Во-первых, часть перепуганных горожан и несколько конных солдат смогли сбежать из города, а затем быстро добраться до реки Арабат, естественной границы между Нирским королевством и провинцией Яфтар. Там они встретились с авангардом вражеской армии, которая шла на выручку осажденному Нирзою, и он остановился. Видимо, королевский полководец наслушался рассказов о "страшном" колдуне и решил, что соваться в объятую мятежом провинцию с пятью сотнями всадников глупо. И это дало нам возможность без боестолкновений, сразу после штурма местной столицы заблокировать мост через реку Арабат - горцы на левом берегу, а нирские всадники на правом.
Во-вторых, горожане и пленные солдаты, вели себя на удивление смирно. За седьмицу ни одной попытки поднять бунт и только девять побегов, из которых лишь два увенчались успехом. Причем беглецы, молодой парень-сирота, которому нечего было терять, и местный вор, далеко не убежали. Обоих перехватили возле реки, едва не затравили собаками и вернули обратно.
В-третьих, каждый день к нам подходили подкрепления, не только яфтарии, но и воины из других племен. А вожди с окраин провинции, лишь только прослышали, что Нирзой пал, перешли к самостоятельным боевым действиям против жителей равнин. Так главный вождь аспаров, собрав всех взрослых мужчин племени, внезапным ударом захватил укрепленный городок Триар, с населением в четыре тысячи человек. Вожди мараханов и эставьенов осадили и принудили к сдаче городок Лодьен. А ченгоцы и скруты взяли практически все королевские форты вдоль северной границы с дикими горными племенами. И это, разумеется, облегчило нам жизнь. Больше городов в провинции не было, и под контролем противника оставались только два укрепленных замка, которые находились на западных перевалах. Сил немногочисленным гарнизонам хватало лишь на оборону, и проблем от осажденных солдат мы не ожидали.
В общем, для меня и тех людей, которые связали со мной свою судьбу, пока все складывалось неплохо. Нирские войска, которые медленно подходили из глубины королевства, на активные действия не решались и даже разведку не высылали. Парламентеров не было, а голодные бунты нам в ближайшее время не грозили. На время установилось затишье, и я задал себе резонный вопрос - а что дальше?
С одной стороны все просто и понятно. Я собрался обосноваться в мире Ойрон и стать королем Яфтара. А с другой стороны опыта в управлении государством у меня нет, и если брать на себя груз ответственности за горские племена, то возникает ряд проблем, которые придется решать.
Например, вожди племен. Они были готовы признать меня верховным вождем, который подконтролен совету, но не самостоятельным королем. Значит, моя опора войско. Однако армия под моим командованием разношерстная и далеко не все командиры хотели менять власть короля Фурро на власть короля Оттара. Это раз, а ведь есть еще и вожди, которые захватили Триар и Лодьен, для них я вообще, не авторитет, хотя они меня побаивались и временно признавали мою власть.
Далее, впереди раздел хабра, который воины так давно ждут. Минимум половину всего захваченного придется раздать, в основном оружие, имущество горожан, скот и продовольствие. Потом завершаем военную кампанию, или наносим удар по противнику, или заключаем мирный договор. А город, дома, мастерские, казармы, храмы, административные здания и стены остаются. Кто в Нирзое будет жить, заниматься ремонтом и нести службу? Дилемма. И, подумав над тем, сколько придется сделать, чтобы наладить жизнь Яфтара и с нуля построить вертикаль власти, я едва не взвыл. Зачем мне все это!? Зачем!?
Впрочем, нервы себе я особо не трепал. Посидел, еще раз все обдумал, посовещался с неглупыми людьми (Вольгастом и Наймаром) и приступил к делу. А начал с того, что провел ревизию того, что имеется в провинции Яфтар.
Город - одна штука, и в нем может проживать до тридцати тысяч человек. Название - Нирзой, что значит Нирская слава. Следовательно, его необходимо переименовать. Стены высокие и крепкие, а дворец наместника, который расположен в центре, небольшая крепость. В городе есть мастерские и кузницы. Правда, без кузнецов и строителей. Но мастера этнические нирцы, которым нельзя доверять, и всех придется депортировать на родину. Это не только мое мнение - таково требование яфтариев, на которых я опираюсь. Слишком сильно они ненавидят южан.
