В 1993 году в США опубликовали книгу «Deadly illusions» (John Costello and Oleg Tsarev). Это первая книга серии. Главный герой книги — Фельбин Лейба Лазаревич, служебные фамилии Никольский и Орлов. Вот как Царев представил читателям Фельбина: «Один из самых известных ветеранов советской разведслужбы в изгнании». Однако Фельдбин в изгнании не был, по дороге из Испании в Москву он исчез и появился в США, можно сказать, перевоплотился в американца. Фельдбин под чужим именем жил в США, на фронтах не был, сотрудничал с ЦРУ, в 1952 году опубликовал книгу о советской разведке. Царев объяснил исчезновение Лейбы Лазаревича болезнью дочери. Объяснение надуманно. Фельдбин занимал ответственные посты в советской разведке, был доверенным лицом Сталина, советником по безопасности республиканского правительства Испании, с послом СССР и секретарем Лиги Наций Розенбергом Марселем Израилевичем Фельдбин организовал доставку в Советский Союз части золотого запаса Испании. Когда Лейба Лазаревич пребывал в Испании, его жена и дочь жили во Франции, имея законные права пройти курс лечения в любой клинике Европы и Америки. Так поступали советские разведчики и номенклатурные чиновники, включая членов их семей, поэтому болезнь дочери не являлась причиной исчезновения папы. Царев выбрал Фельдбина в качестве щита, спрятавшись за который, можно говорить об операциях советской разведки, к которым Фельдбин имел мнимое отношение. Царев назвал имена советских разведчиков, в их числе Быстролётова, который с Фельдбиным дел не имел. Назвал имена некоторых агентов, в их числе Олдхэма и Кинга из Форин офис, работавших с Быстролётовым. Царев указал номера дел советских разведчиков, в их числе номера дел Быстролётова, мало того, указал на литературное произведение Быстролётова, которое никакого отношения к Фельд-бину не имеет. Одним словом, Царев показал товар лицом, дело оставалось за покупателями.
В мае 1994 года на встрече в Пресс-бюро СВР с Кобаладзе и Царевым я предложил издать книги «Возмездия» от имени СВР и в типографии СВР. Кобаладзе отказался обсуждать эту тему, указав на мою ответственность за разглашение секретных материалов. Парадокс! В Пресс-бюро СВР вспомнили о секретности? В конце 1992 года работник архива КГБ Митрохин Василий Никитич сбежал в Англию. По утверждению спецслужб, Митрохин снял копии с 25 000 страниц секретных документов архива КГБ, которые раскрыли операции советской разведки с 1930 по 1980 год, в том числе были выявлены более сотни нелегальных агентов КГБ!
В 1995 году издательство «Международные отношения» издает на русском языке книгу «Deadly illusions» под названием «Роковые иллюзии», в том числе публикует первый том «Очерков истории российской внешней разведки», второй том — в 1996 году. Над шестью томами «Очерков» работали сотрудники СВР, в их числе Царев, главный редактор «Очерков», руководитель СВР академик Е.М. Примаков, заявил об истинной правде, изложенной авторами. Знак охраны исключительных авторских прав СВР на «Очерки» указывал на коммерцию СВР, запрещенную Законом. Незаконные действия Царева и его коллег меня убедили в том, что в третьем томе «Очерков», планируемом к изданию в 1997 году, непременно нарушат авторские права Быстролётова. 1 марта 1996 года я встретился с Мушинским Виктором Оскаровичем — главным редактором издательства «Международные отношения». Поводом для встречи послужила книга «Радиошпионаж», в которой авторы объявили о своем авторстве на часть текстов из книги «Путешествие на край ночи». Му-шинский заявил: издательство не несет ответственность за нарушение авторских прав, обращайтесь к авторам?! Пришлось встретиться с авторами книги «Радиошпионаж», они принесли мне извинения!
Уважаемый господин С. С. Милашев!
