Первым командиром этого военно-железнодорожного подразделения стал Иван Афанасьевич Данилов. Его помощниками назначены лучшие специалисты депо инженер Левандовский и техник Тихонов[289].
Первоначально основная деятельность роты заключалась в охране линии железной дороги и восстановлении разрушенных перегонов. Но развертывавшиеся боевые действия поставили перед военными железнодорожниками и другие задачи.
Прежде всего требовалось максимально замедлить продвижение отрядов противника. Сделать это можно было путем разрушения мостов, линий связи, железнодорожного полотна.
Поэтому для осуществления заграждений в составе роты формируется специальная команда подрывников. Ее командиром был назначен Константин Рольщиков.
Взрывая намеченные к разрушению железнодорожные мосты лишь в самый последний момент, после того как по ним пройдет последний красноармеец, подрывникам часто приходилось действовать на виду у противника, непосредственно под его прицельным огнем.
По воспоминаниям современников, их хладнокровие, спокойные, высокопрофессиональные действия вселяли в бойцов уверенность, содействовали повышению организованности и порядка даже среди отступающих подразделений.
В столь сложной экономической и военно-политической обстановке советское правительство вынуждено было прибегнуть к осуществлению чрезвычайных экономических и политических мероприятий, которые получили название политики военного коммунизма.
Прежде всего принимались меры по совершенствованию управления народным хозяйством на основе централизации и введения единоначалия на производстве.
Продолжился процесс национализации. В соответствии с декретом СНК от 28 июня 1918 года проводилась национализация всей крупной промышленности. Впоследствии она была распространена и на средние промышленные предприятия.
Особое внимание уделялось науке, научному обоснованию принимаемых решений. Так, в составе ВСНХ был образован научно-технический отдел, на который возлагалась задача централизации всех научных исследований, обеспечения сближения науки и техники с практикой производства. Открывались новые исследовательские институты, высшие учебные заведения, лаборатории, музеи, библиотеки, научные общества.
Однако обстановка на фронтах продолжала обостряться. Добровольческая армия генерала А. И. Деникина в конце июня начала наступление на Кубань и захватила Екатеринодар.
В июле резко возросли масштабы интервенции на Дальнем Востоке. Владивосток был объявлен международной зоной, и в его порту началась высадка крупных воинских контингентов, основную массу которых составляли японские и американские войска.
Середина лета была отмечена целой серией антисоветских выступлений. Так, 10 июля поднял мятеж командующий Восточным фронтом М. А. Муравьев. Массовые крестьянские и казачьи восстания развернулись в Поволжье, на Южном Урале, Северном Кавказе, в Семиречье и других районах. Мятежи вспыхнули в Закаспийской области, в Ярославле, Муроме, Рыбинске и в ряде других городов, в том числе и в Москве.
В июле — августе части чехословацкого корпуса и белогвардейские войска захватили Симбирск, Уфу, Екатеринбург и Казань, а казацкие формирования Краснова развернули наступление на Воронеж, Поворино и Царицын. Советские отряды вынуждены были оставить Иркутск, Верхнеудинск и Читу, а в сентябре — Хабаровск, Благовещенск и, отойдя в тайгу, перейти к партизанским действиям.
Усилилась интервенция Антанты на Севере: 2 августа войска интервентов (англичане, американцы, итальянцы и французы) заняли Архангельск, где было образовано эсеро-белогвардейское правительство — «Верховное управление Северной области».
К концу лета 1918 года противникам советской власти удалось захватить 3/4 территории Советской республики, она оказалась в кольце фронтов. В Прибалтике, Белоруссии и на Украине находились части и соединения Германии и Австро-Венгрии, в Донской области и на Северном Кавказе угрожая перерезать Волгу и захватить Северный Кавказ, наступали войска Краснова и Деникина. В Закавказье свободно чувствовали себя германо-турецкие формирования и буржуазные националисты.
Север, большая часть Урала, Сибирь, Дальний Восток и Среднее Поволжье находились в руках отрядов белой гвардии и войск Антанты.
