– А мне этот план нравится, – вклинился в наш разговор назойливый компьютер, – на Сол-3 нас точно никто не ждет.
– А тебе лучше заткнуться, иначе я тебя отключу!
– Макс, пожалуйста, – взмолилась Ира, – не отключай Глюка.
Не скажу, что меня это сильно проняло, но какая-то часть электронов все-таки колыхнулась внутри моих схем. Я вывел на стену перед самкой трехметровое изображение Фулонга на фоне газового гиганта.
– Смотри, – сказал я зловеще. – Что ты видишь?
– Ну, это, планету, облака…
– Нет, вот тут. – Я взял в яркий квадрат объект, на который хотел обратить внимание Иры.
– Откуда я знаю, Макс? Голубенькая точка какая-то… Макс, почему ты такой черствый вдруг стал? – сказал мой симбионт, чуть не плача.
Я не черствый! Я вообще не могу смотреть уже на эти слезы. Честно, не черствый я. Или черствый?
– Эта точка – боевой крейсер Федерации, – сказал я, смягчившись. – Ты можешь гордиться собой – на твою поимку отправили целый крейсер!
– И что же делать? – всхлипнула Ирина.
– Единственный выход – совершить гиперпрыжок, пока нас не догнали. А крейсер догонит нас меньше чем за полчаса. Так что, капитан Вика, выбирайте, куда отправляемся.
– Я – за Сол, – тихонько вякнул навигатор.
– Я тоже! – решительно выдал симбионт. – Макс, там нас искать не будут, а мы спрячемся где-нибудь подальше от Земли и подумаем, как быть дальше.
– Ладно, – поразмыслив, согласился я. – Значит, Земля. Глюк, заряди капсулы с антиматерией.
Мой процессор молчал, мерцая светодиодами в серверных стойках.
– Я неясно выразился? Заряжай, и уходим как можно скорее! Или тебе требуется подтверждение от «капитана»?
– Как бы тебе сказать, Макс… – начал навигатор вкрадчиво.
– Так и скажи.
– У нас нет двух капсул с антиматерией, необходимых для прыжка к Сол-3. Вообще-то у нас даже одной нету…
На этот раз Ира, к моему удивлению, адекватно оценила обстановку даже раньше, чем это сделал я, исходя из нашего разговора. Проблема в том, что ее первой реакцией стало, как обычно, впасть в неустойчиво-угнетенное состояние разума. Она откровенно и громко разрыдалась, сидя на полу и залепив глаза хоботом.
– То есть ты… – с нажимом сказал я, – умудрилась сбежать от полиции, угнать корабль и даже купить себе эту вот пищевую смесь, – я провел лазером по двум фулонгийским контейнерам, лежащим в изголовье кровати, – и не подумала о топливе для прыжка?
– Макс, ну, Макс… – утирала слезы Ира, – я даже, когда водила, всегда забывала про бензин… ну… что же теперь делать?
– В одном контейнере осталась двенадцатая часть моля, – сообщил мой процессор.
– И что? – хмыкнул я.
– Можем прыгнуть к Лейтену, он всего в 1,2 световых лет.
– А что там? – Симбионт воспрянул духом.
– Ничего живого, всего две планеты – небольшой газовый гигант и каменистая планета наподобие вашего Меркурия, между ними пояс астероидов.
– Там ничего нет? – в отчаянии спросила самка.
– Есть. Исследовательская станция, но там одни дроиды.
– А топливо у них есть?
– Возможно, скорее всего… На случай непредвиденных ситуаций…
– Давай, давай туда! – крикнула Ира, вставая. – Давай спрячемся в поясе астероидов и подумаем, как умыкнуть себе антиматерии!
– Хороший план, – поддакнул Глюк.
– Ты-то хоть помолчи!
– Макс, этот крейсер же не сможет узнать, куда мы прыгнули? – Ира возбужденно размахивала ручками, глядя на поблескивающую оболочку приближающегося корабля на экране.
– Нет, – подтвердил я.
– Ну давайте, ребята, давайте тогда!
– Гиперпрыжок! – предупредил навигатор. – Три, два… нормальный план… один!
Глава 7
Мы к вам, профессор, и вот по какому делу…
– Макс, а где гигант? – Ирина сидела на своем горизонтальном лежаке и выдавливала пасту из тюбика прямо в хобот, отчего тот покрылся коричневой пеной.
