удары церковных колоколов, он понял, что прошло не так уж много времени, но воющая тоска, которая заставила его прийти сюда, исчезла, и Эдгар чувствовал себя на удивление спокойно.
– Как ты узнал, что я здесь?
– Лорд Эдгар, я не стану возражать, кем бы она ни была. Я буду служить той леди, которую вы выберите.
Рэйвен сказал это невероятно серьёзно, так что он, должно быть, жалел Эдгара, которому оставалось только прийти к пустому дому Лидии, думая о ней.
Он кисло улыбнулся, понимая, что ему сочувствую.
Хоть он и говорил, что любит её, он не мог увидеться с ней или вернуть, так что Рэйвен, видимо, ужасно чувствовал себя, когда видел трусящего Эдгара, который пытался занять себя другой женщиной, но он, должно быть, решил, что, даже если Лидия уйдёт от них, Рэйвен простит своего жалкого хозяина.
– Я видел сон. Кажется, там была Лидия. Может, я пытался поцеловать её.
– Она ударила вас?
– Не знаю. Я видел его только что, но не могу припомнить, как всё было.
Он был уверен только в том, что видел её золотисто-зелёные глаза очень близко. Она могла дать ему пощечину, но он чувствовал, что ему придётся потрудиться, чтобы она закрыла глаза.
Даже во сне Эдгара Лидия было похожа на саму себя.
Он думал об этом, когда уходил от дома Карлтонов.
Рэйвен сказал, что откажется от Лидии, если она уйдёт, но для Эдгара отказаться от Лидии оказалось намного труднее, чем Рэйвен или он сам предполагали.
– Ох, но я люблю женщину, которая никогда не теряет бдительности.
*
Проверяя почтовый ящик, Лидия обнаружила ещё одно письмо, прибывшее от Эдгара сегодня.
Забирая из ящика очередное письмо (новые письма приходили каждый день, с того момента, как она ушла в отпуск на праздники), она подумала, что снижать темп граф явно не собирается, но в глубине души чувствовала облегчение от того, что он не забывает о ней.
Когда она подняла глаза, взгляд зацепился за ветку рождественской омелы, продолжавшей висеть на арке ворот, несмотря на то, что Рождество прошло и наступил День Подарков*.
*День подарков – праздник, традиционно отмечаемый в Великобритании 26 декабря, на следующий день после Рождества.
Когда она посмотрела на него, невольно смутилась, а сердце бешено забилось.
События сна полностью исчезли из памяти Лидии, так что она понятия не имела, почему ощущала себя так.
Но одновременно с этим незнанием она ощущала спокойное приятное чувство.
– Здравствуйте, мисс Карлтон.
Повернувшись на голос, она увидела машущего Гая, стоящего за изгородью, окружавшей её дом.
– О, здравствуйте. Спасибо вам за вчера. Спасибо за то, что мы смогли провести такое чудесное Рождество.
Когда она искренне поблагодарила его, он с удивлением посмотрел на девушку, улыбаясь.
– Я слышал, у вас есть любимый?
Видимо, Энди передал ему те слова, что Лидия выпалила вчера.
– Энди сказал мне, что у него сияющие светлые волосы и на удивление красивая внешность, так что, похоже, у меня нет шансов.
– А, понятно...
– То дерево, на самом деле, его хотел принести вам Энди.
Лидия не поняла, почему он вдруг заговорил об этом, так что озадаченно склонила голову к плечу.
– Он, видать, каждый год срубал на одну ёлку больше, чем его просили. Пастор постоянно спрашивал его зачем, но он, кажется, беспокоился за вас, потому что знал, из-за чего вы не можете нарядить рождественское дерево. Но он никак не мог заставить себя принести его вам.
– Но Энди не хочет иметь со мной дело, он всегда зовёт меня странной или чокнутой...
– Он тогда был не в себе и ошибся. Может, из-за того что он упустил возможность подружиться с вами в детстве, он не хотел, чтобы с вами сближался кто-то другой? Поэтому и злился на меня за моё поведение. Но прошлой ночью он сказал, что пойдет прогуляться, и никто не мог его остановить, так что я подумал, что он, наконец, решился перед вами извиниться, но, кажется, он быстро сдался, потому что вернулся очень быстро. А потом предупредил меня, что дочь мистера Карлтона несвободна.
– Эх-хм.
Энди, как казалось Лидии, изнывал от скуки и смотрел на неё так, словно видел дьявола. Но поскольку он реагировал на неё только так, девушка смогла сразу же поверить словам Гай.
– Конечно, он немного двинутый, но, кажется, он решил отныне бороться с такими людьми, как я, ради благополучия вашей пары, так что, пожалуйста, простите его.
После этих слов Гай с довольной улыбкой ушёл.
– Разве я говорила Энди, что у Эдгара светлые волосы?
Снова склонив голову к плечу, Лидия закуталась в платок, пытаясь защититься от холодного ветра, и, повернувшись, направилась к своему дому.
Из ствола одного из вечнозелёных деревьев начали выходить наружу маленькие фейри.
Они забрали серебряные монеты и грецкие орехи, которые Лидия закопала в землю накануне, и стройным рядком пошли к лугам, переговариваясь счастливыми громкими голосами.
Смех фейри, звучавший словно шелест листвы, смешался с нежной песней ветра и донёсся до Лидии как шорох покачивающегося омелового венка.