Первая половина дня прошла спокойно. Обе стороны зализывали раны, отряд потерял троих бойцов, а еще десяток получили ранения разной степени тяжести. Одного из дружинников Лена, сама едва державшаяся на ногах, исцелила как только его, истекающего кровью, дотащили в лагерь, иначе до утра ему было не дожить. Остальных перевязали и оставили на попечение медиков до того момента, как маги восстановят силы.
Эффект внезапности был утерян, и на несколько дней они увязли в вялых перестрелках и мелких стычках. На второй день Синдикат восстановил защитный купол, но бетономешалку и землеройную машину магам починить не удалось, и днем можно было видеть, как не доверяющие столь ответственного дела профанам мужчины в деловых костюмах роют лопатами твердую каменистую землю. Дамы, меняясь, месили бетон в большой металлической бочке. Подходы к стройке патрулировали оставшиеся у Мякишева БМП.
По словам отъевшихся и отоспавшихся пленников, личному составу сообщили, что в тайге ведется строительство военного объекта государственной важности, и им выпала высокая честь охранять его от террористов, чьи планы на уничтожение нового секретного оружия удалось раскрыть ФСБ. Видимо, ростовский опыт не прошел для Синдиката бесследно, и маги подозревали, что в покое их не оставят. Но на полномасштабную военную операцию они, явно, не рассчитывали.
Товарищ Артем распорядился оборудовать укрытие против снарядов в здании вокзала и заняться укреплением лагеря. В самом лучшем случае он рассчитывал отсидеться в обороне до тех пор, пока у противника закончатся снаряды и патроны, а потом решительным броском захватить его позиции. Дорогу контролировали его бойцы, изображавшие из себя мирных поселян. Такое положение продолжалось еще дня три, пленников за это время перевели в Егорьевское, рассчитывая отправить в Лесосибирск при первой же возможности.
Но возможность так и не представилась. На третий день на дороге показалась фура, и оставшиеся в Егорьевском бойцы остановили ее на подъезде к поселку. Охрану удалось разоружить без боя, груз – продовольствие и боеприпасы – ушел в пользу народной дружины, но мирные дни поселка на этом закончились. Ночью БМП попытались прорваться в Егорьевское, завязался бой, и в сумятице караульные, поставленные у сарая на краю поселка, где содержались пленники, проглядели, как кто-то из магов пробрался внутрь. Уже потом, когда нападение было отбито, обнаружилось, что все пятеро ребят мертвы. Характерные ожоги от лазерного пистолета, распознанные Майером, не оставляли ни малейших сомнений в том, кто это сделал. Лишние свидетели Синдикату были не нужны.
Поселок, во избежание дальнейших разрушений, пришлось оставить. Артем надеялся, что следующая партия грузов придет не скоро, и они успеют закончить операцию «Портал» раньше. Бойцы и оставшиеся егорьевцы перебрались к железной дороге, в укрепленный лагерь дружины.
Бои шли с переменным успехом. Васе удалось снять нескольких магов Синдиката, неосторожно появившихся в пределах видимости, и одного из офицеров. Генерал, предсказуемо, на глаза не показывался. Маги предприняли несколько вылазок. Купол снять больше не удалось, на него поставили «сигнализацию» и позицию нападавших вычислили мгновенно. Зато удалось вывести из строя еще два БМП.
Противник под прикрытием оставшихся БМП и поддержке БОП Синдиката, тоже предпринял несколько дерзких вылазок, наверное, в расчете захватить продуктовый склад. Потерь среди бойцов дружины не было – девушки из Башни под руководством Лены с целительством справлялись прекрасно, а Синдикат потерял на этом еще с десяток солдат. Впрочем, радовались потерям Мякишева довольно сдержанно, голодные солдаты были противниками, но не врагами.
Наконец, посовещавшись с Марусей, Машей и Саней, товарищ Артем решил, что тянуть больше нельзя. В штабе дружины начали планировать новую дерзкую атаку. Но планы осуществить не удалось. Мякишев, которому тоже надоело сидеть без дела и впроголодь, нашел, где разжиться подкреплением.
