Обездоленные. Один из лучших романов 70-х гг. и едва ли не лучший образец социально-философской фантастики. Л. удалось совместить яркий и серьезный сюжет с глубоким анализом моделей общественного устройства. Два мира, две планеты — и извечный конфликт индивидуализма и коллективизма, коммунизма и демократии, власти и личности. Поиск среднего пути труден, почти невозможен. А между тем оба изображенных мира содержат целый ряд правильных идей, отсутствующих у оппонентов. Герои — философы и люди действия, властители и обыватели — пытаются найти свое решение. Вместе с ними — и мы, читатели. Л. не дает однозначных ответов, как обычно в НВ, не делает выбора, ничего не навязывает. Кого-то книга может отпугнуть обилием серьезных сцен и сложных диалогов, кому-то покажется недостаточно художественной, кому-то наоборот — недостаточно философской. Тем не менее перед нами одно из последних и лучших произведений, созданных в хронологических рамках НВ.
Планета изгнания. На сей раз колония землян, потерявших связь с Лигой, должна спастись от гибели на далекой планете, наладив взаимопонимание с аборигенами. Угрозой являются и дикие кочевники, и природные условия — Зима, длящаяся десятилетие. Отдельные эпизоды (связанные с телепатией колонистов) сделаны очень выразительно, книга увлекательна, но уступает Роканнону по всем параметрам.
Планета Роканнона (др. Мир Роканнона, Роканнон). Замечательный приключенческий роман, открывший Хайнский цикл. Прекрасно выписана и инопланетная культура, и обитатели чужого мира, а печальный финал подготавливает одический тон эпилога. Книгу ругали за легковесность, но среди потока приключенческой НФ она возносится на недосягаемую высоту.
Слово для леса и мира одно. Скорее притча, чем полноценный роман. Прекрасно написанная история инопланетной культуры практически лишена недостатков. Писательница сознательно вводит в текст многочисленные аллюзии на события во Вьетнаме. Несмотря на это (а может, как раз поэтому), потрясает до сих пор. Перед нами не публицистика, а серьезная, глубокая работа.
Автор Записок на семенах акации Документальный рассказ о проблемах изобретенной Л. зверолингвистики, а также о языке камней и самой природы. Неожиданно серьезный и глубокий финал.
Арфа Гвилан. Очень красивая и душещипательная история о жизни и искусстве. Прежде всего это сказка, но зато какая!
Белый ослик. Гармоничная миниатюра о волшебстве и печальной реальности.
Бизоны-малышки, выходите гулять… Один из лучших рассказов Л., несмотря на режущий взгляд феминизм. Со времени лучших романов Желязны не было столь адекватного перенесения духа национальной мифологии (в данном случае индейской) в фантастический текст. Тотемы племен становятся живыми существами, частью (и важнейшей частью) связанных с ними людей. И это порождает удивительную поэзию самых обыденных действий, превращает их в магический ритуал.
Вещи (др. Одержавший победу). Еще одна история об островах — но никак не о Земноморье. Здесь в центре внимания Конец Света и психология тех, кто его ожидает. Поскольку написано талантливо — пугает почище С. Кинга.
Вода широка. Новое обращение Л. к психологии смерти и проблемам, с ней связанным, мне показалось надуманным и не слишком оригинальным.
Волновой кот. Проблемы пространства и времени парадоксальным образом раскрыты в этой забавной новелле. Мне сюжет ее удивительно напомнил анекдот о коте и мясе (см. Три стигмата Палмера Элдрича Ф. Дика). Увлечение Л. творчеством Дика проявилось и в выборе темы, и в методе ее раскрытия.
Две задержки на Северной линии. А эта история человеческих судеб выдержана в традициях латиноамериканской прозы. Писательнице удалось создать поэтичную и глубокую картину, соединив выбор пути и мысль о необходимости непрерывно искать этот самый путь.
Девять жизней. Этот рассказ раскрывает гуманистические аспекты проблемы клонирования с великолепным лиризмом и сюжетной динамикой. Одна из лучших, по признанию критиков, научно-фантастических новелл Л.
Дневник Розы. По пафосу довольно близко к Новой Атлантиде, но речь идет в основном о взаимоотношениях психологии и политики, которые (нетрудно доказать) враждебны друг другу — как наука освобождения и наука подавления соответственно.
Еще одна история, или Рыбак из Внутриморья. Писательница снова обращается к коллизиям, связанным с изобретением чартен-двигателя. Временной парадокс описан любопытно, но перед этим читателю предстоит выдержать длинное и невыносимо скучное описание сексуальных обычаев заштатной планетки, с которой главный герой отправляется на Хайн, чтобы продолжить обучение. Если бы не было первой половины текста, вторая была бы весьма занимательна. А так — чувствуется усталость автора от тем и образов Хайна.
За день до революции. Своего рода пролог к роману Обездоленные, посвященный установлению анархизма на Антаресе. Мне не понравилось — декларативный феминизм и пропаганда даосского анархизма не в меру навязчивы и совершенно подавляют эстетическое восприятие. Типичный проблемный рассказ Л.
Звезды под ногами. Один из лучших фэнтези — рассказов Л., похожий больше на притчу о судьбе науки в мире варварства. Но как это написано! Необходимо прочесть, чтобы еще раз убедиться в неоспоримом мастерстве автора.
Изменить взгляд. Почти традиционный рассказ, действие которого разворачивается в инопланетной колонии землян. Речь азно вспомнить еще раз о Брэдбери (Были они смуглые и золотоглазые…).
История шобиков. Одно из поздних произведений Хайнского цикла посвящено убедительному обоснованию сверхсветовых перелетов. Экипаж звездолета, состоящий из уроженцев разных миров (в том числе — обитатели Гетена), описан мастерски. Но слишком много псевдонаучной терминологии и ничего нового в цикл этим текстом не вносится.
Камень, изменивший мир. Еще одна притча о свободе, напрямую связанной с постижением тайного смысла искусства. Довольно занятно, но все это уже было…
КН. Довольно традиционный юмористический рассказ о попытке сделать Землю обителью одних только нормальных людей, принудительно излечив прочих. Результат достаточно предсказуем.
Король планеты Зима. Подлинная история короля Агравена воссоздана как ряд поэтичных эпизодов. Экумена неминуемо одолеет все враждебные влияния, утопическое общество этой модели одержит верх. Но не это главное в рассказе. Волшебное чувство стиля и психологизм — вот основные плюсы поистине незабываемой истории, простой и сложной одновременно.
Лабиринты. В этой миниатюре контакт состоялся, но совсем не так, как хотелось бы одной из сторон. Интересный взгляд на проблему.
Ларец с темнотой (др. — Шкатулка с темнотой). Очень стильная история о сказочном принце и его тени. Несмотря на кажущуюся легкость, весьма серьезная притча.
Мастера. Традиционная для писательницы притча о месте науки в мире, где все статично и всякое новаторство преследуется властью. Великолепно написанный, не забывающийся и эмоциональный рассказ.