- По крайней мере, благодаря тебе она увидит, какие цветы растут у нее в саду.
Я выразительно хмыкнула.
- Вряд ли тетушка отличит молочай от габрантуса! Она даже репейник принимает за декоративное растение и норовит преподнести его Дадли Додд, углядев схожесть между ними в характерной цепкости.
- Не думаю, что миссис Додд оценит такой букет, - хихикнула Сибил и потянулась к корзине с яблоками. Она выбрала самое маленькое и, достав из незаметного кармашка на поясе узкий белоснежный платочек, вытерла его.
Мы некоторое время болтали, перекидываясь шутками и похрустывая сочными яблоками. Только сейчас я заметила, что Сибил улыбается немного натянуто и, несомненно, пытается скрыть беспокойство. Я вдруг подумала, что мы уже тысячу лет не сидели вот так вдвоем, позабыв, как в один миг стать друг другу самыми родными и близкими. В последнее время мы только и делали, что перебрасывались короткими фразами и убегали по своим делам, не замечая ничего вокруг из-за собственных тревог.
Сибил бежала в Оурунсби, откуда приходила измученная постоянными упреками и капризами Виолетты. Даже замечания тети Гризельды не останавливали дебютантку. Окрыленная предстоящими развлечениями в Лондоне и мечтавшая затмить всех первых красавиц, Летти решила, что гардероб - это главное средство в достижении успеха, естественно, после идеальной внешности. Он обязан быть совершенен, выделяя ее из толпы пресных девиц и подчеркивая ослепительную красоту. Поэтому Виолетта придиралась ко всему, что, как ей казалось, не соответствовало умопомрачительному образу, который она рисовала в фантазиях.
Я же в своих думах была далеко от привычного мира: от любимой тетушки и дорогой Сибил, от уютного Сильвер-Белла и суетного Оурунсби, где правили легкомысленные мечты Виолетты. Мной полностью завладел Китчестер. Не проходило ни минуты, чтобы я не подумала о сером замке, гордо возвышающемся среди бескрайних лугов. Я совершала воображаемые экскурсии, отчего влюблялась еще больше в его древние стены. Но чаще всего я думала о старом плуте - мистере Лемуэле. Именно из-за него я много дней не находила себе места и волновалась, что не укрылось от острого взора тетушки Гризельды и вездесущего - Фини.
Уже две недели я пребывала в неизвестности о состоянии здоровья мистера Лемуэла. После той встречи, когда я оставила его больного у ворот замка, мы больше не виделись. В условленный день я прождала его до самого вечера, но он так и не появился. Не решившись пойти в Китчестер и напрямую заявить о себе, чтобы разузнать о здоровье старика, мне пришлось уйти. Но съедаемая тревожными мыслями, я каждое утро отправлялась к замку, в надежде увидеть пышущего здоровьем мистера Лемуэла, как ни в чем не бывало сидящего на скамеечке и дымящего трубкой. Но надежды мои оставались бесплодными. Я в одиночестве просиживала на берегу реки до обеда, а затем возвращалась домой, чувствуя всевозрастающее с каждым днем беспокойство. Полное бессилие из-за трусости перед родственниками отца делало беспокойство еще более острым. Я всячески пыталась скрыть тревогу, однако все в доме заметили, что со мной твориться неладное.
- Вы сегодня рано закончили. Еще только начало пятого, - сказала я, убирая крохотные часики в кармашек платья. - Неужели гардероб готов?!
- Какой там! - вздохнула Сибил. - Мы завершили только эскизы и подбор материала к выходным платьям. Там их столько, что хватит на целый батальон девиц! Не представляю, когда Виолетта успеет их все надеть.
- О, она без труда справится с этой нелегкой задачей!
- А еще надо подобрать ткань для прогулочных платьев и утренних... И самое главное, все это еще нужно сшить!
- Бедняги! Боюсь, если продолжите такими темпами, вы не успеете до весны.
- Мисс Уилоуби не унывает! Она надеется, что приезд маркизы Грэдфил благоприятно скажется на нашей работе.
- Ха, боюсь, тетя зря полагает, что при маркизе Виолетта превратиться в ангельское создание и не будет демонстрировать свой скверный характер, устраивая истерики из-за цвета и фасона.