Над тайгой прокатился тяжелый гул, дальние кроны кедров тревожно зашумели, воронья стая сорвалась в небо и унеслась на восток, к горам.
— В укрытие!
Артем кричал на пределе легких, перекрывая приближающийся грохот тяжелых лопастей.
— В укрытие! Васька, твою мать! Кому сказал!
Вася попытался скрыться за ближайшим вагончиком. В руках у него была М200, на лице – смесь решимости и предвкушения. Из-за угла вылетела Маруся и нежной женской ручкой поволокла парня по направлению к зданию вокзала.
— Идиот!
Маша, Саня и Лена сомкнули круг, пытаясь прикрыть отступающих к зданию вокзала товарищей воздушным щитом. Остальных магов отправили в подвал вместе с бойцами. Бобби стоял за спиной Маши, стиснув зубы, чтобы его тревога не помешала концентрации девушки. Майер, в двух шагах слева, шевелил губами, готовя какое-то заклятие.
Вертолеты показались над лагерем. Первые ракеты взорвались, не долетев до земли. Щит пока выдержал, но Маша чувствовала, как прогибаются и рвутся воздушные плетения.
— Еще пара попаданий, и надо будет уходить, — тихо сказала она Сане, — долго мы его не удержим.
— Еще чуток, — кивнул Саня, — ребята не все спустились.
Следующая пара ракет взметнула облако огня и дыма, горящие обломки вагончика разлетелись, едва не задев Майера и Бобби.
— Уходите! – Артем и Маруся все еще стояли у входа в недостроенный вокзал, поджидая последних бойцов и магов.
— Нельзя! – прохрипел сквозь кашель Саня. — Погорит все к чертям. Ленка! Ты там насчет дождя…
Лена молча кивнула, пытаясь перехватить лидерство в круге. В книжке говорилось… Мало ли что говорилось в книжке? Если невозможно, но надо, значит надо сделать невозможное.
Маги замерли, застыли безмолвными статуями, вытягивая из Источника силу на пределе, после которого начинаются безумие и боль. Вертолет зашел на второй круг. Майер бросился вперед, с его узких ладоней в сторону МИ-24 сорвался огненный шар, вспыхнул, не долетев, но заставил машину свернуть с курса. Бросился вперед, отвлекая от товарищей. Еще шар…
Тяжелые тучи, собравшиеся над горами, подхватил высокий ветер, едва задевавший кроны деревьев, погнал к лагерю. Первые тяжелые капли застучали по крыше вокзала, хлынули потоком, сбивая пламя, уже охватившее траву возле разбитого вагончика.
Вертолеты сбавили высоту, пушечные снаряды уже рвались по всей территории опустевшего лагеря. Маша с друзьями, наконец, разорвали круг и кинулись к входу в вокзал. Бобби бросился вслед за ними.
— Майер! – Саня огляделся, но мага нигде не было видно.
— Убит, — глухим голосом сообщил Бобби, — прямое попадание снаряда.
Ленка чуть не бросилась назад, но МакГи ухватил ее за руку.
— Там нет для тебя работы. Иди вниз, там ты нужнее.
В подвале вокзала было тесно. Вертолеты возвращались по нескольку раз в день, в самое непредсказуемое время. Соотношение сил изменилось кардинально, теперь отряд сидел в осаде, пока что успешно отражая пехотные атаки противника. Но о том, чтобы помешать дальнейшему строительству портала, приходилось забыть. Маги Синдиката в боях не участвовали, а это означало, что все время они проводят на стройплощадке, приближая день, когда исход военного противостояния потеряет всякое значение.
— Помощь нужна, — констатировала Маруся.
Они выбрались наружу, настал час редкой и давно желанной передышки.
— Против вертолетов? – скептически спросил Артем. – Зениток у Штаба нет.
— У кого-нибудь могут найтись, — возразила комиссар, — или, хотя бы, ПЗРК пусть подгонят. Все лучше, чем патроны попусту тратить. Звони в Красноярск, пусть там думают, что можно сделать.
— А мы пока продержимся, — заверила Маша, — должны продержаться.
— Должны, — согласился командир, — отступать нам некуда. Если ты права насчет портала, за нами – весь мир.