Я проигнорировал столь личный вопрос, поэтому просто повторил то, что уже говорил:.
– Голема прислала Эрия, чтобы найти своего предка. Она верит в тебя до сих пор.
Маг смотрел на свои руки, словно сомневался, что свободен. Я обратил внимание на когтистые пальцы, больше похожие на когти хищных птиц, такие же несуразные и скрюченные.
– Я в долгу перед этой ведьмой, ты хочешь сказать?
– Да хоть бы и так.
– Что было бы, если бы ты нашёл меня в полном здравии? У тебя бы не было шансов повлиять на меня.
Меня откровенно бесил его тон: равнодушный, ледяной, словно ему не было дела до судьбы его потомков.
– У меня нет времени спорить о том, что было бы. Можешь сгнить в своей пещере, если ты только на это и способен.
Сказав это, я развернулся и двинулся по направлению к тёмному коридору, надеясь как можно быстрее выбраться отсюда. Хотелось свежего морозного воздуха, хотелось увидеть Эрию, снова быть с ней.
– Ты не найдёшь отсюда выход. Если бы не голем, ты бы вообще сюда не зашёл.
Я уловил в нём злость. Значит, я задел его. Нельзя упускать момент.
– Найду. Ар найдёт.
– Ты был здесь шесть дней.
– Мне всё равно. Она жива, и этого достаточно.
– Откуда ты знаешь, жива ли она?
Была моя очередь злиться. Я посмотрел в его глаза через правое плечо.
– Потому что если это не так, ты будешь следующим, кому я оторву голову. За то, что не спас её.
Нарочито медленным шагом я вошёл в темные лабиринты пещеры, слегка пошатываясь из-за отсутствия сил. Едва Маг-Дракон остался позади меня настолько, чтобы он не смог меня видеть, я пробудил Ара, и на всех четырёх рванул по логову ненавистного мне существа, превозмогая боль в искалеченном теле.
«Ты действительно думаешь, что сможешь его одолеть?»
– Если не смогу – ты тоже отправишься туда, откуда пришёл.
«А ты умеешь убеждать, Мортемар».
Я лишь криво улыбнулся зубастой пастью волка.
785 Год. 1 Месяц зимы. День 12
Я вспоминаю каждый день, прожитый мной в Линоре. Скоро Четверо и Эрия подготовят всё для церемонии венчания, и тогда я смогу стать частью крови Айеро. А пока мне приходится вспоминать всё… Каждый день… Всё, что произошло тогда…
Найти выход оказалось гораздо проще, благодаря обонянию Гончего. Я постоянно чувствовал морозный привкус свежего воздуха, ощущал его движение, пусть лёгкое, едва заметное, но оно было и невидимой нитью вело меня наружу. Мысленно я проклинал заносчивого дурака, которого все почитали. Он оказался не тем, кто действительно мог помочь, лишь куклой, играющей роль с различимым притворством. Я знал одно: мне незачем умолять его, просить или что-либо ещё. Я и сам смогу спасти свою любовь, хотя и не знаю, как именно. Но я не собирался никому падать в ноги.
Солнечный свет встретил меня яркой вспышкой, от которой я на время ослеп. Я не знаю, что было более нестерпимым, свет лучей или блеск снега, лежавшего вокруг белой кристаллической пеленой. Морозный воздух стал совсем другим, он наполнился льдом, дышать было тяжело, а пронзающий ветер пробирался даже сквозь густую шерсть. Но всё это не имело никакого значения. Только одно меня волновало, и я смотрел с высоты гор на простиравшийся вдалеке город. Отсюда он казался мне игрушечным, слишком хрупким и блёклым, но где-то там, в его застенках, находилась моя возлюбленная. Может быть, именно поэтому я поздно обратил внимание на крепкую сеть, упавшую на меня сверху. Словно паутина, она окутала меня полностью, за ней ещё и ещё одна. Я метался со стороны в сторону, замечая лишь отдельные лица людей вокруг, я слышал крики, но не мог выбраться. Я порвал одну из сетей, но тут же меня опутывали другой, пока я не ощутил резкий удар чем-то тяжелым, и мои лапы на миг перестали слушаться меня.
Они ждали, ждали! Я бесновался сам в себе, пытался выбраться из ловушки, но моей заминки хватило, чтобы охотники опутали меня железными сетями. Ещё удар, ещё сеть, ещё рывок. Я метался, полностью охваченный страхом и отчаянием. Я не боялся умереть, я боялся не успеть, и только это меня угнетало. А ещё я отчётливо понимал, что силы покидают меня. Проклятый Иохар!
