— А все-таки здорово мы их. Как считаешь, возмущаться будут?
Ворона с сомнением взглянула на два валявшихся в отключке тела.
— Если и будут, то явно не на этой неделе. — Авторитетно ответило пернатое существо.
Алена потянулась, зевнула и начала спускаться вниз. Ее все еще немного шатало, но в целом все было ОК, да и веселости уже поубавилось. Видимо, проходило действие алкоголя. Ворона, нахохлившись, засыпала на ее плече, сопя и пытаясь устроиться поудобнее.
В холле Алена задрала голову, чихнула (все-таки муки в воздухе было еще много) и гаркнула во все горло.
— SOS, СПАСИТЕ НАШИ ДУШИ!!!
Ворона упала на пол, потом, очухавшись, снова взлетела и выдала юной чародейке все, что о ней думала. Но Аля только отмахнулась.
В зале вновь сияла первозданная чистота, даже окно было вновь целым. Общую идиллию портили только два тела, распростертые на полу, да вой собаки за окном.
Аленушка проспала весь остаток ночи и большую часть дня. Очнулась она от очень громкого храпа, устроившейся на подушке вороны. Мало того, что та храпела, как ненормальная, так еще и всю ночь лапами пихалась.
— Так, подъем!
Крикнула Аля и вскочила на ноги. Ворона только повернулась на другой бок и с головой накрылась одеялом.
— Я кому сказала, — возмутилась Аля, сдергивая одеяло, — сегодня у нас очень важный день. Я иду на свиданку к принцу.
Ворона не подавала признаков жизни, продолжая храпеть на подушке.
Аля фыркнула, выбежала на кухню, около которой и находилась ее каморка, нашла там чан с холодной водой и с визгом принялась умываться. Потом она вспомнила о вороне, взглянула на небо, где уже давно во всю светило солнце, и, зачерпнув пригоршню ледяной воды, побежала обратно в комнату. Там, склонившись над сонным пернатым, она щедро плеснула на него влагой. Ворона вскочила, каркнула, булькнула, и с ужасом посмотрела на свои насквозь промокшие перья. Затем тяжелый взгляд был переведен на Алю. Та, что-то вещала о пользе раннего умывания.
Ворона встряхнулась, воинственно каркнула и бросилась на обидчицу. Та, довольно быстро выбежала из комнаты, бросилась через кухню во двор и начала наматывать по нему круги.
— Я пошутила!
Орала она, перепрыгивая через очередное препятствие в виде забора.
— Я щас тоже пошучу, — возмущалась ворона, гоня Алю на очередной барьер.
Так они веселились минут двадцать, потом устали, помирились и пошли в дом — домываться и завтракать. Позавтракать удалось сразу, а вот с умыванием вышли проблемы.
— Я в эту грязную бадью не полезу.
— Но ты же не хочешь перед принцем предстать грязнулей?
— Не хочу.
— Тогда лезь!
— Ага, сама туда лезь, в грязную холодную воду. Я тебе что, морж, что ли?
Ворона только вздохнула.
— Ну ладно, собирайся.
— Куда?
— На речку. Знаю я одно местечко, где она образует почти озеро. Тебе как раз будет.
Аля тут же пошла собираться. Купаться она любила.
Через десять минут она была готова, и, взяв с вороны слово, что та в реку первая полезет, так сказать, опробовать воду (чего ей стоило ту уломать — никто до сих пор не знает), побежала в лес. Ворона гордо и чуть обижено восседала на Алькином плече.
Сквозь лес Аленка шла, так сказать, наугад. Ей всегда с трудом удавалось ориентироваться на местности. И поэтому вороне приходилось то и дело подниматься над деревьями, сверяя направление.
Но вскоре деревья расступились, и они вышли на довольно милую полянку, в центре которой протекающая река образовала круглое озерцо с кристально чистой водой.
— Итак, ты лезешь первая, как и договорились.
Алена строго посмотрела на ворону, которая уже подыскивала дерево повыше. Но, взглянув в глаза Але, смутилась, и слетела на землю. Алена неподалеку наблюдала за процессом.
