А раз так, он вздохнул, опустил плечи и отпустил её.
— А ты явно горишь энтузиазмом. Делай, что хочешь.
— Кое-что есть и для тебя, Харакава, — сказал дракон.
— Что?
Харакава нахмурился, и Сандер Феллоу продолжил:
— Увидев, как ты защитил её дважды раньше меня, я взял на себя смелость соединить твою нервную систему с моей системой управления, когда взял тебя ранее на борт.
— Погоди, погоди, погоди-ка секунду. Что значит «соединил»?
Затем он кое-что осознал о том моменте, когда в них попала основная пушка гигантского чёрного дракона.
…Всё происходило очень медленно.
— Я сосредоточусь на нейротрансмиссии собственного тела, ты будешь пилотировать моё тело, а Хио одновременно поддержит тебя и своим разумом освободит ограничители моего тела. Во время своей эволюции я получил несколько функций, которыми ещё не пользовался, но…
Этот мощный голос был истинной волей дракона.
— Поступив так, мы сможем пробудить всю мою силу.
В 21:37 Чёрное Солнце и его армия столкнулись с механическими драконами американского UCAT, развёрнутыми в Кунитати.
Они разнесли большинство из них на куски и продолжили путь на запад, стряхнув парочку оставшихся.
Авиабаза Ёкота находилась западнее Татикавы и Мемориального Парка Сёва, но там не осталось оборудования, а последние силы эвакуировались под землю.
Чёрное Солнце послал вдоль поверхности несколько ведущих механических детищ, чтобы уничтожить всё на своем пути, но к тому времени, когда сам добрался до базы, отправил их ещё дальше.
Врагов больше не оставалось.
Сохранился только знакомый запах, который лишь усиливался. Это было мощное концептуальное показание на западе, и оно пахло оружием, что однажды его победило.
Чёрное Солнце повернулся в том направлении и медленно ускорился.
Однако он засёк новый запах.
В небе даже дальше к востоку от побеждённых врагов возникло другое знакомое ощущение.
— …
Чёрное Солнце отбросил свою халатность, поэтому отослал в небо позади часть механических детищ. Он послал достаточно, чтобы победить все вражеские силы, которые до сих пор появлялись.
И в то же время автоматическая кукла, управляющая терминалом устройства развёртывания Концептуального Пространства у Токийского залива, увидела кое-что странное.
С предположительно пустого залива нечто медленно поднималось.
Оно напоминало меч.
Это была тридцатиметровая металлическая структура, выкрашенная в бело-голубой.
Зрение автоматической куклы увидело, как воду медленно рассекло его наконечником, зависшим в воздухе.
Это механический дракон.
Автоматическая кукла пришла к заключению, что это неопознанный аппарат, отличный от чёрных. Он находился приблизительно в пяти километрах, и сканирование сверхдальним зрением показало, что он походил на быстроходную крейсерскую форму полностью трансформирующихся моделей.
— Его каркас не предназначен для трансформации?
Это означало, что он представлял собой неизменную модель.
— Я пришла к заключению, что он ограничен сверхскоростной мобильностью.
По бело-голубой броне пробежался красный свет подобно пульсу.
Он послужил сигналом.
Дракон изогнулся и перевернулся, словно танцуя в воздухе над водой.
— !
И внезапно взмыл в небеса.
Всё случилось за миг. Дракон оставил после себя ветер, брызги воды и белую полосу пара, раскрывающую его путь.
Взгляд куклы проследовал за белой линией, которая пересекала ночное небо в западном направлении.
Она двинула приборы видения, повернула голову, и развернула тело, чтобы за ним проследить.
— ?!..
Но ей не хватило скорости. Перед её взором предстала лишь белая полоса.
Ко времени её полного разворота, та полоса уже полностью растворилась в западном небе.
И остался только звук.
Прибыв сзади и пронёсшись над головой, ветреный рёв сверхзвуковой скорости встряхнул её тело.
Кукла не имела ни малейшего представления, что только что произошло, но одна вещь оставалось ясной.
— Он в режиме преследования. Бело-голубой механический дракон преследует Чёрное Солнце. И…
На основе своих расчётов вероятности она произнесла суждение:
— Он несомненно догонит.
Глава 32. Наставление неба
Ночная битва началась с неподвижности.
На запад через географический центр Токио от Тёфу до Кунитати и в направлении Татикавы пролетела белая полоса.
На высоте около одного километра одиночные световые блики внизу с трудом узнавались, а чёрное небо прорезал клинок в форме белой линии.
Этим клинком был бело-голубой механический дракон.
Он содрогался от атмосферной стены, но периодически выскакивал из воздушного потока, прорываясь на запад.
Впереди лежал один лишь ночной воздух, разделяемый его острым носом, и последующий звук ветра, оставляемый им позади.
На безлюдной автостраде, пересекающей землю с востока на запад, простирался чёрный цвет.
Он исходил от пятна гигантского взрыва.
Бело-голубой дракон заметил, как остатки чего-то большого покрывали автостраду и замусорили окружающие поля.
Словно поклонившись прочим следам нагара, он качнул телом.
— …
И полетел дальше.
Маршрут от Тёфу до Кунитати немного изгибался направо, и, следовательно, к северу.
Коридор Концептуального Пространства наверняка был заметен дракону, потому что он изменил курс, словно отскакивая в сторону.
На его новом северном пути парили редкие облака. Они раскинулись низко над землёй и образовались, когда ранний осенний ветер слился с ночным воздухом. Их породило городское тепло и ночное дуновение.
Скопления влаги светились бледно-голубым в звёздном сиянии, и бело-голубой дракон пролетел над раздольем туч, напоминающих скорее остров в океане.
Когда он промчался сверху, облака рассекло и разбросало назад мерцающим жаром его ускорителей.
Туман рассыпанных облаков растворился в ветре, и дракон немного качнулся вправо. Он не сменил направление; он просто наклонился.
Из его правого крыла протянулся белый свет, образовавший лезвие. Дракон поднял скорость сужения оптического оружия на предплечье, чтобы создать клинок по длине не уступающий самому дракону. Это его световой коготь.
Наконечник лезвия рассекал облака. Световой коготь дракона прорывал тучи подобно руке, зачерпывающей воду в плывущей лодке.
Однако вскоре механический дракон убрал свой клинок. Он позволил свету переместиться по воздуху всего раз, после чего наклонился налево и подобным же образом прорезал облака левым когтем.
Он испытывал своё оружие.
Левый клинок с лёгкостью разделил облака, после чего растворился.
Бело-голубой дракон поднял нос достаточно, чтобы увеличить высоту, и окинул взглядом ночное небо.
Там он увидел звёзды.
Это безлунная ночь. Даже с городскими огнями внизу звёзды небес на такой высоте ярко мерцали.
Но в то же время с облаками, озаряемыми их светом, произошла перемена: сквозь них прокатилась волна.
Приблизительно в трёхстах метрах справа в небо взметнулся сноп облаков.
И поднимаясь выше, он переместился вровень с драконом. Но вместо того, чтобы опуститься, сноп облаков медленно возносился над ним.
В мгновение ока из туч как будто что-то вынырнуло.
Это был чёрный механический дракон. Он тянулся на три сотни метров, а значит, являл собой аппарат среднего размера.
Чёрный дракон пролетел дугой сверху.
— !..
С криком он нырнул обратно в море туч.
— !
Сноп облаков передвинулся прямо перед бело-голубым драконом.
По всему расположению среднего дракона скопился свет, и он был чёрным даже для глаз, привыкших к мраку.
Он уже готовился стрелять из всех своих вторичных пушек.