— Получи фашист гранату, — шепнул Бер.
Сашка четко осознавал, что живым ему без посторонней помощи не выбраться. По его ощущениям старый дом, ставший для него ловушкой и в которую он сам себя загнал, окружен. Он чувствовал пятнадцать человек вокруг и кольцо врагов, с сознанием переполненным ненавистью сжималось. После щедрого обмена выстрелами с боевиками, оставалось не более половины боекомплекта. Учитывая ситуацию могло случиться так, что остатки он не успеет истратить.
Обострившийся за последние месяцы инстинкт заставил его выпустить короткую очередь сквозь входную дверь. Снаружи с глухим стуком упало тело. Бер четко осознал — противник мертв. Сашка переключил внимание на окно. Он привстал на правое колено и на краткий миг показался в проеме раздолбанного окна, чтобы поймать в прицел перебегающего поближе к дому дробышевца. Нажал на спуск. Противник будто споткнулся, пробежал по инерции пару шагов и упал, чтобы больше никогда не встать.
Бер вдруг понял, наступил переходный момент. Или он остается здесь, в помещении, которое со сто процентной вероятностью, вскоре станет его последним прибежищем или он попытается вырваться. На задворках сознания теплилась надежда, что сумасшедшая задумка может получиться.
Александр подбежал к выходу, отворил простреленную дверь и со всей прыти понесся прочь. Он выпустил последнюю гранату из подствольника влево и дал длинную, почти на весь магазин, очередь вправо. Адреналин помог развить бешеную скорость. Пока ему везло и ни одна пуля, посланная вдогонку его не задела. Сашкиной целью был маленький кирпичный сарайчик в отдалении, за которым он надеялся отдышаться и перезарядить оц-14. К тому же там он не будет какое-то время окружен и сможет уйти дальше.
Над ухом вжикнуло. Бер перекатом вперед ушел с линии огня, пропуская над собой сестер первой выпущенной пули. Лежа на земле развернулся и выпустил остатки магазина в направлении стрелявшего, заставляя того искать надежное укрытие. Умирать боевику не хотелось. Сегодня Бер попил немало крови у дробышевцев. Они это оценили и не лезли, как в первые минуты.
Александр вскочил и продолжил бегство к намеченной цели. Осталось совсем чуть-чуть. Еще немножко. Опасность сзади подстегивала. Десять метров до укрытия, пять, три. Прыжок. Бер покатился по траве, поднялся и на карачках заполз за угол сарая. Недалеко взорвалась вог-25, кем-то выпущенная из подствольника. Дерн посыпался на Бера сверху и застучал по дырявой, покрытой шифером, крыше сарая. Не замечая собственного хриплого дыхания Сашка заменил магазин на новый.
Бер не стал засиживаться на новом месте. Он перекочевал к противоположному углу и встретил огнем перемещающихся вслед за ним противников.
— Са…ка, я…дом, — зашипела рация голосом Никифорова.
Глава клана посмотрел на рацию. Корпус лопнул, часть внутренностей торчали наружу. Когда и каким образом она сломалась Сашка не помнил. Оставалось удивляться, почему она до сих пор работает. Бер щелкнул переключателем, убедившись в его неработоспособности бросил бесполезное занятие и переключил внимание на преследователей.
Александр выстрелил пару раз, чтобы врагам было о чем подумать на досуге, и уже решил отступать дальше, когда в стороне послышалась автоматная перебранка. Бер понял, что пришла помощь и воспрянул духом. Он не стал долго раздумывать, высунулся из-за угла и начал давить огнем боевиков. Так перемещаясь от одного угла к другому, не давал приближаться дробышевцам. Теперь дружинники Дробышева вынуждены были вести боевые действия на два фронта. Так как они пока не сообразили, что подошедший Никифоров пришел на помощь один, то их действия стали несогласованными. Этим воспользовались клановцы. Никифоров, военная подготовка которого на две головы превосходила аналогичную у боевиков, состоящих в основном из бывших милиционеров и разного рода собранных "бароном" негодяев, ловко воспользовался ситуаций в свою пользу и лишил отряд противника, в первую минуту своего выступления, четверых боевиков. Сашка применяя собственные навыки и паранормальные способности засекал противника до того, как они успевали перевести на него внимание и лишил жизни еще парочку противников. Не ожидавшие таких быстрых потерь дробышевцы растерялись и отступили.
