В коридоре я встретила лакея Ильинского.
– Простите, барышня, что-то я задремал, старый дурень, не открыл вам, – извинился он.
– Не важно, – улыбнулась я, – барин сказал, что занят очень и просил его не беспокоить…
Лакей, зная о Диане, хитро улыбнулся.
– Наконец-то барин хорошенькими девицами стал интересоваться! – воскликнул он, а то всё колдунство, тьфу! – он перекрестился.
Да, Ильинский и Соколовский соперничают за власть над духами Новой канавы. Любопытно, какой разговор произошел между ними, который скрывает Ростоцкий? Боже, как обидно, что у Сержа от меня тайны.
Я вернулась домой, порадовав Ольгу тем, что долго не задержалась. Хотя мое беспокойство сестра уловила. Пропустив видение ужаса, я рассказала о внезапной взаимной симпатии Ориновой и Ильинского…
– Наконец-то! – воскликнула сестра. – Надеюсь, они сумеют преодолеть интриги…
Ольга была уверена, что Ильинский решится на мезальянс. Впрочем, стараниями Соколовского и Климентины его безупречная репутация в свете давно пошатнулась, терять ему было нечего.
Сестра догадалась о моих мыслях.
– Я говорила с Климентиной, чую, что её дружба с Соколовским закончится скандалом… Упрямая девица меня не желает слушать! В итоге они проиграются… Соколовский не претендовал на светскую любовь, ему безразлично мнение других, но Климентина долго была образцом для многих барышень.
Да уж, образцом. Некоторые дурочки повторяли за нею как африканские макаки, даже дурацкую розу к волосам прикололи.
– Я тоже беседовала с нею о светских интригах, – вздохнула я, – и безрезультатно.
– А что до Ильинского… Один скандал сменит другой, и о нем вскоре все забудут, а через месяц откроют двери своих домов, позабыв досадные недоразумения.
Надеюсь, Ольга права.
Вечером я отправилась к себе в комнату, из Англии прислали сборник страшных рассказов о привидениях, и мне хотелось провести вечерок за чтением.
Несмотря на интересность книги, я задремала.
Кошмарный сон снова охватил меня. Туман, тени Новой канавы. Ильинский и Соколовский стоят друг против друга. За спиной каждого собираются пугающие тени. Я понимаю, что вижу дуэль двух мистиков. Они решились поставить точку в споре, узнать, кто из них сумел стать властелином злобных духов. Но игроки не понимают, что не властны над духами, это духи заманили их и подчинили своей власти. Тени не будут сражаться друг против друга, они поглотят двух заносчивых противников.
Туман опускается, вновь слышны звуки дуновения ветра. И вот сквозь туман среди уродливых теней возникают фигуры девушек в белых бесформенных платьях. Их лица печальны и спокойны…
Вспоминаю, что по легенде много веков назад, когда на месте Петербурга были карельские земли, рыцари-завоеватели убили местного волхва. Умирая, шаман проклял врагов. Дабы снять проклятье "добрые католики" принесли в жертву молодых карелок, которых похоронили вместе с шаманом. Колдун, который провел сей зверский обряд по приказу завоевателей, нарушил равновесие, приоткрыв в этой местности врата в другой мир…
С тех пор край Новой Канавы стал местом скорби и страдания. Злобные тени являются из другого мира, увлекая в темные воды несчастных путников, туманя их разум.
Девушки печально машут мне руками, будто просят о помощи.
Потом появляется убитый шаман, который сурово смотрит мне в глаза, потом указывает на меня посохом, из которого вырываются яркие искры. Яркая вспышка слепит, и я просыпаюсь.
В комнате темно, свечи догорели. Какая-то сила подсказывает мне, что нужно спешить к Новой канаве.
Я выбежала из дома на улицу, даже не подумав ни о приличиях, ни о безопасности. На углу улицы нашла извозчика.
– Барышня, вы уверены, что вам надо на Новую канаву? – удивленно спросил он, окинув меня пристальным взглядом.
– Уверена! – воскликнула я, протягивая монету.
