— Может надо было, как изначально планировали, провести разведку и только потом приступать к операции? — высказал сомнение Олег. — Вернулись бы домой. Подготовились, взяли побольше людей… Неспокойно на душе как-то.
— Я понимаю тебя. Но нет. Мы уже обсудили все. Будем работать сейчас, — ответил Бер. Он прекрасно понимал Старицкого и в какой-то мере разделял его опасения, но Никифоров прав. Лучшего шанса, чем сейчас, возможно долго не представиться.
Когда клановцы покинули контролируемую вэвэшниками территорию, коротко посовещались и решили не тянуть резину и провести разведку наличными силами. Никто не планировал вступать даже в минимальный огневой контакт с противником, поэтому пойти на авантюрный шаг посчитали приемлемым. Благо запасы, и снаряжение для небольшой вылазки, вполне достаточны.
Уазик спрятали недалеко в сухой балке и пешком выдвинулись к деревне. Рассматривая Верхнюю Юзовку с достаточно близкого расстояния четверка клановцев стали свидетелями события, которое заставило пересмотреть планы и принять решение об освобождении зазнобы Петровича именно сегодня.
Из Верхней Юзовки выехал Урал с кузовом накрытым тентом. В бинокль рассмотрели, что грузовик полон вооруженными дробышевцами. Машина укатила по грунтовой дороге на запад, где на карте располагалась слобода Курятинская. Помимо Зареченска, самый большой из уцелевших населенных пунктов. По последним данным там обитал сам Дробыш и основная часть верных ему боевиков.
Понаблюдав, какое-то время за окрестностями, Никифоров, как самый опытный вояка рекомендовал проникнуть в деревню когда стемнеет, мотивируя тем, что если отбывшие составляют гарнизон Юзовки, то значительный и имеет смысл провернуть операцию пока они не вернулись.
Бер недолго давал себя уговаривать. В конце концов решили разделиться на пары. Одна, в составе обоих Никифоровых, проникает внутрь поселения, производит поиск и эвакуацию объекта. Вторая страхует и в случае, если не получится тихо, с шумом отвлекает на себя Дробышевцев, оттягивая боевиков к уазику на котором вторая пара и должна оторваться от преследования. Затем по дуге обогнуть обнесенную стеной Юзовку и подобрать уходящих на своих двоих эвакуаторов с "добычей". Это, так сказать, "средний вариант". В идеале конечно тихо войти и тихо выйти, но это как получится.
Обсудили и крайний сценарий, когда преследуют обе группы. В этом случае Сашка и Олег в темпе подрываются к машине и на всех парах мчатся подобрать залетевших Никифоровых. О такой ситуации думать не хотелось, так как могли быть потери, но рискнуть стоило. Иначе завтра обстановка могла, лишь ухудшится. В конце концов не штурмовать же всем кланом деревню. Это все равно, что официально объявить войну барону. Отступить от задуманного также не хотелось, больно лакомый кус предложил Петрович.
Рация щелкнула условным сигналом. Значит Никифоровы уже на месте. "Пора и нам потихоньку". — Бер тронул Олега за плечо, молча отдавая команду на выдвижение.
Осторожно, где ползком, где быстрыми перебежками добрались до сгоревших домов. Погода благоволила им. Одну луну скрыли набежавшие перистые облака, а вторая, самая большая и яркая, пока не взошла на ночной небосвод. Ее время не наступило, поэтому стоило поторопиться.
Олег, согнувшись в три погибели скользнул вдоль почерневшей, обугленной стены. Он дошел до конца стены, присел и выглянул за угол. Никого не заметив, собрался короткой перебежкой переместиться к следующему дому, как услышал достаточно громкое, в ночной тишине, предупреждение Александра.
— Замри! Даже не шевелись!
Старицкий застыл в неудобной позе с поднятой ногой.
— Что? — более тихим шепотом спросил он.
— Кажется под твоей ногой растяжка.
Олег сдавлено выматерился и посмотрел вниз, но ничего не заметил. Стало ещё темнее, хоть глаз выколи.
— Я сейчас, — Бер опустился рядом на колени.
— Как ты увидел?
