Сначала казалось, что у нее выходит и метал, вот-вот поддастся, но приглядевшись к кольцу, она поняла, что оставила лишь царапину. Издав стон отчаяния, Анна снова начала водить пилой по металлической цепи, прикладывая максимум усилий на которые только была способна. От голода в животе урчало. Голова кружилась, словно в пьяном дурмане. Тело гудело от боли. Но Анна не сдавалась. Тим сменил ее через неопределенное количество попыток распилить металлическое кольцо, и когда им уже наполовину удалось задуманное, за подвальным окошком раздались новые крики.
И красные всполохи поднялись в небо.
Анна и Тим замерли в оцепенении. Оба, как завороженные смотрели на полоску погруженного в глубокие сумерки неба. За церковью что-то произошло! Чудовищное событие. Трагедия. Но при всем сострадании к кому-то, кому выпала нелегкая доля, Анна должна была продолжать, ни смотря, ни на что. Она еще жива. У нее еще есть шансы выбраться из этого подвала.
- Большинство вернется в церковь, но мистер Гарри скорее всего пойдет домой. – дрожащим шепотом произнес Тим, - Сюда. К вам, мисс.
Анна осознавала возможность наихудшего развития событий: ублюдок Гарри вернется домой, возможно, прихватив с собой бритоголового, и первым же делом они спустятся в подвал, чтобы доиграть со своей «игрушкой», но обнаружат ее не одну, а в компании Тима. Что тогда они сделают с ним, поняв, что ребенок пытался помочь…
- Послушай, Тим, ты должен сейчас уйти! Ты должен бежать, стараясь никому не попасться на глаза! Только не возвращайся к родным, прости, что говорю это малыш, но они не твоя семья, раз позволили этому кошмару произойти.
- И оставить вас…? Они же вас убьют! – непонимающе уставился мальчик на Анну. Его потряхивало от переживаний, крохотные плечики вздрагивали при каждом крики за окном.
- Нет, нет, Тим, я сама избавлюсь от цепи, и мы встретимся в условленном месте! Я заберу тебя, обещаю! Обещаю – она снова притянула его к себе, и сжала так крепко, как могла позволить – Давай придумаем где… Может в поле, у того огромного дерева, у которого корни похожи на гигантских змей, я заметила его когда ехала сюда. Ты помнишь это дерево?
- Кажется да... Но это далеко!
- Тогда беги со всех ног и жди меня до рассвета, если я не появлюсь, отправляйся в город и найди полицейских. Расскажи им все, что знаешь!
Свирепость в голосах стала затихать, и народ начал понемногу покидать лесную поляну, возвращаясь обратно в церковь. Анна поцеловала Тима на прощание и с горечью подумала, что слишком велики шансы больше никогда не увидит лицо маленького спасителя. И он ушел. Оставляя позади детство, прожитое в аду.
Анна чувствовала ублюдка Гарри. Словно телепатически ощущала, его желание поскорее к ней вернутся и продолжить играть в безумные игры. Поэтому она сильнее нажимала на пилу. Ей не удалось распилить кольцо до конца, и она подумала, что можно было бы, разбить его напополам, стуча слабой частью об пол. Удар, еще один, затем целая серия ударов. Снова в душу Анны начало закрадываться отчаяние, но вдруг цепь повержено пала на пол, уже не соединяясь с телом Анны Уоррен. Ей удалось! Она почти свободна! Почти…
Анна, пытаясь сохранять хладнокровность, взбежала по лестнице на первый этаж. Никого. Дом по-прежнему пуст. Затем на кухню и к задней двери. Когда она впервые за все время пыток, вдохнула свежий вечерний воздух, она поняла что чувствует его сладость. Она свободна наконец-то! Но ей еще нельзя останавливаться, чтобы перевести дух. Девушка, пригнувшись к земле, преодолела газон перед центральным входом в особняк Гарри, и очутилась перед главной улицей поселения. Она на финишной прямой. Анна в последний раз оглянулась на дом ее мучений и уже подалась вперед, чтобы бежать, когда ее плеча коснулись. От дикого скачка адреналина в крови, Анна с неведомой прежде силой, оттолкнула человека, что дотронулся до нее. Тот упал на спину, и Анна Уоррен узнала в нем, свою школьную приятельницу Тиффани Пирс. Напуганная, заплаканная девушка, защищаясь, держала руки над лицом, а рыдания сотрясали тело.
