Они с Быком кое-как втиснулись вдвоем на кресло открытого ялика.
Ощущения были потрясающие! Ветер свистел в ушах, внизу неслась белая, плотная, клубящаяся муть, будто сливки взбивали гигантским миксером. Изредка там мелькали какие-то неясные тени.
Зотик спросил:
— Тут что, всегда так туманно?
— Ага. Влажность высокая. Внизу, в лесах, стоит постоянный сумрак. А живности столько!.. Я там только раз попытался прогуляться в скафандре высшей защиты, и то чуть не сожрали, наверное, за улитку приняли. Ну вот, прилетели. Ты поосторожнее, и от меня не отходи. И, главное, не делай резких движений.
Прямо по курсу вырастал летающий остров. Бык снизил скорость, и очень осторожно притер ялик на лужайку, покрытую нежной, пушистой травой. Не выключая гравикомпенсатора, он шепнул:
— Включай пояс.
Зотик нащупал крошечный пульт, передвинул переключатель в крайнее верхнее положение, спросил шепотом:
— А если пояс отключится — провалишься?
— Нет, остров довольно прочный, но разрушений нанесешь — будь здоров! Он потом долго болеть будет.
— А он что, живой?!
— Точно не знаю, но — похоже…
Бык осторожно ступил на травяной ковер. Зотик решил не рисковать, и понаблюдать с ялика. Бык как бы плыл к ближайшему массиву то ли кустов, то ли разновидности воздушных деревьев. Похоже, жизнь на острове кишела. Между огромных бутонов порхало что-то шустрое летающее. Между стеблей, судя по их беспорядочному колыханию, пробиралось что-то не летающее.
Бык принялся тихонько насвистывать. В отдалении над цветами поднялась стайка каких-то существ. Зотик вгляделся, и чуть из кресла не выпал: к Быку летели крошечные человечки, трепеща полупрозрачными крылышками. Точно таких же Зотик видел в детстве на картинке в старинной детской книжке в семейной библиотеке. Ростом человечки были около метра, одеты — в яркие, цветастые рубашечки, с прорезями для крыльев, отороченными тонкими, нежными кружевами, и короткие, до колен, штанишки. Перекликаясь звонкими, мелодичными голосами, они закружились вокруг Быка, теребя его комбинезон, пожимая руки, заглядывая в лицо. Бык отвечал им какими-то сложными свистами. Похоже, они неплохо его понимали.
Бык призывно помахал рукой. Зотик осторожно слез на траву, слегка передернул плечами; было весьма неприятно ощущать под ногами бездну в десять километров, и не чувствовать на плечах надежных лямок парашюта. Гравикомпенсатор снижал вес, но прыгать с ним безболезненно можно было только с высоты метров двадцать, согласно пресловутой формулы: эм жэ квадрат, деленное пополам.
Идти было очень трудно, опора буквально ускользала из-под ног. Зотик не прошел и половины пути до Быка, к нему вдруг подлетели несколько эльфов, подхватили за руки, за ноги, и с веселым щебетанием куда-то понесли. Впереди другая группа так же весело тащила Быка. Через несколько минут завиднелись странные округлые постройки, то ли стоящие на лужайке, то ли парящие над ней. Между строений гуляло и порхало множество эльфов. В архитектуре домиков Зотику почудилось что-то знакомое. Вроде бы стены и крыша состояли из слепленных вместе воздушных шариков. Ну да, на летающем острове и дома должны быть воздушными! Тем временем эльфы опустили Зотика возле одного из домиков. Нет, не воздушные шарики, что-то другое, но все равно до боли знакомое.
Тем временем эльфы окружили Быка, два, похоже, девушки, уселись к нему на плечи и играли его волосами, что-то нежно насвистывая в уши. Зотик еле сдержал гомерический хохот при виде глупейшего выражения блаженства на грубой физиономии Быка. А тот принялся что-то раздавать эльфам. Зотик пригляделся, и узнал красочные коробочки жевательной резинки от Бубль-Гум. Когда Бык опустошил карманы, эльфы разлетелись от него во все стороны, прижимая ручонками к груди коробочки.
Зотик подошел к Быку, спросил:
— Ты мне это хотел показать?
Бык кивнул, с глупейшим видом гордого папаши оглядывая селение эльфов.