— Не увидел. Почувствовал. Грудь сдавила тревога, а дальше просто логика. Что тут может быть кроме мин, растяжек или секрета с часовым. Не дураки же они оставлять такой удобный скрытный подход к деревне без присмотра и подстраховки, — протараторил объяснение Сашка.
— Посмотри.
— Не шевелись, — попросил Бер.
Олег и не думал дёргаться, но мандраж по нервам ударил. Тем временем Александр у ног Старицкого очень медленно провел ладонью над землей. Наконец нащупал леску. Бер пробежался пальцами по слабо натянутой струне, чтобы определить расположение закладки. Нашел. Ф-1 запрятали под завалом из нескольких битых кирпичей щедро разбросанных в округе. Наверное бывшие хозяева дома собирались что-то строить или наоборот разломали. Растяжка перекрывал старую натоптанную тропинку вдоль дома и заодно блокировала нежданным посетителям удобный подход к следующему.
— Можешь сдать шаг назад.
Олег с облегчение послушался.
— Тебе помочь?
— Стой уж. Сам справлюсь, — Бер одной рукой придерживал леску, второй осторожно убрал кирпичи. Затем сноровисто, опыт армейской жизни напомнил о себе, обезвредил противопехотную гранату, которая благодаря французским и советским инженерам запомнилась всем как ф-1.
— Готово, — сказал Александр, приподнимаясь и пряча гранату в карман разгрузки. Пригодится ещё. — Пошли.
— Ноктовизоры не помешали бы, — буркнул под нос Олег.
— Ты знаешь, где достать? — услышал Старицкого Александр.
— Нет.
— Тогда нечего зря болтать. Вперед.
Теперь первым пошел Бер. Он изо всех сил пытался прощупать пространство вокруг, вдобавок напрягал зрение, изучая тьму впереди.
Больше они не встретили никаких сюрпризов, то ли не было их, то ли просто повезло, но в конечном итоге заняли намеченное место у ближайшего, к частоколу, дома.
Бер передал на оговоренной частоте сигнал "на позиции".
Никифоровы, опасаясь мин передвигались ползком друг за другом. Первым естественно майор, за ним Эдик. Хорошо, что с электричеством огромные проблемы, имелись бы на вышках прожектора, такой номер, достаточно легко не прокатил. Когда достигли стены, с облегчением прислонились спинами к преграде.
Вячеслав принюхался, пахло свежесрубленным лесом. Он поколупал ногтем кору вкопанного бревна за спиной, поднес к носу. Смолистый, кисловатый запах защекотал ноздри.
— Сосна, — больше для себя, чем племяннику шепнул он, — они бы еще керосином свой палисадник облили. Придурки. Поджечь бы сейчас все. Строители хреновы.
Минут двадцать прождали сигнала от Бера. Наконец в наушнике щелкнуло. Все пора. Вячеслав толкнул Эдика в плечо. Племянник молча подставил спину и плечи, на которые взгромоздился Вячеслав. Эдик с трудом выпрямился, поднимая своего дядю вверх. Бывший майор крепким хватом уцепился за край, подтянулся, напрягая мышцы. Голова оказалась поверх ограды. Он внимательно окинул взглядом открывшуюся картину.
Черные силуэты деревенских построек частично перекрывали обзор. Тусклый свет из окон уличную темноту не разгонял, а облака в вышине по-прежнему прятали небесных спутников этого мира. И это хорошо. Вячеслав подумал, что раз ему ничего практически не видно, то есть большой шанс, что и их никто не заметит. Никифоров подтянулся дальше и перекинул через верх ногу. Свесившись протянул руку вниз. Эдик подпрыгнул, руки сцепились. Помогая себе ногами Эдик, с помощью дяди, спустя несколько секунд лежал на ограде. Неровный край стены больно уперся в грудь.
Не мешкая "диверсанты" повисли на руках с внутренней стороны и спрыгнули на землю. Первый этап пока прошел успешно, теперь перевести дух, осмотреться и самое главное определить куда точно идти. Петрович подробно описал место расположение деревенской усадьбы и указал на карте, где жила мать его Любы. Никифоров, выбирая место проникновения руководствовался, как отдаленностью от наблюдательной вышки, так и достаточно близким расположением искомого дома к частоколу.
— Нам в ту сторону, — Вячеслав показал рукой в какую, — за этим строением нужный нам двор.