- Ты ставишь на кон свою жизнь из-за подушки?
- Я не сомневаюсь, что ты поступишь так, как должен, чтобы спасти мир. Сделаешь трудный выбор. Но ты бы не стал таскать подушки той, кого без зазрения совести убил бы. - Кара ухватила его за запястье, щелкнула пальцем по очертаниям Битвы, и Арес втянул воздух, ощутив поглаживания на бедрах и заднице.
- Выпустишь ты его или нет?
Будто услышав ее, конь на руке Всадника дернулся. Дерьмо!
- Битва, выходи!
Появился Битва, но, вместо того, чтобы поприветствовать Ареса, уткнулся носом в Кару.
- Привет, приятель! - промурлыкала девушка, и жеребец потерся о нее сильнее. Глупое животное!
- Давай, - проворчал Арес. - Кара, я тебе помогу...
Битва встал на колени. Он, мать его, встал на колени! Девушка лукаво ухмыльнулась и забралась в седло. Конь поднялся, и, когда он направился прочь, увозя Кару, Арес мог поклясться, что Битва тоже улыбается.
Бормоча проклятия, Арес вскочил на коня, обвил рукой талию Кары и открыл Хэррогейт.
- Я появлюсь в нескольких кварталах от координат, которые прислал Кинан. - Он вдохнул свежий цветочный аромат, исходивший от девушки, и его тело мгновенно отреагировало - такое бывало только тогда, когда он шел в бой. Заколотилось сердце, зашкалил адреналин, и, проклятье, ему захотелось наброситься на нее. Если я хочу заняться сексом, не тебе говорить, что я с этим не справлюсь. Арес подавил возглас досады. - Не хочу попасть в ловушку. И, если возникнут проблемы, надо, чтобы Битва был под рукой.
В особенности потому, что близость Кары означала, что его доспехи и оружие окажутся совершенно бесполезны. Как и его мозги, в общем-то.
- Проблемы?
Проблемой была она.
- Я не доверяю Эгиде. И не удивлюсь, если обнаружится, что Мор караулит в засаде.
- Знаешь, а у тебя такая забавная семья. А я-то думала, что у меня странная.
Битва направился к вратам, но Арес натянул поводья. Кара сказала, что одинока и что никому нет дела до того, жива она или мертва. Почему он раньше не спрашивал о ее семье? Может потому, что он черствый ублюдок и давно забыл, каково это - быть человеком.
- Мне казалось, ты говорила, что у тебя нет семьи.
- Мама умерла от рака, когда я была маленькой, а папа скончался пару лет назад. - Кара повернулась так, чтобы видеть его, ее глаза стали цвета воды вокруг его острова, и ему захотелось окунуться в них. - У меня есть старшая сводная сестра от папиного второго брака, но мы часто ссорились, и я не виделась ни с ней, ни с мачехой с самых похорон.
- И ты говорила, что у тебя нет парня?
- Если б был, ты бы не дотронулся до меня в душе.
Почему-то очень этому обрадовавшись, Арес направил Битву в Хэррогейт. На той стороне стоял туманный вечер, точно сошедший со страниц “Собаки Баскервилей”[91] и как нельзя лучше подходящий для того, чтобы забрать цербера. Прямо на них неслись автомобильные огни, и Кара вскрикнула:
- Они нас собьют!
- Мы в другом измерении. Мы не только невидимы для людей, но и бесплотны.
- А я думала, ты сделал так, чтобы люди застыли.
- Это я тоже могу. Еще могу войти в мир и вести себя, как человек.
- Но тогда люди смогут тебя видеть.
- Да, но я тебе говорил, что мое присутствие заставляет их сражаться друг с другом.
- А я тебе сказала, что вполне это понимаю, - ответила Кара, и Арес невольно улыбнулся. Его улыбка стала шире, когда девушка прильнула к нему. Даже через доспехи он чувствовал тепло ее тела. Ему хотелось чувствовать ее еще ближе. Хотя нет, лучше пусть будет подальше. Проклятье, он сам не знал, чего хочет, а такая нерешительность была ему несвойственна.
Подавив мальчишескую ухмылку, Арес пришпорил Битву, послав его в галоп, и они поскакали к усадьбе, которую с дороги не было видно. Имение окружала невысокая каменная стена, и Арес готов был поспорить на свое левое яичко, что усадьба защищена от злых или сверхъестественных созданий. На него не действовали никакие преграды, однако кое-каким было вполне по силам разрушить действие его хота.
Не то чтобы Всадника это беспокоило. Его заботили ловушки. С Эгиды станется задержать их с Карой во имя "соображений безопасности". Члены Эгиды всегда переоценивали свою силу и возможности, считая, что только они умеют принимать жизненно важные решения. Эти эгоистичные ублюдки отсосали бы сами у себя, если бы смогли.