- Они… сделали это! Боже, Анна! Они это сделали! – затараторила Тиффани, указывая на всполохи огня за церковью, что уже понемногу начали ослабевать.
- Что это?
- Джонни… - единственное, что выдавила из себя Тиффани, прежде чем впасть в истерику.
Им обеим скорее нужно было убираться отсюда, промедление означало смерть, но Анна не могла заставить себя сдвинутся с места. Мисс-очевидность о чем-то усердно напоминала Анне, а она не хотела слушать. Боялась.
Когда Тиффани успокоилась и уже была готова бежать, Анна ее остановила.
- Он же твой друг! Ты бросишь его вот так просто? – она сама удивилась жесткости своего голоса. Удивилась, почему не бежит, обретя долгожданную свободу.
- Я не могу вернуться, что я вообще могу сделать?! – глотая слова вперемежку со слезами, застонала белокурая Тиффани.
Что она может!? Она МОЖЕТ попытаться спасти своего лучшего друга. Она МОЖЕТ взять себя в руки и стать чуточку сильнее ради него. Да только, она уже решила сбежать... Но Анна Уоррен не такая, как эта тупая курица.
- Запомни Тиффани, ты никогда меня не видела. Вы были здесь вдвоем с Джонни. Ты меня поняла? – Анна еще секунду смотрела в спину бегущей прочь подруге, а потом зашагала обратно к дому Гарри.
***
Спустя месяц после трагедии.
Майкл Бекстрем стоял у раскрытого настежь окна и курил уже вторую сигарету. Работая главным редактором в лучшем новостном журнале штата, он мог позволить себе роскошную квартиру в бизнес центре города. Когда он год назад заселился в этот пентхаус, дизайнеры уже потрудились над обстановкой: стены покрыли нейтральным голубым пластиком и креативно заполнили пространство утонченной итальянской мебелью.
Скорее всего исполнители дизайнерского проекта квартиры Майкла, рассчитывали на то, что в итоге хозяин изменит обстановку под собственные нужды и потребности, но Майкл Бекстрем за год так ничего и не изменил. У него вообще было такое ощущение, будто он живет не в собственной квартире, а заселился в нее всего лишь на время. На первый взгляд дом выглядел уютным и обставленным со вкусом, но если быть внимательным, можно заметить, что хозяин скорее похож на гостя.
Майкл часто отсутствовал, уделяя заданиям и статьям, много часов, так много, что уже не мог припомнить, когда в последний раз был на свидании с какой-нибудь симпатичной девушкой, а о том, как давно он занимался сексом, даже стыдно вспоминать.
В двадцать четыре он думал только о том, как бы побыстрее взобраться на вершину успешности и о красотках, что появлялись в его постели по ночам и пропадали с первыми лучами рассвета.
В тридцать один, в его жизни осталась лишь одна работа, безусловно любимая, но как ревнивая жена - занявшая все свободное время. А ведь еще каких-то пару лет назад ему казалось, что личная жизнь наладиться очень скоро, стоит только закончить последний громкий проект, опубликовать статью, над которой работал несколько месяцев… а затем новые и новые дела, которые отобрали у Майкла возможность встретить ту саму, особенную женщину.
В былые времена, он был еще тем дамским угодником, (если выражаться прилично) а на чистоту – Майкл Бекстрем перетрахал чуть ли ни всех незамужних красоток, что попадались ему на пути, ну иногда и замужних тоже... Да он был симпатичным, всегда подтянутым (тренажерный зал, строго три дня в неделю), но женщин притягивало не только это. Майкл знал, их привлекает его настойчивость, по причине которой, перед ним сдавались даже самые принципиальные девушки. Он не относился к женщинам, как к средству удовлетворения потребностей, наоборот – женщин Майкл считал отличными собеседниками, а многие из тех, с кем он спал, в итоге стали его хорошими знакомыми, почти друзьями. И так могло бы продолжаться вечно, если бы Майклу не надоело.