– По другую сторону от красного карлика, – ответил я раздраженно. – Не мешай…
Но самка не унималась:
– Почему ты не совершаешь тот же маневр, что и на Земле? Ну, не раскручиваешь эту катапульту?
Надо же! Запомнила! Какая избирательная память у гуманоидов.
– Потому что наверняка на орбите Лейтен-2 есть исследовательские зонды. Дальние сканеры у них отсутствуют за ненадобностью, а вот ближние – очень мощные, они же наблюдают за атмосферой планеты. Запросто засекут нас, если мы приблизимся.
– Я-а-а-сно, – протянула Ира, втягивая еду. – Так мы куда теперь?
– Укроемся пока в поясе астероидов на всякий случай – вдруг появится разведывательный корабль, ему будет невероятно сложно найти нас среди скопления пыли и обломков металлосодержащих пород. И вообще – отстань! – выпалил я. – Покорми вон лучше своих питомцев!
Ира заморгала глазками:
– Чем же я их покормлю? У меня нет травы с букашками!
– У тебя есть фулонгийский стандартный мелкодисперсный завтрак.
– Этот суп? – Симбионт взболтнул взвесь в контейнере.
– Именно! Может подойти для твоих животных, а крупные кусочки потом сама доешь. Что-то мне подсказывает, что в недалеком будущем твои мумрики могут… как это по-вашему… откинуть копыта. Никогда не понимал этой фразы…
Ирина ловко соскочила с кушетки с контейнером в руке, но остановилась и о чем-то задумалась.
– Включи мне галактическую Сеть, хочу проверить, подходит ли мумрикам эта еда.
– Нет, – отрезал я, – у тебя нет права доступа к Сети: ты – не гражданин Федерации.
– Да ладно, Макс! – затрубила Ира. – Чего я там не видела, в вашей бесценной Сети?! Я там уже была сто раз!
– Не могу.
Самка подошла к клетке и села на пол возле нее.
– А ты все еще гражданин Федерации? – спросила она, поразмыслив.
– Н-не знаю теперь… Но не хотелось бы усугублять мою ситуацию… – неуверенно ответил я.
– Нашу ситуацию, – поправила Ира спокойно. – Ты что же это, еще надеешься, что тебя простят?
Вопрос окончательно загнал мои микрочипы в тупик. Действительно, на что я надеюсь? Насколько я помнил законы, угон корабля – это пожизненное.
– Не могу, – твердо повторил я. – Сети здесь нет.
– Как это?
– Для подключения нужен мощный передатчик, а поскольку разумных существ в этой системе нет, то и Сеть не нужна. Время от времени прибывает почтовый дроид, который забирает научные данные со станции и отправляет их на Процион.
Ира уже открывала контейнер, со словами: «Надо же – до сих пор теплый!», – склонившись над Шариком и Кубиком… то есть Клубком… Почуяв ароматы, пушистые сферы явно оживились, перекатываясь по полу клетки.
– Так что, просто полить их супом? – вопросила она.
– Да, думаю, это будет наилучшим выходом, если ты планируешь их перепродать.
– Это ты хочешь их перепродать, а я – нет! – гневно выдохнул симбионт, вываливая смесь на изрядно помятую шерсть му-ум’рэков. – Мои хорошие… Проголодались…
Шары задвигались, впитывая ворсинками частицы супа, к которому пару дней назад даже не притронулись бы.
– Макс, ты бы вывел картинку, что ли? – попросила Ира, всасывая хоботом остатки мяса из цилиндра.
– Там не на что смотреть, поверь, разве что ты вдруг обрела способность видеть в радиодиапазоне. На экране только пыль.
– И куда мы летим?
– Найдем астероид покрупнее и приземлимся, – ответил я, сконцентрировавшись на навигации, – переждем возможную погоню. Потом подумаем, как быть дальше. У тебя, кстати, нет мыслей на этот счет?
– Есть! – радостно заявила самка. – Если у исследователей на базе есть ампулы с антивеществом – заберем их!
– Как? – искренне удивился я. – Что я скажу? «Здравствуйте, мы – свободные, отдайте нам ваше топливо! Разрешите пристыковаться?»
– А кто такие «свободные»? – заинтересованно спросил симбионт и даже высунул хобот из термоса.
– Расы, не входящие в состав Федерации. По разным причинам: часть из них преодолела четвертую ступень, но их политическое устройство – империи, унитарные демократии или даже анархии; часть – просто высокотехнологические расы третьего поколения, со всеми вытекающими…