Ворона действовала основательно. Сначала она попробовала воду в одном месте, сунув туда лапку, затем перелетела подальше, и проверила температуру воды там. Увы, везде было холодно. Ворона еще раз обернулась на свою мучительницу и, трижды перекрестившись, взлетела над серединой озера. Придирчиво осмотрелась, еще раз посмотрела на Алю. Но та была непреклонна, и уже притоптывала правой ножкой. Тогда ворона закрыла крылом глаза, и отважно упала в реку, булькнув напоследок.
Аля простояла на берегу 2, 3, 6, потом 10 секунд, но ворона упорно не выныривала. Аля испугалась, а потом с криком: «Варя, держись, я иду!» — разбежавшись, прыгнула в воду и, доплыв до середины пруда, нырнула. Потом она вынырнула, и, решив, что ворону, очевидно, снесло течением, нырнула снова, но уже подальше. Вороны снова не оказалось на дне. Аля, чувствуя, что ноги уже леденеют, а тяжелая юбка, которую она забыла скинуть, тянет на дно, чуть не плача, огляделась.
— Карр, молодец, вот так и надо нырять!.
Ворона, совершенно довольная, и с виду очень даже живая, сидела на ветке какого-то дерева, и сушила перышки под ярким солнышком.
Алена бодро поплыла к берегу. Когда она вышла, то первым делом направилась к пернатой хамке, и попыталась схватить ту за шкирку. Но ворона, привычная к таким захватом, сумела увернуться, пытаясь на бреющем полете скрыться в чаще, где и была настигнута. Они весело катались по земле, слов почти не было, за то было много эмоций.
— Как ты могла… я там, как дура, ныряю в ледяной воде, а ты…
— А что я, я честно нырнула! Не трогай хвост, это святое.
— Так ведь не вынырнула!!! Я ведь думала, что ты… а ты… придушу на фиг!
— В честь моего спасения, что ли?! Оставь крыло, мне оно дорого, как память.
Еще немного повозившись, они устали и разлеглись на земле. На голубом небе светило красивое солнце. Изредка кто-то за кем-то пролетал над деревьями, перекрывая криком шум реки.
— Так чего же ты сразу не вынырнула? Я же все-таки волновалась.
— Правда?!!
Расчувствовавшаяся ворона умильно посмотрела на девушку.
— Конечно, ты мне еще на балу нужна будешь, вдруг чего не так пойдет. А после бала я тебя даже лично могу утопить.
У вороны отвисла челюсть, она даже каркнула не сразу. Но, когда она, наконец, сообразила что ответить, Алена уже вновь топала к реке, так как процесс мытья надо было начинать сначала.
Аля вымылась довольно быстро. Ворона в это время караулила на верхушке ели разных там подсматривальщиков. Увидев оного, она собиралась спикировать вниз и стребовать плату. А брала она не дешево. Но, толи все очень хорошо прятались, толи просто сейчас в лесу никого не было, ворона никого около пруда так и не заметила.
Одевшись, девушка посадила ворону себе на плечо и отправилась домой, размышляя над способом вызова феи.
— Ты, вот как считаешь, — обращалась она к вороне, — чем ее можно приманить?
— Ну, она же не мышь, что бы ее приманивать, скорее уж ее надо позвать. — Ответила все еще немного надутая птичка, рассматривая когти на правой ноге и решая, пойдет ли ей темно черный лак из Алиных запасов, о пользе которого та вещала вчера вечером, пока они пили вино. Особенно ей понравилось красивое слово педикюр-р-р.
— Не занудничай, так как?
— Кхм, кхм. — попыталась она вспомнить о теме беседы, а потом с профессорским видом заявила, поудобнее устраиваясь на своем насесте, — На сколько я знаю, феи крестные так просто не появляются. Для этого должен быть мощный стимул в виде…
Аля закатила глаза. Ворона неодобрительно на нее покосилась, но продолжила.
— …в виде испуганной, забитой, несчастной девочки, которую все всегда унижали, но, которая все же смогла сохранить чистое сердце и светлую душу! Вполне заслужившую за всю свою короткую и тяжелую жизнь — несколько часов безоблачного счастья.
— Вот, блин. Куда у вас не кинь — везде сидят садисты. Даже престарелые феи сначала вволю наизмываются над бедным ребенком, и только потом, лет так через двадцать, с неохотой отправят несчастное пришибленное создание на бал, да и то только до полуночи, а потом снова укажут горничной на ее место! Убила бы.