Сашка и Вячеслав сообразили что им выпал шанс более-менее уйти спокойно, воспользовались моментом и покинули зону боя.
Через несколько минут клановцы встретились на окраине разрушенной части поселения.
— Ты цел? — забеспокоился Слава при виде товарища.
Бер в ответ кивнул, сил говорить не осталось. Внешний вид главы клана мог вызвать только сочувствие. Лицо грязное, над бровью красовался синяк. Если у Александра спросить, где он его получил, тот не смог бы ответить. Одежда в нескольких местах порвана, выпачкана землей и темно-зелеными травяными разводами. Радиостанция раздолбана, боекомплект пуст. Вдобавок Бера начал бить мандраж. Последствия адреналинового допинга.
— Наши все в порядке. Ждут в условленном месте. Женщины с ними. — Ответил Никифоров на не заданный Сашкой вопрос.
Бер молча кивнул и ускорил шаг.
Глава пятнадцатая
Вчетвером еле разместились на заднем сидении УАЗа. Александр устало подумал, что встреть сейчас проектировщика салона, пристрелил бы без сожаления. Кто так автомобиль для военных конструирует? Сзади даже втроем тесно и ноги свободно расположить негде, потому как передние сидения мешают. Вот зараза. Бер поерзал на месте, пытаясь найти ту, минимально допустимую позу, при которой самому удобно и соседу не мешаешь. Вместо этого стало хуже. Сидящая справа бабуля недовольно зыркнула на Сашку, тем самым прекращая поползновения молодого человека устроится поудобнее, чего с успехом добилась. Александр прекратил дергаться, но теперь фляга уперлась в бок, доставляя неудобство. Он в сердцах чертыхнулся. Вялая мысль вытащить флягу так и осталась мыслью. Лень. Бер откинул голову на подголовник и попробовал вздремнуть под мерное покачивание машины на неровностях дороги.
К Петровичу заезжать не стали, сразу рванули домой. На базу клана добрались, когда местное светило поднялось и ночная прохлада начала отступать под безудержным напором дневной жары. Вести, что вернулось начальство, да не одни, быстро облетели общину. Когда Валентина Николаевна увидела в каком виде предстал перед ней сын, ее чуть удар не хватил. Пришлось Ксении бежать за валерьянкой.
Этот день полностью посветили отдыху. Бер вежливо послав всех на хутор бабочек ловить, по быстрому смыл с себя грязь и дорожную пыль. Никифоров посоветовал ограничить общение спасенных с представителями общины и посадить женщин под комфортабельный домашний арест. Бер прекрасно понял, почему Слава дал такой совет и согласился с ним. После того как Саша распорядился об устройстве освобожденных женщин, завалился спать даже не позавтракав, чем немало расстроил отошедшую от первого шока мать.
Александра разбудил днем отец. Глава клана пошатываясь, в полусонном состоянии, подошел к двери своей комнаты.
— Привет пап, — он зевнул и посторонился, пропуская отца и бешено радующуюся овчарку. Собака норовила лизнуть его в руку, как же самый любимый хозяин вернулся.
— Дана отвянь от меня, — попросил Бер. Но Дана, так преданно посмотрела на него, вертя хвостом из стороны в сторону, что пришлось опуститься и потрепать верное животное за холку. Поучив в ответ длинным собачьим языком в нос Бер поморщился, вытер повлажневшее лицо рукой и поднялся во весь рост.
— Который час? — поинтересовался Сашка у отца.
— Четвертый. Все из великолепной четверки проснулись и я решил, что и тебе пора вставать. Иди, обедай. Народ уже заждался когда глава совета изволит отдохнуть после военного похода. — Сергей Борисович попытался вложить в последнее предложение иронию, но его потуги пропали зря. Сын никак не прореагировал или сделал вид, что не понимает куда клонит отец. Он молча натянул на себя свои старые джинсы и пахнущую чистотой белую футболку. Военно-полевая форма, в последнее время, порядком ему надоела.