Через несколько секунд у Джинни закатились глаза, она вся обмякла, словно стала сделанной из пластилина, и устало привались спиной к дверце туалетной кабинки.
— Что это было? — хриплым голосом спросила она, немного придя в себя.
— Боль ты уже на себе испытала, хоть и самую слабую, но сильную тебе вряд ли захочется проверить в деле. Теперь же ты почувствовала на себе обратное, то, чем Господин может наградить хорошего слугу. Выбирай, что тебе больше нравится, быть хорошей и послушной девочкой, или плохой и непослушной.
Джинни стыдливо раскраснелась, пряча глаза и уставившись ими пол.
— Прошу, не надо так делать, — тихо сказала она.
— Всё зависит исключительно от тебя. Иди. Встретимся тут в это же время, надеюсь, крыса будет у тебя.
Девочка едва заметно кивнула и пулей выбежала из туалета.
— Эх… Староват я, чтобы развлекаться с такими соплюшками. Но ментальная связь не считается же за домогательства? Я её и пальцем не тронул… — Тихо вслух стал рассуждать сам с собой. И мысленно додумал. — Обычно девушки парням имеют мозги, я же поломал систему!
Достав из кармана Сквозное зеркало, я его раскрыл и увидел темноту, означающую, что Блэк носит своё зеркало в закрытом виде.
— Алло, барсук вызывает нору, приём. Нора, возьми зеркало и ответь. Барсук вызывает нору, как слышно, приём.
В зеркальце забрезжил свет, и появилось обновленное лицо Блэка.
— Нора слушает барсука, — насмешливо ответил Блэк. — Ты чего ерундой страдаешь?
— А вдруг кто-нибудь подслушает? Я чар против подслушивания не знаю, а в Хогвартсе даже у стен есть уши. Тем более у стен. Живые портреты, призраки, заклинания. Так что, батенька, шифр — наше всё!
— Понял, — сказал Блэк. — Ты чего позвал?
— Я нашёл способ достать «клиента». Мой агент за сотню галеонов согласился его передать. От тебя требуются деньги. Лучше давай сразу три сотни золотых, вдруг не выгорит, а с деньгами будет проще получить желаемое.
— Ну и голова у тебя, барсук, — уважительно протянул Сириус. — Я думал вломиться к «клиенту» и схватить его силой, а у тебя агенты среди львов. Удивительно, почему ты не на Слизерине учишься?
— Не-е… Мне нельзя в Слизерин, я ещё пожить хочу… Так что с деньгами? У меня после покупок всего пара сиклей осталось.
— А говорил, что я не умею деньги тратить, — радостно заявил Блэк. — Как можно за пару месяцев спустить несколько десятков тысяч галеонов?
— Нора, ну ты скажешь. Я все деньги в долгосрочные инвестиции вложил, а на руках всего шестьдесят галеонов оставил. Это на один раз по лавкам пройти.
— Знаешь Дракучую иву? — спросил Сириус.
— Конечно — это же местная достопримечательность. К ней никто подойти не может.
— Ты сможешь, — сказал Блэк. — Жду тебя там, через два часа, ровно в десять вечера я застопорю ветки, подам тебе сигнал и ты беги к стволу с северной стороны, я там тебе передам деньги. Там расположен тайный проход из Хогсмита на территорию Хогвартса.
— Нора, не тупи! Просто сложи монеты в мешочек, завяжи получше, чтобы кошель не развязался и когда откроешь тайный проход, кинь или при помощи чар отправь его мне. Так меньше шансов спалиться. Всё остальное по тому же плану.
— Мерлин, — воскликнул Блэк. — Так действительно будет лучше.
Я пошёл в библиотеку и стал там делать домашнее задание по рунам. Ближе к закрытию храма знаний вышел из замка наружу и добрался до Дракучей ивы. Подойдя за несколько минут до указанного времени с северной стороны, стал ожидать Блэка. Ровно в десять в огромном стволе образовался низкий тёмный проход, в котором проявились очертания фигуры человека, стоящего на четвереньках.
— Вингардиум Левиоса, — раздался от него тихий голос Блэка и в мою сторону полетел толстый кошель.
Когда кошель с приглушённым звоном монет упал у моих ног, фигура мужчины скрылась в нутре дерева и проход закрылся. Я подобрал тяжёлый мешочек с монетами, в котором было явно не три сотни, а все пятьсот галеонов, и запихал его в расширенный карман.
