человек попадает во все более сильную зависимость от техники,
причем развитие техники ускоряется, одновременно приобретая
в значительной мере неконтролируемый характер.
Американский философ Льюис Мемфорд, автор известных
трудов по историософии техники «Техника и цивилизация», «Искусство техники» и др., в основу периодизации положил используемый в технике основной вид энергии и то «вещество», которое
занимает центральное место в создании технических устройств.
Исключая первобытную технику, развитие техники, которое начинается с тысячного года н. э., он делит на три эпохи.
Первая из них − «эотехническая» (1000-1750 гг.) − «интуитивная техника», которая использовала силы природы (силу воды и ветра) и такой естественный материал как дерево, то есть
основывалась на технологии «воды и дерева». Этот тип техники
не разрушает природу, а расцвета достигает в эпоху Возрождения. Вторая эпоха − «палеотехническая» (от второй половины
ХVIII в. к середине XX в.), которая характеризуется отходом человека от природы и господством над ней. Это «рудничная цивилизация», которая опирается на комплекс «угля и железа». Ее
цель – увеличение материальных благ общества, в частности,
богатства хозяев шахт и рудников. Классическое выражение она
получила в Англии ХІХ в. И третья эпоха, завершающая развитие западной цивилизации − «неотехническая» (началась с конца ХІХ ст. и продолжается в настоящий момент), которая использует «электричество и сплавы» и базируется на применении
237
научных знаний. Последующее развитие в этом направлении
должно привести и к решению социальных задач73.
Как известно, использование характерного (и существенного) для определенного исторического периода материала как основание для периодизации развития техники (и не только) имеет
место достаточно давно. При этом чаще всего традиционно выделяются каменный век, бронзовый век и век железный. Что касается использования с этой целью видов энергии, то здесь также существует определенная традиция. Чаще всего говорят о
периодах использования мускульной силы человека, силы животных, естественных сил (ветра, воды), ископаемых энергоносителей (где различаются «эпоха пара» и «эпоха электричества») и атомной энергии.
Относительно последнего существует и более радикальный
подход. Так, Макс Борн, считая, что одним из решающих факторов истории, прежде всего развития техники, является тот вид
энергии, которым человечество распоряжается в данный момент, в книге «Моя жизнь и взгляды» выразил мысль, что в этом
отношении вся история человечества распадается всего лишь на
два больших периода. Первый, начавшийся в древности, длится
до сих пор. Характерным для него является потребление солнечной энергии в ее различных модификациях. Второй же начинается с появлением атомной энергии и продлится на все будущие времена. Переход от первого периода ко второму, происходящий именно в настоящий момент, как раз и знаменуется
окончанием потребления солнечной энергии и началом использования ее чисто земных источников74.
Все эти основания для классификации являются достаточно
разными, относятся к разнородным классификационным системам, нередко противоречат друг другу. Основная причина этого
заключается в том, что техника одновременно развивается как
определенное самостоятельное объективное явление, имеющее
собственные закономерности развития, и как подсистема социума, подчиняющаяся в своем развитии общим закономерно73
Философия науки: Хрестоматия / Под ред. Л. А. Микешиной. − М., 2005. −
С. 9, 96 и др.
74
Справочное пособие по истории немарксистской западной социологии. −
М., 1999.
238
стям последнего. Конечно, и в первом случае техника не развивается «сама по себе», независимо от социума. Просто в этих
двух случаях нужно учитывать разные стороны социального
развития – исторические и культурологические, что определяет
необходимость своеобразного «двойного подхода» к периодизации истории техники.
Следует четко различать внутренние закономерности развития самой техники как некоторой динамической системы, определяющиеся, с одной стороны, общественными потребностями, а с другой – законами природы, и случайные, исторически
обусловленные моменты, когда происходит пересечение этих
двух закономерностей. Те или иные изобретения не могли не
быть сделаны, поскольку существовала необходимость в той или
иной функции возможного технического устройства, и достаточные сведения о тех или иных свойствах вещей, в которых воплощены естественные закономерности. Нужно было «только» «пересечь» различные закономерные линии, чтобы решить данную
техническую задачу, что раньше или позже и происходило.
Но решалась она в конкретных исторических условиях, которые обусловливали как форму выражения и осознания общественной потребности, так и направление в приобретении и осмыслении сведений о тех или иных природных явлениях. Благоприятное сочетание оказывалось результатом случайных совпадений. Если благоприятной случайности не возникало, такого
пересечения не происходило и соответствующее техническое
устройство не появлялось − даже если потребность в нем объективно существовала. Когда же такой потребности не существовало, то даже если случайно и появлялась новая техническая
идея, обществом она не воспринимался и забывалась.
Другой важный момент заключается в том, что ни одно
техническое устройство не может существовать само по себе,
Оно обязательно должно вписываться в определенную органическую совокупность технических устройств (техноценоз), в которой только и может реализовать свою техническую суть. А эта
совокупность существенно зависит от социальных условий.
При важности зависимости технического (в том числе производственного) комплекса от производственных отношений,
существенной является и его зависимость от культурной традиции, связанной с особенностями цивилизационного развития. То
239
есть техника в своем локальном (по месту и времени) выражении функционально зависит от наличной культуры. Последняя
же является результатом длительного процесса становления и
развития человеческого общества.
Поэтому первоначально изменение характера орудий происходило чрезвычайно медленно, причем как результат процесса еще
в значительной мере биологического («прототехнического») они
носили более или менее идентичный характер для всех предлюдей
на том или ином этапе их развития. Ситуация меняется по мере
роста роли индивидуального, а особенно коллективного опыта.
Орудием, имевшим своего рода «пограничный» характер,
было ручное рубило. «Ручное рубило – очень интересный вид
орудий. Это орудие устойчивой формы. Появилось оно очень
рано, еще в ранний период палеолита – в шелле. Кое в чем различаясь, шелльские рубила, найденные в различных странах и
даже частях света, в сущности очень похожи друг на друга: все
они симметричны, по форме копьевидны, или, как еще говорят,
миндалевидны. … В шелле и ашеле всюду, помимо рубила, появляются и другие орудия. Чем дальше уходили люди от австралопитековых, тем своеобразнее становились эти орудия. Теперь
технические традиции в изготовлении орудий на территории
одной страны стали отличаться друг от друга. … Каждая группа
совершенствовала свои орудия, но … группы не всегда могли
обмениваться друг с другом своими «техническими» новинками