Ожерелье из камней, которое она носила, окутывал свет. Синий свет.
— Эта штука не радиоактивна, надеюсь?
— Н-не может такого быть. Моя мама не стала бы мне оставлять что-то опасное.
— Это философский камень, — ответил голос.
Харакава узнал в нём голос дракона и осмотрелся по сторонам.
— Философский камень?.. Нет, не важно. Где ты?
— Я здесь, но я не с вами. Вот и всё, что я знаю.
На этом голос замолчал, словно ему здесь не место.
Даже по прошествии нескольких вздохов он не продолжал.
Толи от облегчения, толи от волнения Хио наклонила голову.
— Э-э, что это за голос?
— Твой спаситель, судя по всему. У него нет имени, но он дракон. Безумие, правда?
Было слишком темно, чтобы разглядеть друг друга, но он всё равно гадал, как выглядело его лицо.
— Этот невидимый дракон спас тебя, когда парни в синем напали сегодня днём, и когда ты упала недавно с транспортного самолёта.
— Эм, — начала Хио, сильнее наклоняя голову. — Харакава, ты ударился головой?
— Ты серьёзно такое говоришь после всего бреда, в который просила меня поверить, Хио Сандерсон?
— Н-но то просто демон, который был со мной. Не было никаких атакующих драконов или спасающих драконов. Почему мы вдруг заговорили о невидимом драконе? И получается, тьма вокруг нас это дно океана, и мы смотрим сквозь тело дракона?
— Это единственное объяснение, которое приходит в голову. Ты помнишь падение, да? Ну, осмотрись. Мы, скорее всего, в кабине полностью невидимого дракона. Прямо сейчас мы на дне океана, как ты и сказала. Или, если нам не повезло, это может оказаться легендарный токсичный ил Токийского залива.
— Т-тогда, если это и вправду дракон… и он действительно со мной, чтобы меня спасти…
Он мог ощутить движение её груди, когда она немного сглотнула.
— Этот дракон убил мою маму?
Не может того быть, — подумал Харакава.
Оглядываясь назад на его два сегодняшних возникновения, дракон всегда появлялся, чтобы спасти Хио. И в небе он поблагодарил его за то, что парень дважды её защитил. По-видимому, это произошло из-за того, что Харакава защитил её прежде, чем смог дракон.
Но дракон выдал иной ответ на её вопрос.
— Этот.
Когда голос негромко разлился по кабине, Харакава замер, а Хио съёжилась.
Она набрала в грудь воздуха, готовясь что-то сказать, но Харакава задал вопрос раньше:
— Это в самом деле так?
— В самом деле.
Его вопрос и ответ дракона остановили Хио. Сила, собранная в её теле, переросла в дрожь.
— …
Нечто собиралось из неё выплеснуться, но как раз перед этим дракон заговорил:
— Во мне содержатся воспроизведённые концепты 5-го Гира. Он эволюционировал и восстанавливался, но ощутил этот слабый сигнал и погнался за ним. Как раз тогда я впервые проснулся, но…
Последовала небольшая пауза.
— Я не успел вовремя. К тому времени, как я появился и отогнал Чёрное Солнце, который не знал, чем он является, мать Хио уже была мертва… Это равносильно её убийству. Её атаковал враг, который преследовал меня, а я не спас её вовремя.
— Но…
Харакава ощутил, что Хио опустила голову.
Он решил позволить ей говорить, потому что считал, что это, как минимум, необходимо.
— Но… этого не может быть. Ты хочешь сказать… не будь тебя, моя мама бы не умерла?
Незачем было спрашивать. Это правда. Вот почему дракон извинялся и не пытался искать оправданий.
Затем она прижалась лбом к груди парня.
— Нет…
Её дрожащее тело снова вздохнуло и произнесло:
— Пожалуйста, уходи. Тебе не нужно приходить меня спасать, так что, пожалуйста, уйди! Ты машина, правда? Тогда, выбрось включатель и уйди! Да и как ты вообще можешь меня спасти?! Ты не смог совсем недавно совладать с тем механическим драконом! Вот почему моя мама умерла, поэтому… поэтому…
Она выдала крик.