![Земную жизнь пройдя… (с илл.) i_034.jpg](https://litlife.club/books/278113/read/images/i_034.jpg)
Щедрая оплата сделала кучера более сговорчивым, и мы понеслись. Приехали очень быстро. Спустившись на землю, я ощутила непреодолимое беспокойство. Налетел неприятный пронизывающий ветер. Лошадь испугано фыркнула и попятилась.
– Простите, барышня, но тут я вас ждать не смогу, – пробормотал кучер. – Могу только вон там!
Не дожидаясь моего ответа, извозчик скрылся в темноте.
Кутаясь в плащ, я побежала вдоль неприглядной набережной. Тусклый свет луны, пробивавшийся из-за туч, освещал темные воды канавы. В лунных бликах на воде мне чудились уродливые лица. Преодолевая страх, я чувствовала, что скоро буду на месте.
И вот я вижу как Соколовский и Ильинский стоят друг против друга. Ростоцкий – рядом как секундант. Понимаю, он согласился быть судьей в их игре… Но зачем хранить это в тайне от меня? И почему Серж скрыл, что сегодня ночью будет на Новой канаве?
Снова налетает пронизывающий ветер, который шепчет мне "уходи!", но я направляюсь к противникам. Пытаюсь закричать "Остановитесь!" – но не могу, голос не повинуется. Спотыкаясь, падаю. Кажется, что кто-то схватил меня за ногу. Оборачиваюсь – никого.
Когда я подбежала к месту поединка, тени уже окутали противников. Они раскрыли врата в другой мир, который древние называли Вратами Дуата. Ростоцкий пытается при помощи амулета и незримой связи с древним предком закрыть врата, он читает древние заклинания. За его спиной я вижу серебристую фигуру древнего египетского жреца, который подсказывает слова потомку. Тени не смеют подступить к нему, но не уходят, окружая Ильинского и Соколовского. Былые противники становятся спина к спине, готовые сражаться.
Приложив мысленные усилия, разгоняю сгустившийся сумрак, у меня кружится голова, я падаю на колени. Вихрь теней на мгновение рассеивается, но сгущается снова. И в этот момент я слышу насмешливый голос.
– Доигрались, ребятишки!
Граф Н* достает из-под манжеты карту, которую бросает в гущу сумрачных теней. Раздается шипение, тени скрываются в темных водах канала.
Я сижу на земле, обхватив голову руками…
Из забытья меня вывели граф и Ростоцкий. Они взволновано опустились предо мной, осыпая взволнованными вопросами.
– Оставьте меня! – воскликнула я с раздражением. – Оставьте меня оба!
Мои ухажеры удивленно переглянулись.
– Почему вы молчали? – спросила я укоризненно. – Почему не сказали, что будете этой ночью на Новой канаве? Серж, почему ты сделал тайну из того, что ты секундант мистического противостояния Ильинского и Ростоцкого?
– Я поклялся им держать в тайне…
– Ладно, но ты мог сказать, что будешь сегодня ночью на Новой канаве, не называя причины…
– Прости, но я опасался за твою жизнь…
– Об опасениях можно было поговорить. При разумных объяснениях я бы не стала навязывать свое общество! – мой голос срывался от волнения.
Ростоцкий не нашелся, что сказать.
– А вы, граф, так искали моего расположения, но почему-то промолчали о вашей сегодняшней прогулке? – задала я вопрос другому поклоннику. – Тоже опасались?
К нам подошли Ильинский и Соколовский, похожие на провинившихся учеников младшей школы.
– А вас я вообще видеть не хочу! – воскликнула я, поднимаясь на ноги. – Сами не понимаете, что едва не натворили! Вы распахнули врата в другой мир. В этом месте и без ваших трудов "сквозило", благодаря стараниями средневековых убийц. А вы едва не добавили непоправимой беды. Этот туман мог поглотить не только вас.
Знаю, мой голос звучал нервно и на грани истерии, но сдерживаться не удавалось.
– Аликс спасла вас, – сказал граф, – если бы не вмешательство барышни, я бы со своей козырной картой не успел. Но если бы не Ростоцкий и его египетские фокусы, не успела бы и Аликс. Я закрыл врата, но щель возникшая при средневековом обряде много веков назад осталась… Но тут мы не в силах помочь, место здесь проклятое и опасное, лучше не задерживаться.