— Ну и что? — осведомился Зотик.
— Как — что?! Я именно по этой причине не могу драться с тобой на десантном катере.
— Что, боишься расстроить нежных летучих красавиц?
— Да нет… При чем тут красавицы? Просто, эти острова вспыхивают от малейшей искры, и в считанные минуты превращаются в легкий пепел, который даже до поверхности не долетает. Тут все перенасыщено водородом. Я, когда в первый раз прилетел, случайно прошел на катере слишком близко от одного острова, и его зацепило выхлопом двигателя… Жуткое дело… Обожженные эльфы с криками падали вниз, и я ничего не мог поделать. Им крылья опалило, как мотыльками…
Зотик потрясенно смотрел на этого отпетого злодея, как его помнили вольные астронавты, и не находил слов. Наконец, на всякий случай спросил:
— Так это ты корабли со жвачкой грабишь?
— А что делать? — он пожал плечами. — Закупать ее такое количество, мне не по карману, а без жвачки эльфы пропадут. Они до меня каждый день гибли целыми семьями.
— Это почему же? — спросил Зотик.
— Ну, раньше они строили свои дома из водородных мешков некоторых растений, но такие мешки недолговечны. То водород быстро вытечет, и домик опадет, то, наоборот, домик пересохнет, станет легким и взлетит с острова. Это обычно ночью случалось, потому что воздух ночью охлаждается, и подъемная сила у воздушных шариков увеличивается. Эльфы проснутся, а их острова уже и не видать. Сами они долго в воздухе держаться не могут, вот и дрейфуют, в надежде, что прибьет к другому острову. Так ведь, как оно прибьет? Когда на этой высоте ровный воздушный поток беспрерывно и методично обегает планету… На поверхность планеты они приземляться не могут… Вернее, приземляться-то могут, но там только всякого зверья, которое норовит их сожрать…
— Послушай, а из чего-нибудь другого, кроме жвачки, они не могли бы строить свои дома?
— Нет. Я все перепробовал. Одно — слишком тяжелое, другое — слишком легкое, от третьего у них аллергия…
— А ты понимаешь, что это называется вмешательством в развитие чужой цивилизации? Представляешь, что с тобой будет, если тебя здесь накроет патрульный крейсер? Или официальная экспедиция научников?
— Ну, ты ж знаешь, что крейсера патрулируют только исследованные и населенные области, а с научниками я договорюсь… — и Бык хищно усмехнулся.
— Ну, ты дае-ешь… — протянул Зотик, покрутив головой. Ладно, драться я с тобой не буду, координаты этой системы никому не разболтаю, но ты должен слетать со мной к мистеру М.
— Зотик, я тебе честно говорю; я этому пауку ничего не должен. Последний груз жвачки я у него даже не грабанул. Просто, апейронцы ее разгружать отказались; посоветовали мне запихнуть ее себе в задницу. Я так полагаю, у них денег не было, оплатить груз…
— Да, кстати, а что ты еще привез на Апейрон, кроме жвачки?
— Ничего особенного… Титановый чемодан, опечатанный личной печатью мистера М. А задание было простое: сдать чемодан, и ждать распоряжений апейронцев.
— Так, так… Ну, и?..
— Сдал. И сразу заподозрил, что дело не чисто; никогда мистер М не приказывал, чтобы я ждал распоряжений от получателей грузов. За мной следить начали с первого дня. Я делал вид, будто пьянствую беспробудно, а когда меня приехали брать — положил конвой, и дал деру.
— Так, может, они тебя не брать приехали, а сделать заманчивое предложение?
— Я тебе что, аристократка? — Бык явно обиделся. — У меня нюх на такие дела… К тому же, с чемоданом, стоимостью в восемьсот миллионов, посылают без возврата… После таких сделок, хвосты надо рубить по самые уши.
— Ну, хорошо… Допустим… А почему они должны были тебя взять?
— Да все проще простого! В чемодане были передовые земные технологии, техническая документация. За такую контрабанду на Апейрон и мистера М могут на Меркурий запечатать пожизненно, никакие адвокаты не отмажут. Так что, он меня послал без возврата. Отвезти чемодан — и в расход. А оплату заберет следующий курьер. Концы обрублены так, что никто ни единой улики не отыщет…