Сибил рассеяно пожала плечами. Во время разговора лицо ее было крайне сосредоточенным, как будто выполняла сложные математические расчеты. Временами она хмурилась и беспокойно поглядывала на меня, но тут же отводила взгляд, испугавшись, что я замечу ее смятение.
- Ты хотела о чем-то поговорить? - спросила я напрямую.
- Да... то есть, нет... - она замялась, но затем быстро сказала. - Маркиза Грэдфил приезжает уже завтра! А послезавтра в Оурунсби будет вечер в ее честь. Мы приглашены. Мисс Уилоуби боится, что ты можешь уйти на целый день и забыть о вечере и обо всем на свете, как поступаешь в последнее время. И еще она горячо надеется, что всю неделю пребывания маркизы, ты будешь с нами в Оурунсби - помогать ей и миссис Тернер.
- Как, разве маркиза приезжает завтра? - недоверчиво воскликнула я. - Но ведь еще слишком рано... Или уже не рано?
С нескрываемым волнением Сибил порывисто протянула ко мне руки и сжала мои ладони. Ее лицо раскраснелось, и каждая черта выдавала ее внутреннее смятение.
- Роби, что с тобой происходит? - умоляюще произнесла она. - Ты в последнее время совсем на себя не похожа!
- Разве? Не замечала за собой никаких изменений, - я резко поднялась и, схватив полупустую корзинку, начала торопливо собирать яблоки, лежавшие в траве под деревьями.
- Ты стала угрюмой. Ни с кем не разговариваешь, постоянно молчишь и даже не слышишь, когда к тебе обращаются. Сейчас ты не та Найтингейл, которая учила меня смеяться и радоваться каждому мигу прожитой жизни...
- Все меняются! Ты тоже уже далеко не та запуганная девчонка! - фыркнула я.
- ... Ты побледнела, осунулась...стала забывчивой! Мы ужасно беспокоимся за тебя!
Она замолчала, подыскивая слова, видимо, собираясь сообщить мне нечто щепетильное.
- Мисс Уилоуби... ты же знаешь ее прямолинейность, так вот... она высказала теорию, будто все, что с тобой творится, - это бесспорные признаки любовного недуга! Но, если так, ты могла бы довериться мне! Ты ведь знаешь, что я буду безумно рада за тебя.
Я слишком рассердилась из-за столь откровенного обсуждения обитателями Сильвер-Белла моих чувств, чтобы ответить подруге с достойным спокойствием. Вместо этого я дала волю своему раздражению, копившемуся во мне все эти тревожные недели.
- Подумаешь, забыла о всеми давно ожидаемой маркизе! Это ведь не значит, что у меня начался период любовного недомогания, сопровождаемый ранним склерозом. А тебе бы не следовало шпионить на Финифет и тетю. Это ведь они тебя прислали?! Сама бы ты никогда не стала вмешиваться в чужие дела. Ты слишком деликатна!
Сказав это, я тут же прикусила язык, но было уже поздно. Сибил нервно вздрогнула, уязвленная моим грубым отпором. Никогда прежде я не вела себя с ней подобным образом, и от этого мое поведение показалось мне еще более омерзительным.
- Прости, не знаю, что на меня нашло! - умоляюще попросила я и опустилась рядом с ней на покрывало, позабыв про грязное платье. - Я веду себя безобразно. Я, и вправду, в последнее время рассеяна и слишком взвинчена. Готова сорваться с цепи при малейшем всплеске раздражения.
Я пододвинулась ближе к подруге и обняла ее. Мне отчаянно хотелось поделиться с ней своими переживаниями, но я боялась, что Сибил начнет задавать вопросы, на которые мне не хотелось сейчас отвечать. А без объяснений она не поймет, что твориться у меня на душе.
- Фини пообещала испечь мои любимые земляничные вафли, если я выужу из тебя признание, - откровенно сказала Сибил. - Но я итак хорошо отъелась на ее кушаньях! А если еще буду злоупотреблять подобными взятками, то боюсь, дверные проемы придется значительно расширять... И будь уверена, я отказалась не только из-за страха перед пышными формами.
- Я знаю, Сибил! - признала я виновато. - Просто в голову лезут всякие глупости и, словно кукушата, выкидывают из родного гнезда разумные мысли.