- Если все светские беседы проходят вот так, - сказала я полушепотом, - то я предпочту монастырь этой вашей богини и полное затворничество.
Обед накрывали в малой столовой - она располагалась в соседнем крыле, ближе к кухне, поэтому у меня, к счастью, появился шанс поговорить с Кондором и выдохнуть до того, как начнется главное представление. В том, что Присцилла не упустит шанса еще проявить себя, я не сомневалась ни капли.
Мы стояли перед входом в какую-то комнату, за которой была еще одна комната, и где-то там, вверх по анфиладе, сейчас затихали звуки шагов и голоса.
- Не все, - Кондор взял мои ладони в свои - по тому, как дрожали мои пальцы, я поняла, что, кажется, нервный срыв и я близки как никогда. - Что она сказала?
- Знаешь, никакой конкретики. Просто каждый раз, когда был повод, напоминала мне, что я такое. Ты меня прости, пусть она тебе и родная, но... я тебе не завидую.
- Я не то, чтобы привык и смирился, - ответил он, сочувственно улыбаясь, - скорее, однажды постарался понять, почему она такая. Иногда помогает.
- И почему она такая?
- Это долгая история, и я пока не вправе тебе ее рассказывать. Может быть, однажды ты сама поймешь, - Кондор чуть отстранился и внимательно посмотрел мне в глаза. - Голова болит?
Я кивнула.
- Пока только начинает.
- Голод, усталость и суровые испытания никому на пользу не идут, - он понимающе усмехнулся и обхватил мою голову руками, касаясь пальцами висков. - Все будет хорошо.
Именно в этот момент мне очень захотелось расплакаться, даже в носу защипало, но я не стала этого делать. Пока рано. Жилетку и утешение мне обещали вечером, да и хоть как-то проявлять свою слабость, когда рядом была Присцилла, я не собиралась - включилось какое-то странное, почти истеричное упрямство.
Нарастающая головная боль утихла, словно бы отползла куда-то и затаилась.
- О чем вы говорили с лордом Парсивалем?
Кондор удивленно вскинул брови:
- Не думаю, что тебе это интересно, - ответил он, подталкивая меня в сторону дверей и дальше, через комнаты к неизбежному.
- Я боялась, что обо мне.
- Нет, не о тебе. Но после обеда он хочет услышать твой ответ. Надеюсь, ты понимаешь, что на твоем месте я бы соглашался. Даже несмотря на... - он кивнул вперед, намекая на свою тетю с крайне скверным характером. - Присцилла поворчит на всех нас и смирится, а твоя безопасность стоит того, чтобы выдержать пару вспышек ее гнева.
- Я заметила, что она очень ревнива, - ответила я, каким-то периферийным чутьем отмечая разные мелочи: отсутствие множества слуг, некую аскетичность, царившую почти в каждой из комнат, задернутые шторы.
- Она рассказала тебе про леди Рэю? - с легким удивлением спросил Кондор, даже остановился на секунду.
- Про кого? - не поняла я, не сразу догадавшись, что, видимо, это та самая, с недостающими интеллектуальными способностями.
- А, - он выдохнул с каким-то странным облегчением и улыбнулся, как ни в чем ни бывало. - Пару лет назад одна не слишком умная в своей расчетливости молодая и амбициозная леди пыталась, хм, стать моей мачехой. У нее так или иначе не получилось бы, но Присцилла сделала все, чтобы леди поняла безнадежность своих стараний как можно быстрее. Так что, как видишь, от ее отвратительного характера бывает польза, - шутливо добавил он, смотря прямо перед собой. Было в этом что-то, похожее на попытку отвести взгляд, и сквозь все тревожащие меня мысли я поняла, что не буду спрашивать, где его мать. Все и так было яснее некуда.
Малая столовая была на удивление уютной - немного темноватой, немного неидеальной, в отличие от остальных комнат, какой-то странно теплой. Два окна выходили на заснеженный внутренний двор с фонтаном. Мебели было немного - длинный широкий стол, стулья, что-то вроде буфета у одной из стен. С потолка, украшенного деревянными пластинами в тон мебели, свисала простая люстра. Наверное, по этой люстре я и поняла, почему мне приятно здесь находиться - здесь все было предельно простым, созданным не для того, чтобы производить впечатление, а чтобы жить и пользоваться этим всем.