В нашей книге “Радиоитионаж", вышедшей в издательстве “Международные отношения” в 1996 году, описаны некоторые эпизоды из жизни Д.А.Быстролётова, связанные с его работой за рубежом в качестве советского разведчика и взятые нами из открытых публикаций третьих лиц. К сожалению, при написании книги мы не знали, что Вы являетесь владельцем авторских прав на материалы творческого наследия Д.А.Быстролётова. Мы приносим Вам наши глубокие извинения за то, что не смогли своевременно обратиться к Вам и согласовать вопросы, касающиеся возможности включения в нашу книгу описания отдельных фактов биографии этого выдающегося советского разведчика.
![Пир бессмертных: Книги о жестоком, трудном и великолепном времени. Щедрость сердца. Том VII i_004.jpg](https://litlife.club/books/256296/read/images/i_004.jpg)
“11 ” апреля 1996 г.
За нарушение авторского права в произведении ответственность несет издательство (редакция), в этой норме Закона вся сущность Мушинского. Тем не менее в письменном виде я изложил свое мнение о возможном нарушении авторского права Быстролётова в третьем томе «Очерков», Мушинский поставил подпись и дату на копии письма, письмо передал директору издательства. В 1997 году издан третий том «Очерков истории российской внешней разведки», Н.А. Ермаков, автор главы 22 «Мастер высшего пилотажа», растоптал авторское право Быстролётова. В марте 1996 года я предупреждал руководство издательства о возможном нарушении авторского права Быстролётова, в ноябре 1996 года на встрече с ветеранами внешней разведки Ермаков несколько раз спрашивал у меня, где я взял рукописи деда, я объяснил и подарил Ермакову книгу «Путешествие на край ночи». Ермаков знал о книге и о правообладателе автора, тем не менее, он изменяет авторский текст Быстролётова, выдает за свой авторский труд! Да и руководство издательства для предупреждения нарушения авторских прав никаких мер не приняло! Процитирую начало главы 22 «Мастер высшего пилотажа»:
«Артузов еще раз посмотрел документ, касавшийся обстоятельств добычи итальянских шифров. На полях напротив строк, где говорилось, что “доброжелатель, предлагавший шифры, не назвал себя, не оставил адреса и его поиски в дальнейшем не дали результата”, стояла короткая и категоричная резолюции Сталина: “Найти". По опыту Артузов знал, что такие резолюции генсека подлежали беспрекословному исполнению. Начальник ИНО попытался хотя бы в общих чертах представить дальнейшие действия по розыску человека, предложившего советской разведке купить у него шифры. Он до мелочей помнил случай, который произошел в советском полпредстве в Берне полтора года назад. Туда явился незнакомый человек и попросил встречи с военным атташе или с каким-либо другим дипломатом, занимающимся “специальной” работой. Об этом немедленно было доложено резиденту. Незнакомец, удостоверившись, что перед ним нужный человек, предложил купить у него итальянские шифры. Он сказал, что шифры при нем и, показав на пузатый портфель, добавил, что может их оставить для проверки до завтра, чтобы не было сомнений. Тут же он указал и цену — 200 тысяч швейцарских франков. При этом подчеркнул, что после истечения срока действия шифров за аналогичную сумму может достать новую серию. Ни своей фамилии, ни других данных он не назвал. После короткого обмена мнениями было решено документ взять до завтра, сфотографировать, а на следующий день вернуть, сказав, что шифры вызывают сомнение. Так и сделали. Посетитель покинул полпредство разгневанным, поняв, что его надули. А резидент, отправив фотокопии шифров в Москву, сообщил руководству разведки, что на этой операции было сэкономлено 200 тысяч франков».
Разумеется, ссылка Ермакова на документы архива КГБ несостоятельна. Ермаков по своему желанию заменил место действия с Парижа на Берн, французские франки на швейцарские и т. д. Я ранее приводил цитату из статьи Снегирева «Другая жизнь Дмитрия Быстролётова», где говорится о графе Алексее Толстом как об отце Быстролётова, в эту цитату
Ермаков добавил фразу: «ухаживавшего, как говорили, за моей матерью». Как мило! Одна фраза, но как изменился смысл цитаты. Мало того, что граф Алексей Толстой не мог быть отцом Быстролётова, оказывается, и мать Быстролё-това не знала имени отца своего сына?! Академик поспешил с заявлением об истинной правде, излагаемой авторами очерков.