Крики охотников слились в один невыносимый звук, жуткий и противный, но я не разбирал слов, будто меня окунули под воду. Земля ушла из-под ног, и я понял, что просто падаю с горы, вокруг завертелись картинки небес, земли и снега, пока всё не сокрыла темнота. Снова привкус земли, этот кошмар.
Мне всё меньше хотелось возвращаться к реальности. Затхлый запах сырости наполнил лёгкие, и я закашлялся, будто пытался выбить из себя воздух. Едва я пошевелился, как пространство вокруг отозвалось металлическим отзвуком цепей, а на запястьях и щиколотках я ощутил холодные касания оков. По крайней мере, я был жив, и это всё, что нужно. Я рванул цепи, ожидая свободы – и ничего не произошло. Ещё одна попытка – металл цепко впился в конечности.
«Бесполезно».
– Ты, как всегда, всё знаешь.
«Этими оковами когда-то держали и меня. Поверь, я знаю».
– Бесполезно, Мортемар, – вторила Ару Эрия, и я рванулся вперёд, но беспомощно повис на цепях. – Тебе не вырваться, и мне тоже.
– Эрия… – мой голос сорвался, и в нём одинаково прозвучала радость встречи и горечь разлуки. – Эрия!
– Не бойся, со мной всё… хорошо, – неуверенность в её словах заставили меня снова и снова пытаться разорвать узы, но тщётно. Видимо, я привлёк внимание стражи, потому что в ответ на мои неистовые попытки выбраться заскрежетала дверь темницы, и в коридоре между клетями показались два воина. Я смотрел им в глаза так, словно хотел сожрать, и я бы это сделал, если бы нас не разделяли холодные объятья металла. Они же нервно посмеивались и смотрели на меня из-под забрал несуразных шлемов. Желание рвать их плоть впервые захлестнуло меня настолько, что я чуть не сходил с ума, мои руки-лапы напряглись ещё сильнее, наливаясь кровью и вздуваясь от усилий.
– А, вот наша игрушка, – засмеялся солдат, презрительно сплюнув в мою сторону. – У тебя большое будущее, веришь? Сегодня вечером ты здорово развлечёшь короля перед тем, как вас обоих казнят. – Последние слова воин сказал с явной ненавистью, испытующе поглядывая на меня. Он ждал моего бешенства, но я не стал давать ему такого наслаждения. Вечером? Значит, сегодня я буду на свободе, как и Эрия. Всё, что мне нужно – это снять оковы.
«Сегодня ты увидишь, зачем Иохар выращивал таких, как я».
– Но ведь твоя сила от магии?
«Да, я был человеком, и потому Иохар назвал меня своим лучшим творением, ведь идея принадлежала ему: испытать чары на человеке. Остальные были волками. Ты видел их».
– И зачем же тебя создали?
«Увидишь». Это слово даже в моём подсознании отдавало болезненной горечью.
Солдаты ушли, коротко хохотнув напоследок. Едва хлопнули засовы дверей, я услышал её голос.
– Прости, Мортемар, что так случилось… Скажи, ты видел Мага-Дракона?
– Видел, – воспоминание о чародее напомнило события в горах. – Он не придёт. Ему нет дела до тебя и твоей семьи.
– Всё из-за их ссоры… – измученно вздохнула девушка. – Я догадывалась, что так и будет. Значит, сегодня мы умрём. Прости меня…
– Так просто я не сдамся.
– Глупый, ты ничего не сделаешь. Вечером ты будешь веселить публику на арене. Потом… Потом, если ты останешься жив, они убьют меня. Угадай, зачем.
«Они будут играть с тобой, Мортемар. Они хотят видеть меня в тебе».
– Чтобы я попал на арену, они должны меня отсюда вывести, – моё воображение рисовало картину событий, которые надо сделать, чтобы освободить возлюбленную. В голове мелькали лица стражников, падающих от моих ударов, крики ужаса людей и карие глаза Эрии. – Отсюда я выйду с тобой.
Она молчала. Просто не хотела спорить, я знал это. В глубине души она наверняка проклинала моё упрямство. Но я такой, каков я есть.
Хотя всё происходило сравнительно недавно, я не всё отчётливо помню, и даже зелье Эрии не будит во мне всех воспоминаний. Я помню лишь основные эпизоды, и меня это пугает. Я чувствую: что-то надвигается, что-то очень плохое. Всего несколько дней осталось до того дня, как мы соединим наши сердца, но пугающее чувство меня охватывает каждый раз, когда я сажусь за дневник… Я не понимаю, почему так, ведь я должен быть счастлив, рядом со мной – моя мечта, моя Эрия… Но, кажется, весь мир вокруг меняется со скоростью мысли. А пока я снова возвращаюсь в прошлое.