То есть, более понятным и привычным для меня самой.
Кондор отодвинул стул, и я не сразу поняла, что этот жест вежливости предназначался мне. Мое место оказалось по левую руку от лорда Парсиваля, сидящего во главе, и, к счастью, Присцилла сидела наискосок от меня - прямая, спокойная, уделяющая мне внимания не больше, чем служанке, расставляющей блюда на столе.
Я опустила взгляд на столовые приборы и мысленно выдохнула: их было намного меньше, чем ожидалось, так что я вряд ли что-то напутаю. Впрочем, есть мне сейчас не то, чтобы не хотелось, от волнения я просто не думала о голоде. Тересия, сидевшая рядом, пыталась проявить подобие заботы обо мне, передо мной появилась тарелка с супом, в которую я смотрела и заставляла себя понять, что происходит и где я нахожусь.
- Вы очень бледны, Мари, - сказал Парсиваль. - И у меня такое чувство, что вы растеряны. Что вас смущает?
Я подняла взгляд от своей тарелки и сначала посмотрела прямо - на Кондора, который сидел напротив меня и сейчас тоже внимательно следил за тем, что я буду делать, - а потом повернулась к главе семьи:
- Я не привыкла к... тому, чтобы сидеть за столом с большим количеством людей, - честно сказала я.
- В вашей семье было не принято собираться вместе? - он смотрел на меня ласково и одновременно с невероятным любопытством.
- Последние месяцы я жила одна. И редко ела дома, - я все-таки взялась за ложку - ручка у нее была из эмали, прохладная и гладкая. - У моих родителей была привычка ужинать всей семьей, конечно, но я часто предпочитала книгу общению.
Если быть точнее - не только книгу, но и соцсети, но им я этого не скажу - вряд ли поймут.
- У Юлиана были похожие проблемы с вежливостью, - сказала Присцилла.
Кондор перехватил мой взгляд и демонстративно закатил глаза, правда, постарался сделать это незаметно для своей тети.
- Дайте уже девочке поесть, - вступилась за меня Тересия. - У нее такой вид, словно она вот-вот упадет в обморок, и я не удивлюсь, если это будет от голода.
- Да, действительно, - Парсиваль немного снисходительно посмотрел на то, как я пытаюсь есть суп. - Как поживает Габриэль? - спросил он у Кондора и тот, кажется, этого не ожидал. Я насторожилась и приготовилась внимательно слушать, потому что не знала, насколько хорошо Парсиваль осведомлен обо всем, что касается этих их экспериментов с порталами.
- Скучно ему не приходится, - уклончиво сказал Кондор. - Тут можешь мне поверить. Мне кажется, он стал заметно более уверенным в себе.
- Я рад это слышать.
Я искоса наблюдала за Присциллой и тем, как красиво двигаются ее руки, когда она берет приборы или тянется к солонке. Это были отточенные, продуманные движения, доведенные до автоматизма, и, кажется, мыслями Присцилла была где-то далеко от нас - по крайней мере, она почти не проявляла интереса к разговору мужчин. Тересия же была больше озабочена тем, чтобы я наелась.
- Вам не нравится суп, милая? - тихо спросила она у меня.
- Я... - выдохнуть и сосредоточиться. - Простите, я очень нервн... беспокоюсь.
- Почему? - Тересия смотрела на меня с искренним участием.
- Очень много нового вокруг, - почти не соврала я.
- О, понимаю, - Тересия ласково коснулась моей руки. - У вас сейчас прямо-таки первый выход в свет, а это очень волнующее событие для любой девушки.
Присцилла это услышала и смерила нас обеих внимательным и немного презрительным взглядом, словно бы мы посмели как-то глупо высказаться на больную для нее тему.
Парсиваль проявил невероятную тактичность, раз за разом уводя любой разговор в сторону от меня, давая мне возможность отдохнуть и успокоиться. Он, конечно, интересовался мной - настолько, насколько от него требовала вежливость, но, скорее, этим интересом просто показывал, что учитывает мое присутствие, не мешая мне задумчиво ковыряться вилкой в кусках мяса, лежащих на моей тарелке. Запах пряных трав и печеных овощей щекотал ноздри, и именно в этот момент я поняла, что у меня появился шанс получить от еды удовольствие.