— Верни назад…
Её голос развалился. Он лишился прежней силы и громкости и полнился неуверенной дрожью.
— Прошу, верни это назад. Тебе не нужно меня спасать, так что, прошу, верни это назад.
Мне определённо незачем спрашивать, что «это» значит, — вздохнул Харакава.
Ответом было «всё».
И затем дракон ответил.
— Мне очень жаль… Я не знаю.
—Не знаешь что? — медленно спросила Хио. Она подняла голову, словно обращаясь к Харакаве. — Чего, ты говоришь, не знаешь, машина, что позволяет людям умирать?
— Моей роли. Я существую и обладаю функциями, но мне необходимо имя, чтобы осознать своё существование и получить цель. Без этого, я не могу использовать свои функции для исполнения цели.
Чтобы дать себе время заговорить, Харакава похлопал Хио по спине и обратился к голосу:
— У тебя не было имени, когда тебя создали?
— У меня имеются записи, указывающие, что однажды оно у меня было, но то имя я не могу произносить. То имя принадлежало тому, чем я когда-то был, но я переделал прошлого себя.
— Выходит, ты можешь использовать только функции, собранные из обрывков воспоминаний со времени своей переработки?
…Вот почему он говорит, что не знает?
Все его воспоминания классифицировались как чужие. Его появление чтобы спасти Хио, вероятно, было наподобие инстинкта, который пронизывал его естество, пока он переделывал себя.
Харакава собирался спросить, действительно ли он намеревался защитить Хио, но прежде чем ему представилась возможность, заговорил кто-то другой.
Хио.
— Конечно, у тебя есть имя.
Она резко встала, убирая руки Харакавы и поднимая верхнюю часть тела.
— Это «демон», разве нет?
Я рад, что так темно, — подумал Харакава, когда это услышал. — Так я не смогу увидеть взгляд на её лице.
— Выходит, моё имя Демон?
— Да. Я… я даю тебе это имя, так что, пожалуйста, уходи и никогда больше не показывайся! Если демон уйдёт…
— Хио…
Услышав своё имя, она остановилась. Под бледно-синим светом на её груди, силуэт девушки свернулся, подобно кошке, и, глядя на это, Харакава произнёс:
— Ты слушаешь, Хио Сандерсон?
— Д-да.
Её голос заглох, и часть его энергии растворилась. Обрадованный этим, Харакава попытался убрать как можно больше эмоций из своего голоса.
— К сожалению, это не демон.
— Но!..
— Демон, убивший твою мать, что-то другое. Этот лишь немного опоздал.
Он услышал резкий вздох и испытал дрожь от шока у сидящей на его животе.
— Слушай, — сказал он. — К сожалению, Хио Сандерсон, его цель — защищать тебя. Не твою мать. И ещё одно, Хио Сандерсон. Твоя мать пыталась тебя спасти, но не справилась и умерла. Вот почему появился он. Он должен был позаботиться, что тебя не убили, ведь на тебя нападал демон.
— Т-тогда…
— Хватит об этом. Думай перед тем, как говорить, Хио. Теперь слушай. Ты винишь этого дракона в смерти своей матери, но что если развернуть идею наоборот? Твоя мать умерла, потому что пыталась защитить тебя. Оставь она всё на волю дракона… нет, потому что он не успел вовремя…
Харакава замешкался, но всё же сказал:
— Оставь твоя мать тебя на растерзание демона, она бы не умерла.
Он продолжил говорить и ощутил, что убеждал едва ли не себя.
— Хио, что ты будешь делать, вороти он всё назад? Как-никак, после смерти матери, ты сама выбрала жизнь одержимой демоном. Ты не пыталась этого отрицать, и всегда только убегала. Разве что-то подобное не случилось бы, останься твоя мать с тобой? Хотя это и послужило началом твоего несчастья, ты сама выбрала продолжать то несчастье, не отрицая его. Я не прав, Хио Сандерсон?
После того, как он это сказал, всякое движение пропало.
Через некоторое время Харакава услышал вздох, но не разобрал, пришёл тот от него или Хио. Вот до какой степени парень сосредоточился на слабом силуэте перед собой.
Прошедшие пару секунд казались гораздо насыщеннее и медленнее, чем обычно.