Поднялся ветер, проносясь над деревьями, неистово шелестя листвой и заставляя меня почувствовать, что мы должны поспешить, словно Адам нуждался в помощи, и время было на исходе.
Когда мы мчались вглубь леса, я услышала, как кто-то споткнулся позади меня. Затем Шэннон сказала:
— Черт, Мэгги, притормози уже.
Это лишь заставило меня двигаться быстрее. Когда мы шагнули к линии деревьев у края ручья, я ожидала увидеть Адама, сидящего на скале, прямо там, где я нашла его тремя неделями ранее, а его зеленые глаза сверкали серебром в лунном свете. Но луны не было: она скрылась за толстым слоем грозовых облаков, которые проносились над головой. И Адама тоже не было. Скала находилась на ровной, холодной поверхности, столь уединенной отовсюду.
— Его здесь нет, — слова вырвались из меня, мое дыхание было затрудненным и прерывистым, пока я поворачивалась по кругу, надеясь, что он появится за то время, что мне потребовалось, чтобы повернуться обратно к скале. Но этого не случилось.
— Я была уверена, что он будет здесь.
Ручей проносился мимо, образуя небольшие волны, их шум был едва различим сквозь порывы ветра.
— Нам нужен план, — сказала Шэннон. — Мы не можем просто бегать как ненормальные всю ночь.
— Я не сошла с ума, — ответила я, повернув лицо в ее сторону.
— Я этого и не говорила, Мэгги. Просто…
— Плевать, — сказала я, закатив глаза. — То, что думаешь ты, меня больше не волнует.
— Ну, у полиции, похоже, другое мнение на этот счет, — сказала Шэннон. — К счастью, они…
— Черт возьми! — воскликнул Пит, прыгнув между нами. — Сегодня пятница тринадцатое.
— Можно подумать, мы этого не знаем, — бросила Танна.
— Да, но это июль, пятница, тринадцатое, — взгляд Пита был безумным, очень сосредоточенным, и я сомневалась, видит ли он нас вообще.
— Ладно, — сказала Шэннон. — И это важно, потому что?..
Ветер подбросил дреды Пита вверх.
— Это же День Независимости.
— О Боже! — сказала Танна, стараясь перекричать ветер. — Скала. Ребята, это же вроде как ваша традиция?
— Тринадцатого июля мы спрыгнули в первый раз. И затем мы поклялись, что будем спрыгивать каждый год на пятницу тринадцатое. И обязательно ночью.
— Господи! — воскликнул Шэннон. — Это значит, что нам придется…
— Мы не можем туда пойти, — я повернулась спиной к тропинке, качая головой.
Танна схватила меня за руку и остановила.
— Тебе придется, Мэг. Он был так расстроен, ведь ему пришлось отдалиться от нас, чтобы скрывать от тебя свой секрет. Тебе нужно с ним поговорить, выслушать причины.
— Танна, я…
— Мэгги, сейчас ты — единственная, кто сможет к нему пробиться.
— Братан! — крикнул Пит сбоку от скалы, сложив руки рупором, чтобы точно докричаться до Адама. — Что ты там наверху делаешь?
Мы стояли перед Прыгающим Ущельем и смотрели вверх, а ветер обдувал нас. Адам стоял на самой вершине, на краю скалы, темные тучи рассекали небо за ним.
— Это не смешно, — выкрикнула Шэннон.
— Так и я не шучу, — прокричал Адам. Он немного покачивался вперед-назад. — Я праздную свою свободу!
— Он напился, — сказала я. — И что нам теперь делать?
— Не мы должны это сделать, — сказала Танна, повернувшись и посмотрев на меня. — Там должна быть ты.
— Ты ведь это не серьезно, правда?
Танна прикусила губу и покачала головой.
— Тебе придется подняться туда и помочь ему спуститься, — сказала она. — Он не будет слушать никого из нас. Сейчас он ненавидит себя из-за того, что случилось с тобой.
Я думала обо всех сообщениях, которые он оставил, обо всех сообщениях, которые я игнорировала с четвертого июля. Адам пытался извиниться, а я от него отстранилась. Но потом я взглянула на землю, ветер взметнул мои волосы, и мои глаза опустились к тому месту, где лежал Джои в последний раз, когда я была здесь.
