Их привели к столу переговоров без получения какой-либо информации или обсуждения внутри Концептуального Пространства.
Победа Роджера была гарантирована, поэтому он решил немного поиграть. Раз ему нечего терять, смысл игры заключался в том, чтобы увидеть реакцию своего противника.
Он ожидал, что сообразительный противник догадается о нерушимости победы Роджера, и либо отступит, либо договорится о достойном компромиссе.
Роджер готов был признать ценность вражеского командира, который отступит, если того требует положение. В зависимости от того, как всё обернётся, он даже подумывал назначить японский UCAT заместителем американского, возглавляющего освобождение концептов.
…Но я никак не ожидал такого безрассудства.
Он попался на уловку с магнитофоном и затем так зацепился за этот аргумент, что поднял ставку до сдачи Пути Левиафана.
Поднятие ставки, скорее всего, должно было припугнуть Роджера. Он думал, что карта Роджера фальшива, поэтому выдал косвенную угрозу.
…Он говорит мне отступить, пока ещё можно.
В этот момент Роджер выдал горький смешок. И не только в сердце.
Саяма и Синдзё одарили его озадаченными взглядами, поэтому он продолжил смеяться и ответил:
— Мои извинения.
Затем он решил раскрыть ответ. Роджер потянулся к конверту, чтобы вытащить письмо.
— Подожди минутку, Роджер-кун. Ты ещё не выложил свою ставку.
Руки Саямы были скрещены на груди, и его пронзительный взгляд буравил Роджера.
— Разумеется, ты не думаешь, что твоя ставка из одного оружия эквивалентна тому, что я только что поставил.
Вот как, — подумал Роджер, убирая руку. — Да. Хоть я и знаю, что выиграю, я должен играть по правилам.
Пока он пытался придумать ставку, Саяма снова проговорил:
— Но я сегодня щедр, поэтому подниму ставку ещё выше. Как тебе такое? Если американский UCAT поистине обладает всеми полномочиями над 5-м, я также передам вам всю материальную базу японского UCAT.
— Всю материальную базу?
Роджер поднял взгляд и увидел Саяму. Синдзё глядела на него с несусветным потрясением.
— В чём дело, Роджер-кун? Мне не особо по нраву стоять под пристальным взглядом мужчин.
Саяма поднял правую руку так, что от его локтя раздался шорох, и спрятал лицо за ладонью.
— Ох, прошу прощения. Я забыл, что Америка это страна, которая уважает свободу и всяческие предпочтения. Было грубо с моей стороны говорить о твоих предпочтениях. …Однако, я уже посвятил себя Синдзё-кун, поэтому отступись.
Роджер отвёл взгляд и со всей силы постарался не придавать значения всему, что наговорил парень.
Саяма демонстративно взмахнул рукой вниз, посылая к столу ветер, но не опускал взор к конверту, когда поток воздуха его достиг.
И поэтому Роджер продолжил его игнорировать, приложив ладонь ко лбу и размышляя о том, что поставить.
Но…
— Ох, погоди, Роджер-кун. Похоже, я проявил недостаточно японского гостеприимства. А ещё мне кажется, что я сказал недостаточно, так что позволь мне поднять ставку даже выше. …Если вся власть над 5-м Гиром находится в руках американского UCAT, я также передам вам права на все разработки японского UCAT.
— Cтой, — непроизвольно бросил Роджер.
…Это странно.
Откуда исходила безумная самоуверенность парня?
Роджер знал, что его победа обеспечена, а раз так, имел доказательство, что уверенность парня не что иное, как блеф. Однако такой уровень самоуверенности переходил всякие границы.
Размышляя об этом, он услышал голос. С такой же невозмутимостью Саяма постучал пальцем по столу, словно от волнения.
— Роджер-кун, одна вещь. Всего лишь одна вещь. Ты можешь ответить на небольшой вопрос?
— Какой?
— Сущая мелочь, Роджер-кун, — Саяма выдал твёрдый удар по столу. — Скажем, письмо в этом конверте настоящее, но мы предъявили правду, которая полностью всё опровергает или обладаем способом замены содержимого конверта. Что ты скажешь тогда?