Возвращаясь в замок, заметил вдали очертания трёх фигур в школьных мантиях, у одного из студентов различил жёлто-красную нашивку на плече, что сразу дало понять, что тут бродят Гриффиндорцы. В той стороне находится хижина Хагрида, а судя по росту — это ученики третьего-пятого курсов.
— Неви-отнюх-незвук-леви, — при помощи перстня в темпе накладываю на себя заклинание скрыта и со всех ног несусь в сторону замка.
Заклинание продержалось всего около двадцати секунд, но за это время я успел скрыться из вида возможных свидетелей и дальше пошёл быстрым шагом. В замок зашёл без проблем и уже почти дошёл до общежития Пуффендуя, как из бокового коридора появился профессор Снейп, который при виде меня приобрёл вид человека, выигравшего в лотерею.
— Так-так, мистер Адамс, — насмешливым тоном произнёс Снейп, — нарушаете комендантский час и бродите по школе после отбоя. Нехорошо. Минус десять баллов с Пуффендуя и отработка завтра в восемь вечера у Филча.
Я печально вздохнул и посмотрел на Снейпа, как на неизбежное зло, вроде любимой кошки, разодравшей перила дивана.
— Понимаю.
— И что же вас заставило так поздно бродить по замку, мистер Адамс? — саркастически вопросил Снейп.
— Засиделся в библиотеке с заданием по рунам, потом размышлял над переводом рунного текста, а поскольку часов не имею, к сожалению, видимо слишком сильно задумался и пропустил время отбоя.
— Ничего, отработка вам позволит лучше следить за временем, — радостно заявил Снейп.
— Эх… Я вам сочувствую, профессор…
— И что же вас заставило мне сочувствовать, — зло спросил Снейп.
— Вы преподаёте зелья семи курсам в два потока, к тому же ещё являетесь деканом факультета, как слышал, варите зелья для больничного крыла, а ещё оказывается, что дежурите в ночную смену. Наверняка на сон и личные дела вам остаётся крайне мало времени. Наверное ни за дежурства, ни за зелья вам не доплачивают. Просто невероятная нагрузка даже для взрослого человека. Как тут не посочувствовать? На выпуск обязательно подарю вам виски за все заботы о студентах, за то, что вкладываете в наши дубовые головы такую нужную науку, как зельеварение.
Снейп с удивлением приподнял правую бровь и сверху вниз посмотрел на меня, словно на непонятное явление, вроде говорящей тумбочки или хомяка, перемножающего трёхзначные цифры.
— Неужели я сплю? — с сарказмом спросил Снейп. — Чтобы студент признался в том, что у него дуб вместо головы и посочувствовал профессору — это что-то новенькое…
— Профессор, можно задать вопрос?
— Вы уже его задали, мистер Адамс, — ответил Снейп.
— У нас будет факультатив алхимии?
— Если после пятого курса наберётся более пяти человек, желающих изучать алхимию, и у них будут высшие оценки по зельям, то лишь в этом случае будет организован факультатив по алхимии, — ответил профессор. — Но подобного в Хогвартсе давно не случалось. Если интересуетесь этим направлением, то учитывайте, что вам оно не грозит.
— Печально. А артефакторика?
— Мистер Адамс, — сурово произнёс профессор Снейп, — вы и так непозволительно долго задержались в коридоре. Идите в своё общежитие.
— Профессор, может быть, договоримся, как разумные люди? Я вам вручу презент, а вы отмените отработку.
— Мистер Адамс, вы предлагаете профессору взятку?! — непередаваемым тоном, в котором сочеталось невероятное удивление, смешанное с возмущением от наглости подобного предложения, спросил Снейп. Видимо до этого никто не предлагал профессору взятки, причём так нагло, все студенты бояться его до дрожи в коленях и на подобный шаг вряд ли решились бы.
— Ну что вы, взятка, это нечто крупное в денежном или ином выражении, я же предлагаю всего лишь презент. Как насчёт рецепта зелья по выращиванию кристалла для магических концентраторов?
— Русское зелье? — удивлённо спросил Снейп. — Неужели вы думаете, что мастер зелий не знает о таком? Но я удивлён, что вы знаете о нём. Интересно, откуда?