Туркестан был отрезан от Центра России. В нем шла кровопролитная борьба с басмачами, белогвардейскими и английскими войсками.
Крайне тяжелым было экономическое положение Советской республики. Из 9750 российских предприятий к концу лета 1918 года бездействовало 38%[290]. При этом из 5400 предприятий, выполнявших ранее военные заказы, 3500 находились на территории, неподконтрольной советскому правительству[291].
В условиях почти полного окружения требовалось правильно определить, на каком театре военных действий необходимо сосредоточить основные усилия Советской России. Нарком по военным делам Троцкий, исходя из анализа обстановки военными специалистами, предложил проект постановления, которое 29 июня было принято на заседании ЦК РКП (б). В постановлении отмечалось, что вопрос о судьбе революции решается ныне на Волге и Урале[292].
В связи с этим на Восток началась переброска воинских формирований из состава Северного и Западного участков отрядов завесы. Всего с 25 июля по 18 августа на Восточный фронт были отправлены 54 отдельные части[293]. Однако переломить сложившееся положение было не просто.
После падения 25 июля 1918 года Екатеринбурга части чехословацкого корпуса и отряды белой гвардии, реализуя численное превосходство на всех направлениях, стремились всемерно использовать достигнутый успех. Задержать продвижение противника можно было только своевременным маневрированием имеющимися силами и средствами, умелым сосредоточением на угрожаемых направлениях изрядно измотанных и обескровленных в предыдущих боях подразделений Красной Армии. В этих условиях жизненно важное значение приобрело транспортное обеспечение действий войск Восточного фронта.
Однако осуществлять его силами одной технической железнодорожной роты и небольших охранных отрядов, имевшихся в распоряжении командования, было практически невозможно. Более того, вопрос о транспортном обеспечении боевых действий советских войск обрел особую остроту после того, как предпринятая в августе 1918 года с целью отбросить противника от Волги на восток и выйти на рубеж Актюбинск — Тюмень наступательная операция из-за недостатка сил и серьезных ошибок в управлении войсками завершилась неудачей.
Поэтому принимается решение о формировании двух специальных батальонов — железнодорожного и охраны путей сообщения[294].
Первый был создан из уфалейских железнодорожников. Основу второго составили бойцы бывшего отряда охраны Омской железной дороги.
Обязанности по формированию батальона были возложены на Ивана Александровича Бобылева[295].
![Железнодорожные войска России. Книга 2. От Первой мировой до Великой Отечественной: 1917–1941 i_004.jpg](https://litlife.club/books/255587/read/images/i_004.jpg)
Командир 1-го Уральского коммунистического железнодорожного батальона И. А. Бобылев
На станции Гороблагодатской И. А. Бобылев обратился к местным железнодорожникам с предложением добровольно вступить в ряды формируемого им батальона. Откликнулись многие. После укомплектования части во главе путевой роты встал А. Давыдов, роту тяги принял В. Горбунов, роту службы движения — И. Иванов, подрывную — Ф. Шатохин.
На совещании, проходившем 1 сентября 1918 года, общим голосованием было утверждено наименование части: 1-й Уральский коммунистический железнодорожный батальон[296].
289
Михалев П. С.Указ. соч. — С. 10–18.
290
Военная энциклопедия. — Т. 2. — М., 1994. — С. 480.
291
Гражданская война и военная интервенция в СССР. — С. 10.
292
Военная энциклопедия. — Т. 2. — С. 481.
293
Там же.
294
Михалев П. С.Указ. соч. — С. 13–18.
295
До описываемых событий Иван Александрович Бобылев работал слесарем монтером в Екатеринбургских железнодорожных мастерских. Во время борьбы с дутовщиной он возглавлял 1-ю дружину Красной гвардии города Екатеринбурга, которая особо отличилась в апрельской наступательной операции, завершившейся разгромом и изгнанием отрядов белой гвардии из станиц Троицкого и Верхнеуральского уездов.
296
Михалев П. С.Указ. соч. — С. 15.