— Это не…
Он запнулся, перед тем как сказать «возможно».
Портативный диктофон Саямы исчез со стола.
Нет, не исчез. Его спрятали.
— Свет вокруг диктофона искажается небольшим оптическим камуфляжем, Роджер-кун. Драконы 5-го Гира используют оптический стелс, и Мияко-кун создала портативную версию в качестве примера для всех и чтобы помочь его побороть. А раз так, просто смотри.
В какой-то момент рядом с конвертом появилось небольшое существо.
Это Баку. Его лапки развалились, словно во сне, но, предположительно, он совсем недавно находился у Саямы на голове.
— Прикрывая лицо, я поместил его себе в рукав и переместил туда, когда опустил руку. Я установил оптический стелс философского камня на диктофон, когда щёлкнул по столу следом. …Теперь, что произошло с содержимым конверта?
Роджер знал, что подразумевает Саяма.
Он говорил, что мог поменять содержимое в любое время.
…Но это невозможно.
Даже с философским камнем невидимости и пускай он даже ловко переместил Баку незаметно от Роджера. Попытайся Саяма подделать документ, Роджер бы заметил.
Чтобы себя успокоить, мужчина испустил вздох и поправил очки на переносице.
— Если ты заменил содержимое конверта, этот факт останется в записи.
— Тогда позволь мне сказать: я клянусь богом свободы и справедливости, что не менял содержимое конверта.
…Вот как.
С этой мыслью Роджер глянул на конверт, а затем на Саяму. Парень делал всё, что мог, чтобы повернуть ситуацию себе на руку.
Но в то же время, чтобы изменить содержимое конверта, ему бы пришлось к нему притронуться.
Глаза Роджера сообщали ему, что этого не было, и он пришёл к выводу, что не о чем беспокоиться.
Но затем…
— О-ой.
По какой-то причине Саяма опрокинулся на стол, и это явно произошло специально.
От того, как Саяма вытянул руки над столом, Роджер почувствовал опасность.
— Не двигайся!!
Вслед за возгласом Роджера помощь пришла с неожиданной стороны: от Синдзё.
— П-погоди. Саяма-кун, ты в порядке?
Она лихорадочно поддержала его сбоку, останавливая падение.
Парень остановился и поднялся прежде, чем упасть на стол, и поблагодарил её.
— Спасибо. Похоже, моё переутомление даёт о себе знать.
Наглая ложь, — подумал Роджер, вздыхая и опуская взгляд.
Но затем заметил на столе кое-что новое.
— …
Клочок бумаги. На сложенном листке виднелся напечатанный текст.
Но при этом Роджер не мог его прочесть, потому что на него наложили концепт ограничения информации.
….Это концепт 1-го Гира, используемый в наши дни повсеместно в UCAT.
В этот момент Роджер вспомнил, что 1-й Гир присоединился к врагу.
…Они обладают концептами письма гораздо совершеннее тех, что нам когда-либо приходилось видеть.
Глядя на выпавший документ, Саяма произнёс:
— Ох, надо же. Я обронил важный документ из моего кармана. Какая неосмотрительность с моей стороны. В конце концов, если этот документ написан с использованием концептов письма 1-го Гира, он может оказать воздействие на другое письмо. Если его письмо заменит любые другие документы, на которые ему случится упасть, произойдёт непоправимое.
Слова парня вызвали в сердце Роджера дрожь.
…Он может переписать текст внутри конверта, используя концепт?
Невозможно. Не переживай, — заверил он себя. — Я никогда не слышал о подобном концепте.
…Но в то же время…
Японский UCAT расположил к себе 1-й Гир, который стоял в центре концептов письма.
— Роджер-кун, почему ты вдруг затих? Ты устал? Могу себе представить. Как-никак, от твоего решения зависит будущее полковника Одо и всего американского UCAT, — сказал Саяма. — Ты не можешь позволить себе неосторожное допущение или поспешное решение, основанное на невежественной боязни причинить вред американскому UCAT. С некоторыми вещами простых заверений о своём незнании будет недостаточно. …Вести переговоры не так-то просто.