- Где?
- На Ноябрьском мосту. Мы будем ждать.
Связь оборвалась. Я сообщил куда ехать водителю, и тот осторожно, боясь гололёда и первого снега, направил машину. На самом мосту, естественно, останавливаться было нельзя, потому от парковки пришлось изрядно потопать. Почти на середине мы сбавили шаг, заметив две девичьи фигурки в ярко-зелёных пуховиках. Так сразу и не скажешь, что это древние сверхъестественные существа. Чем ближе мы подходили, тем меньше уверенности у меня было, что это они. Одна ковырялась в смартфоне, вторая разглядывала проезжающие машины, со стаканчиком кофе в руках.
Я мотнул головой, отгоняя мысли, и решил пройти мимо. Видимо, не они. Сзади бурчал про ветер и холод Кузнецов. Белкина опять шла в своём непонятном трансе, так что пришлось держать её под локоть.
- Что-нибудь чувствуешь? - спросил я у сенсорики.
- Следы есть. Много. Размытая по всему мосту сила есть. Сила большая, но ничего не могу понять. Засветка сильная.
- Будем ждать немного дальше, а то студентки мешаться будут.
Когда поравнялись с девчатами и уже почти прошли мимо, я услышал голос, который меня окликнул.
- Ну, что же ты, посрединник. Разговора хотел, а сам уходишь?
Мы встали как вкопанные. Ярко-зелёные девчата с хитрым прищуром глядели на нас.
- Берегини? - немного глупо уточнил я.
- Конечно, а ты кого ожидал увидеть?
- Кого-то более традиционно одетых.
- Ну так традиции меняются. Люди тоже. А чем мы хуже? Задавай вопросы.
Я постоял немного, обдумывая всё по порядку. То что хотел узнать, когда сидел в машине сразу выветрилось.
- Ко мне в гости заходила одна из вас, кто она?
- Не признал, посрединник? - с улыбкой ответила та, что помоложе.
- Вы, Светлейшая? - неподдельно удивился я.
- Да, я. Спрашивай, - произнесла берегиня, допив напиток из одноразового стаканчика.
- Зачем вы все здесь? - задал я главный вопрос.
- Ты же сам просил о встрече.
- Я вообще о духах и богах.
- Зачем? Мы всегда здесь были. Это наши земли, так же как и ваши. Мы просто проснулись, а выйдя из сна, узрели, что мир изменился, и нам в нём нет места. Мы хотим это место вернуть. Оно наше по праву.
- Но разве нельзя было прийти по-хорошему? Чтоб без жертв, без страха.
- Ты хочешь, чтоб старые боги пресмыкались? Это мы можем по-хорошему да втихаря. У нас своя жизнь, у людей своя. Многие так могут, но не боги. Даже те, которые отвечают лишь за малый ручей, но вкусили страх человека. Страх и трепет, восторг и благоговение. Даже для человеческих вождей это сильный дурман, что говорить про древних духов.
- Человечество не сдастся. Оно не такое как раньше.
Берегиня подбросила в ладони смартфон, который вытащила из кармана.
- Те из нас, кто не изменится, тоже падут к ногам обновлённых.
- Мне вот интересно, телефон может быть краденый или купленный без документов, а сим-карту где взяли?
- Деньги творят чудес не меньше, чем магия. А кладов позакопано много было. Можно и паспорт сделать, и симку купить, и магазин открыть, и кредитку получить в банке. Личин много, паспортов тоже.
- Вот бы и остальные так делали. Тихо жили сами по себе. Мне, как тот, не страшно бога-банкира или духа барахолки.
- Ты думаешь другие так не делают?
- Ну, не все.
- Ты про Мару то? У неё не только личин, но и тел много. Сидит она на своём белом троне, а где-то неподалёку такая вот девчурка, как из свиты, в уютной квартире в сети находится, новости проглядывает, да напрямую от разума к разуму сообщает. Может, где ещё десяток тел в запасе. И последователи у неё есть. Не просто так она пришла, с голыми руками. За ней деньги и люди стоят, иначе бы её выбили, пока слаба была. Теперь Мара - это брэнд. Смекаешь?
- Сейчас не выбьют?
- Не смогут. Она уже прочно села на свой белый трон.
- Хоршо, а остальные?
- Кто остальные?
- Ну, Леший, к примеру.