Арес провел Битву по периметру участка, но, даже обнаружив потайные камни с вырезанными магическими символами, не нашел признаков ловушек. Произнеся заклинание, он снял хот.
- Я это почувствовала, - пробормотала Кара. - Теперь нас видно, да?
- Да. Не сомневаюсь, что за нами наблюдают. - Они приблизились к кованым металлическим воротам, и те со скрипом открылись. - Наверняка наблюдают.
Из мглы донесся жуткий вой, и Кара заерзала в седле. Ее задик вплотную прижался к паху Ареса, и тот прикусил язык. Святые небеса, до чего страстно он ее желает!
- Это Хэл.
Напоминание о том, что они собираются освободить цербера, с которым она связана, поубавило его пыл.
Впереди из тумана выросло поместье, увитое виноградной лозой. По лужайке позади дома были раскиданы хозяйственные постройки, а перед входом по стойке «смирно» вытянулось больше десятка человек. Среди них был и Кинан. На ведущей к дому дорожке, в центре пентаграммы из соли, стояла клетка.
По жилам Ареса тут же горячим песком растеклась первобытная ненависть. Каждая клеточка его тела жаждала убить эту тварь и отправить ее Хаосу разорванной на кусочки – именно в таком виде Арес нашел своего брата и сыновей.
Топая копытами, Битва потряс головой. Жеребец ненавидел церберов не меньше хозяина, а враждебность, исходившая от Хранителей, ничуть его не успокаивала.
- Спокойно, парень, - пробормотал Арес. – Сегодня сражаться не будем.
Очень жаль, очень. Всадник был взвинчен, как и его конь, особенно потому, что ему пришлось довериться Каре. Он остановил Битву метрах в десяти от Хранителей.
- Арес! – Кинан шагнул вперед. В глазах большей части его воинов был священный ужас, и они стояли настороже, согнув пальцы, точно готовясь выхватить оружие из кожаных наплечных ножен. Это было бы чудовищной ошибкой. Кинан махнул рукой за спину. – Это наши йоркширские Хранители клетки.
Арес спешился.
- Похоже, мое появление их сильно взволновало.
- Поверь мне, - ответил Кинан, криво усмехнувшись, - на пару месяцев у них только и будет разговоров, что про тебя.
Арес фыркнул.
- Лет.
Из дома вперевалку вышла беременная на позднем сроке женщина. Ее черные с синими прядками волосы очень подходили к черному же готическому одеянию. Кинан протянул ей руку, не отводя взгляда от Ареса.
- Это Джем, моя жена. Я взял ее с собой, потому что ей рожать с минуты на минуту.
Женщина помассировала живот.
- Эта минута уже наступила.
Резкий вздох Кинана был слышен даже за воем Хэла.
- Ты уверена? Надо вызвать Эйдолона. И Шейда. Он снимет боль, так ведь? И Тэйлу. Ты вызвала Тэй?
Арес всегда думал, что отцовская паника - это миф... когда родились его собственные сыновья, гонец сообщил ему об этом только через неделю. Но, даже будь он там, он сомневался, что психовал бы так же. В то время мужчинам нечасто приходилось иметь дело с беременностью, родами, младенцами - до тех пор, пока дети оставались в живых, всё было в порядке.
Улыбка Джем пропала, и она поморщилась.
- Я только что говорила с ней по телефону. Сказала ей, что у меня отошли воды, так что ребята отправились в больницу.
- Отошли воды? – Кинан хлопал по карманам, должно быть, ища телефон или ключи. –Нам придется доставить тебя в ЦБП.
ЦБП? Значит, она демон. Один из лидеров объединения охотников на демонов женат на демонессе? Может быть, Эгида и правда стала другой.
- Тогда мы забираем пса и уходим, - сказал Арес и чуть не заработал сердечный приступ, внимательно посмотрев на клетку - Кара уже стояла на коленях и обнимала пса через прутья. Неважно, что цербер с ней связан – он по-прежнему может убить ее. Может быть. Арес не знал. Черт, ему придется взять себя в руки. Думать, как солдат. Это было нелегко, учитывая близость Кары.
91
«Собака Баскервилей» - детективная повесть английского писателя Артура Конан Дойля, одна из четырёх повестей о Шерлоке Холмсе. В основе сюжета лежит расследование смерти сэра Чарльза Баскервиля, который умер при загадочных обстоятельствах. В роду Баскервилей из поколения в поколение передаётся семейная легенда о дьявольской собаке сверхъестественного происхождения, которая преследует всех Баскервилей. Время действия — сентябрь/октябрь 1889 года.