— Это не моя вина! — закричала я. — Я не сделала ничего, чтобы это случилось! Какого черта я должна подниматься туда? — потом нахлынули слезы, они текли из моих глаз быстрее, чем я могла смахнуть их. Я не хотела плакать, но все, что было внутри меня, вдруг вырвалось наружу.
— Перестань быть такой эгоистичной, — сказала Шэннон с насмешкой. — Адам здесь, и он нуждается в тебе. Так же, как ты нуждалась в нем в день смерти Джои.
— Эгоистичной? — выкрикнула я. — Ты действительно только что назвала меня…
— Да! — ветер унес слова Шэннон, разметав их в ночи. — Ты была в центре всего этого с самого начала, Мэгги. Когда ушел твой парень и ты потеряла память, все сбились с ног, стараясь убедиться, что ты в порядке. Мне пришлось смотреть на это со стороны. Никто не знал, что я чувствую на самом деле. И теперь, когда у меня есть шанс поделиться тем, как это повлияло на меня, все говорят за моей спиной о том, какая я стерва. То, что я сделала, может, и не было правильным, но я тоже любила его, Мэгги.
— Ты ожидаешь от меня поддержки? — спросила я. — После того как ты побежала в полицию и попыталась убедить их, что я как-то связана со смертью Джои? Прекрати, Шэннон.
— Ребята! — закричал Пит, лицо которого исказила гримаса раздражения. — Сейчас не время для этого.
— Куда он делся? — спросила Танна, запрокинув голову, ее слова звучали отчаянно. — Где Адам?
— Все в порядке? — донесся до нас голос, смысл слов которого врезался в меня с такой силой, что едва не сбил с ног.
— Нет! — закричали мы одновременно. Гул наших голосов пронесся по ущелью, долетая до Адама на краю скалы.
— Все так же, как и всегда, — крикнул Адам, размахивая пальцем из стороны в сторону. — Врать нехорошо, ребята. Вам еще многому нужно научиться.
— Оставайся на месте, — закричала я. — Я поднимаюсь.
— Мэгги, — крикнул Адам, — я должен сделать это.
— Просто дай мне минутку, — во весь голос крикнула я, — пожалуйста.
Адам качнулся от порыва ветра, а потом сел, свесив ноги со скалы. Я почувствовала облегчение и испугалась до полусмерти. Адам был в безопасности, но мне придется подняться на вершину утеса и уговорить его спуститься. И при этом стараться, чтобы воспоминания не затянули меня в настоящую панику.
Ручей был таким полноводным, что Прыгающие Скалы оказались практически под водой, а мне пришлось перескакивать с одного камня на другой, чтобы перебраться по ним, как по мосту, на другую сторону.
Когда я добралась, тропинка утопала в темноте. Словно меня засасывало в черную дыру.
— Ты сможешь сделать это, — я снова и снова шептала себе эти слова, состояние мнимого спокойствия затягивало меня во мрак, к небесам, чтобы наконец умчаться вслед за стремительно надвигающимися грозовыми тучами.
С каждым шагом ветки трещали под моими ногами. Листья опадали и кружились при каждом порыве ветра в поисках места, чтобы спрятаться. Когда я шла по тропе, я задавалась вопросом: что, если ветер пытается удержать меня? Он казался штормовым. Сильным.
Но сегодня я была сильнее.
— Ты сможешь это сделать.
Повторение успокаивало меня. Я старалась не думать о том, что собиралась сделать. Если бы я задумалась об этом, то могла бы остановиться и уйти прочь. А это не вариант.
Адам нуждался во мне.
Наткнувшись на корень дерева, я упала на землю, зацепилась за что-то руками и не смогла сдержать громкий возглас, сорвавшийся с моих губ. Мои пальцы впились во влажный грунт на тропинке, по которой я в последний раз ходила с Джои. Нет, постойте. Это был Адам. Я не могла поверить, как смешались все воспоминания об этом месте.
Я ощутила запах дождя, металлический запах, который подсказывал мне, что облака вот-вот разверзнутся. Мне нужно было поторопиться.
Я оттолкнулась от земли, найдя опору. Мои руки дрожали, когда я отряхивала их. Ноги тряслись, угрожая подогнуться. Но я не могла. Я должна это сделать.
Мои руки хватались за каждое дерево, мимо которого я проходила.