- Этот хитрый старик всё натешиться не может, - ответила берегиня, пожав плечами. - Он всегда был такой. Правда, есть и совсем дурные духи, которые хотят под себя мир силой подмять либо поиграть в кровавых владык. Но таким в этом мире не место.
- Мара разве не такая? Она же поубивала тьма народу.
- Не так уж и много. Если бы она так не сделала, её бы никто не воспринял такой.
- Но ведь это люди.
- А кто для нас люди? Лишь капли воды, падающие с листьев древа жизни. Кап, и всё. Нет человека. Родился, вырос и умер за краткий век.
Я замолчал, думая, что ещё хотел спросить.
- Откуда силу берут боги, если её сдуло? - задала свой вопрос Александра.
- Всевидящая, ты задала хороший вопрос. Но мы тебе на него не ответим. Это будет наша тайна, - с улыбкой произнесла берегиня.
- Генераторы, - предположила Белкина.
- Генераторы лишь часть потока силы. Хорошая, лёгкая, но часть.
- Мы можем надеяться на ваши ответы, если возникнут ещё вопросы? - спросил я.
- Можешь. Если они не будут нам во вред, и если ты обещаешь помощь взамен. Могу адрес в соцсе...
Берегиня замерла на полуслове, глядя за наши спины. Я обернулся.
На мосту неподвижно стояла обнажённая девушка. Стояла на самых перилах, словно гимнастка на бревне, не боясь свалиться в тёмную воду ещё не застывшей реки. Высокая, стройная, с тугой грудью и длинными светло-голубыми волосами, которые бились на сильном ветру, как знамя. Девушка смотрела нас, не обращая внимания на холод и снег.
Люди, проезжавшие мимо, останавливались и фотографировали её, не вылезая из машин.
- Наш разговор окончен, посрединник, - жёстко сказала берегиня.
Она с подружкой развернулась и быстро пошла прочь, оставляя нас наедине с этой новой гостьей. А девушка легко спрыгнула с перил на пешеходную дорожку и шагнула к нам. Я замер, боясь шелохнуться, глядя на лишённую зрачков сплошную синеву глаз. Когда она подошла вплотную, то приподняла ладонь, в которую скользнул вплетённый в косу Александры черепок. Девушка ещё немного постояла, разглядывая его, прежде чем выпустить.
Потом она повернула голову в сторону Оксаны, растеряно стоящей в сторонке, и та выгнулась дугой, как от сильной боли. Из глаз её хлынули слёзы. Она бы упала, не подскочи сзади Кузнецов. Я попытал поставить барьер, но его смело в одно мгновенье. Не зная как поступить, я сжал в своих руках всё ещё выставленную вперёд ладонь гостьи.
- Не обижай её, - тихо произнёс я, обращаясь к богине.
- Я дала ей вторую жизнь и сейчас забираю плату, - ответила хозяйка реки голосом Оксаны, удивлено посмотрев на мои руки.
- Не убивай её, пожалуйста.
- Я не убью. Я лишь читаю её душу.
- Ты делаешь ей больно.
- Надо дочитать.
Три минуты растянулись как три часа. Всё это время мы так и стояли. Оксана в эпилептическом припадке на руках у Николая, я с богиней и Александра, на ощупь ищущая перила моста. Сила, исходящая от богини, слепила её.
Наконец, навья глубоко вздохнула и вцепилась в куртку Кузнецова, как знак того, что чтение окончено.
- Мне нужно тело, посрединник, - произнесла хозяйка реки. - Ты мне поможешь, или я заберу тело твоей названной дочери.
Глава 25. Перерождение богини, и о том, какие тела лучше
Богиня смотрела на меня холодным взглядом, от которого становилось не по себе. Ничего человеческого нем не было, лишь бездонные колодцы очей, сменившие цвет с голубого на тёмно-серый, как вода в той реке, откуда она вышла. Вспомнились слова Полоза про лешего, что змей не человек, а хозяин леса ещё меньше. Неужели все высшие духи такие? Но тот хотя бы притворялся, а этой было всё равно, что подумают.
Я не стал глядеть на Оксану, и так знал, что она сейчас была в диком ужасе. Душу резануло. Я привык к навье, и она действительно стала мне как дочь. Не отдам этой богине Оксану. Вот только силой отстоять своё проблемно будет.