Кстати, про пленных. Таковых почти двадцать тысяч. Это тоже товар, который можно обменять на золото и продовольствие. Разумеется, если король Фурро дорожит своими соплеменниками. А то ведь он и отказаться может. Хотя куда ему деваться. От моего предложения отказаться будет сложно и король все равно пойдет на уступки. Или его государство ожидают неисчислимые бедствия.
Продовольствие. На городских складах большие запасы зерна, муки, копченого мяса и соли. Хватит на полгода, даже если половину раздать как хабр.
Скотина. Будай провел подсчет и доложил, что нами захвачено семь тысяч коров, двадцать три тысячи баранов и четыре тысячи коз. Пока скот пасут мальчишки, прибившиеся к нашей армии. Но долго это продолжаться не может. А кроме того в моем войске есть трофейные лошади, почти тысяча голов, не только верховых, но и тягловых.
Оружие и доспехи. Помимо того, что уже раздали воинам, в запасе четыреста комплектов защиты, полторы тысячи мечей, три тысячи кинжалов, сотня луков и много дротиков.
Ценности. Яфтар провинция небогатая. Она нужна нирским королям для расселения безземельных крестьян, дабы решить вопрос перенаселенности, и как форпост для дальнейшего продвижения в горы. Это здесь никаких особо ценных ресурсов, а у племени оксиан, живущего выше в горах, есть медь и золото. Вот ради этого и строился тракт через всю провинцию, чтобы перебрасывать войска. Это я узнал от своих советников. Поэтому большого количества ценных металлов в Нирзое найти не планировал. Однако все оказалось гораздо хуже, чем я предполагал. Казна города была пуста. Ни золота, ни серебра. Только немного медных монет нашли. Плюс к этому в городе, в домах самых состоятельных местных жителей, кое-что взяли. Причем больше посудой: блюдами, кубками, вилками и ложками. А про драгоценные камни и говорить нечего. Пусто. И в итоге, собрав в кучу все местное золото, после взвешивания я узнал, что его всего пять килограмм. В переводе на морейские альго пятьсот монет. Серебра, правда, в двадцать раз больше, и это еще тысяча альго. Вот сиди теперь и думай, как построить новое государство, имея полторы тысячи монет. Без учета того, что могут дать за свою шкуру нирские купцы, военные и наместник.
Короче, такие вот подсчеты, и вечером я вызвал к себе Будая, Вольгаста, Ойгена, Наймара, Ромая, Симахо, Кауко, Дыхо, Дугана и вождя мараханов Эркена. С ними можно было говорить более-менее откровенно, и они показали себя в деле.
Соратники собрались быстро, расселись за большим столом, и я спросил:
- У кого и какие новости?
Первым откликнулся Ойген:
- На правом берегу Арабата замечен личный штандарт короля Фурро. Парламентеров пока нет. Ждем. Силы противника постоянно увеличиваются.
- Так, - я кивнул. - Что еще?
Следующим был Будай:
- Воины волнуются. Они хотят раздела добычи.
- Понятно. По этому поводу и собрались. Хабр разделим завтра. Но прежде я хочу еще раз объяснить, чего хочу, и что будет.
Вожди и воины притихли. Краткая пауза и я продолжил:
- Я объявлю себя королем. Это раз. Нирзой останется за мной. Это два. После этого хабр делиться не будет. Это три. На раздел, в награду воинам, я выделю половину скота и треть продовольственных запасов. Это четыре. Кто останется со мной, в дальнейшем получит дом в городе и ежемесячное жалованье. Это пять. Кто не согласен, после раздела добычи обязан покинуть город. Это шесть. Вы меня услышали и можете донести мои слова до воинов. Вопросы есть?
Разумеется, вопросы были. Вольгаст, Ойген и Наймар пришли в этот мир со мной. Поэтому с ними все просто и ясно. Куда я, туда и они. Дыхо, Кауко и Ромай воины. С ними тоже без сложностей. Они готовы служить королю, то есть мне. Дуган, потомок Дугана, молодой певец и сказитель, с нами. Для него я легенда и спаситель родины. А вот с вождями пришлось общаться долго и обстоятельно. Пока в городе сидели нирцы и была угроза карательных рейдов, они сидели в своих поселениях, словно мыши, и боялись слово против наместника или, не дай боги, против короля сказать. А теперь, получив свободу, главы племен расправили плечи и решили, что имеют право голоса. Но я быстро поставил их на место.