В салун Грелли они вылетели, когда солнце уже начало склоняться к закату. Зотик вел катер на небольшой высоте, поскольку летели над Нейтральной зоной, и можно было не бояться, что привяжутся истребители из системы ПКО.
Душа у Зотика была не на месте. А ну как он ошибся, и Тереза уже исчезла из салуна Грелли? Но довольно обширный опыт обращения с женщинами ему подсказывал, что такая необычная женщина неизбежно должна увлечься весьма симпатичным парнем и очень крутым вольным астронавтом. Те пацаны, с которыми она тогда сидела — не в счет. Просто, впервые попав в Нейтральную зону, она не в состоянии была отличить по-настоящему серьезного человека, от разодетой в бутафорию мелкой шпаны. Чего стоило только ее пожелание, чтобы эти молокососы хорошенько отделали Зотика! Только новичок мог не знать, что нападение рядовых на капитана обычно чревато горами трупов. Особенно, если у капитана подмочена репутация, как, например, у Зотика.
Вглядываясь в приближающийся городок под названием Шверт-Сити, Ареф задумчиво сказал:
— Интересно, какой псих дал такое название этой дыре?
— А что такое? — равнодушно спросил Зотик.
— Да вот, первое слово немецкое, а второе — английское…
— Насколько я помню, — медленно проговорил Зотик, — в Нейтральную зону когда-то попало множество разноязыкого народа с погибших планет, вот они и давали название городкам, в которых селились. Потом-то большинство их снова в колонии вернулись, а названия остались…
— Драка предвидится? — деловито осведомился Ареф.
— А как же! У нас еще ни одно посещение салуна Грелли без драки не обошлось.
Зотик еще с высоты разглядел, что вся площадь перед салуном заставлена шлюпками и катерами, правда, потрепанными до немыслимого предела, с испятнанной заплатами обшивкой. Элиты вольных астронавтов тут явно не наблюдалось. Тут, скорее всего, отдыхали те идиоты, которые принимали участие в демонстрационном патрулировании границ Нейтральной зоны. Это было хуже всего. "Ну и ладно, — проговорил про себя Зотик, — в конце концов, я не обязан заботиться о здоровье всяких драчунов. Пошинкую всех на шашлык!"
Перед тем, как вылезти из катера, он поддел под куртку легкий бронежилет.
Зал салуна был полон. Шум стоял, как на птичьих базарах полярных широт Планеты Бурь. Тамошние птицы здорово приспособлены к бешеным ураганам, а орать умеют так, что уже в километре от базара нормальным людям поговорить невозможно, приходится кричать друг другу в уши. Близко к базару и подходить-то опасно; чем ближе подходишь, тем явственнее ощущение, что голова твоя вот-вот лопнет, как перезревший арбуз. При виде Зотика, за ближними столами замолчали. Тут же, будто акустическая волна прокатилась по залу, замолчали все, и уставились на Зотика с таким видом, будто он нес на плече скатанное в валик пресловутое "Черное одеяло". Он сразу увидел Терезу. Бандитка сидела за столом в полном одиночестве, несмотря на то, что салун был битком набит весьма разнузданной публикой. Деревянной походкой, в звенящей тишине Зотик прошагал к ее столику, сел, сделал неопределенный жест рукой. Бармен уже бежал к столу с подносом. Ареф устраивался за столиком, непроизвольно ежась и исподтишка бросая настороженные взгляды по сторонам. Тереза с ужасом глядела на Зотика, открывая и закрывая рот, но не производя ни звука. Зотик взял стакан своего любимого виноградного сока, откинулся на спинку стула и оглядел Терезу насмешливым взглядом.
— Зотик, — робко заговорила она, — я понимаю, что я теперь твоя подруга, повязанная кровью, но почему все шарахаются от меня, как от чумы?! Насколько я поняла, тут у вас нравы весьма свободные, и чужих подруг отбивают налету. Так сказать, на бегу подметки рвут…
Зотик широко, открыто ухмыльнулся:
— Мало того, что ты подруга, повязанная кровью, ты теперь еще и Кровавая леди.
— Эт-то еще что такое?! — распахнула она изумленно свои и без того огромные глазищи.
— Понимаешь, теперь из-за тебя никто не имеет права вызвать меня на поединок… Вернее, вызвать-то может, но я не обязан принимать вызов, а даже наоборот, имею полное право грохнуть волюнтариста из-за угла и в спину. Разумеется, тебя давно бы попытались перехватить у меня. Представь, какая добыча?! Ведь отбитая подруга, повязанная кровью, абсолютно бесправна! Был бы я бойцом послабее, давно бы отбили…
— Что же мне теперь делать? — растерянно спросила Тереза.
— Раньше надо было думать! Надо думать, чьей подругой себя объявлять…
— Откуда ж я могла знать… — потерянно прошептала она. — Они показались такими крутыми… Круче тебя…
— Ха-ха-ха!.. Вот что значит, всю жизнь прожить в цивилизованном обществе… По-настоящему крутой вольный астронавт никогда свою крутизну не демонстрирует. Ты Хон-Гриля видела? — она кивнула. — А ты поверишь, что он мог бы положить в две минуты всех двенадцать твоих крутых пацанов?
— Не может быть!
— А господина Сидорова знаешь? Это едва ли не самый крутой из вольных астронавтов…
— Да ну!.. Он такой милый джентльмен… К тому же, обыкновенный владелец ресторана, хоть и орбитального…
Зотик пожал плечами:
— Я тебе всего лишь пытаюсь объяснить разницу между настоящим вольным астронавтом и всякой шпаной…
Она повела взглядом по сторонам, спросила:
— Что ж мне делать? Не отдаваться же тебе…
Зотик вперил в нее один из самых злобных своих взглядов, брезгливо выплюнул:
— А с чего ты возомнила, подруга, что я тебя возьму? Я что, больной? С Кровавой леди спать… Я еще очень молод, и хочу дожить до старости…
Она будто на кулак физиономией налетела, долго смотрела на Зотика. Наконец выдавила:
— Извини… Ради Бога, извини… Я не хотела тебя обидеть. Но я ж не Кровавая леди… Скажи, что мне делать? Ты ведь знаешь Закон…
— Что делать, что делать… — Зотик отхлебнул сока. — Представь себе, я не знаю… Предъявить претензию на тебя теперь может только равный мне.
— А тут таких нет? — она обвела взглядом зал.
— Ты что, совсем?!. — Зотик ошарашено уставился на нее. — Я тебе битый час объясняю, что в настоящий момент тут сидят даже не пираты, так, отребье… Равный мне — это капитан, к тому же способный из-за женщины решиться на серьезную сшибку в открытом космосе, с применением тяжелого оружия… Какой-нибудь капитан может, и решится, но согласится ли его экипаж?.. Ну, ты, мамзель, и наи-ивная…
Она долго молчала, с ужасом глядя на Зотика, наконец, спросила:
— А вот эти все… Они тут о тебе говорили… Что не худо бы тебя грохнуть… Что за тебя кто-то сумму с восемью нулями хочет заплатить… Чем дело может кончиться? Дуэлью опять?..
— Какая дуэль?!. Вызвать меня больше никто не решится, но тут всякое может быть…
— И ты не боишься? Их же тут сотни две…
— Боюсь… Все боятся, — спокойно проговорил Зотик, слегка пожав плечами. — Никто не знает, как судьба карты раскинет. Бывает, что какой-нибудь замухрышка случайно грохнет крутейшего бойца… А бывает — несколько сотен перемочишь, и ни единой царапины…
Молчаливый Ареф поглощал "Живой источник Эдема", бросая хмурые взгляды на Терезу.
— Так что же, у меня никакого выхода нет? — медленно выговорила Тереза. — Так и жить дальше Кровавой леди?
— Ну почему же?.. Есть выход… Аж два: свалить отсюда в какую-нибудь цивилизованную страну, или объявить себя свободной женщиной, и попроситься в какой-нибудь экипаж полноправным бойцом. Но объявить-то ты себя можешь кем угодно, захочет ли экипаж взять тебя под защиту? Некоторые Кровавые леди умудрялись целые экипажи выкашивать. Психологи говорят, что это какая-то психическая болезнь… Такая женщина не может измениться, ей обязательно надо стравливать мужиков…
— Но я же не Кровавая леди!
— А кто тебя знает…
— Зотик, отпусти меня! — она вдруг бухнулась на колени.
Зал замер. Казалось, от дикого напряжения само пространство в зале салуна сейчас свернется в черную микро дыру. Зотик всей кожей ощущал тяжелые взгляды, будто удары разрядов бластеров в бронежилет.
— Раньше надо было думать! Когда ты меня только грабить собиралась…