Рожа исчезла. Теперь для пленников доступны были только голоса работорговцев.
– Действительно, улов у вас царский! – «золотоцепурный» не скрывал своего удовольствия. – Верховный Служитель и инопланетница! Такого в истории работорговли Кромоса не было никогда! Уверен – мы получим за них на севере столько золота, что сможем безбедно прожить остаток жизни, и еще нашим детям что-то останется! – он довольно хохотнул. – С товаром обращаться бережно! А то какой-то идиот ноги товару перетянул так, что их пришлось отрезать бы. А вы не хуже меня знаете, что увечный товар изначально ценится намного ниже, чем целый!
Еще раз такое повторится, прикажу выпороть плетьми! Всыпят каждому ударов по десять, будете думать у меня – чем можно, а чем нельзя фиксировать товар! Инопланетницу хорошо обыскали?
– Да, хозяин!
– Точно хорошо?
– Да, хозяин!
– А внутри у неё все проверили? Вокруг бочки захохотали несколько голосов.
– Как можно, хозяин?! Мы же знаем правила – никакой е..ли с товаром! Вокруг захохотали громче.
– Молодцы! Вот тебе пара серебряных монет. Сегодня же вечером, а лучше – прямо сейчас сходи в портовую таверну, купи хорошую шлюху – я знаю, что этих денег тебе хватит – и займись с нею, наконец, тем, чем всю дорогу мечтал заняться с инопланетницей. И попроси шлюху постирать тебе штаны, а то спереди сперма уже пропитала тебе все брюки! Хохот вокруг стал уже гомерическим.
– Ну ладно! – продолжил веселый голос мордатого. – Повеселились, отдохнули; пора и делом заняться!
Ты – еще раз проверь пассажирский отсек в танкере – питание, вода, солома. Чтобы гальюн работал. А то утонут в дерьме, как те, в позапрошлый раз! Выполняй!
Ты! Еще раз добеги до нашего человека в порту, уточни, не искали ли кто этого мужчину и эту женщину! – слышно было, что работорговец намеренно избегает называть своих новообретенных рабов их настоящими именами или титулами.
Ты! Своди, наконец, в туалет обоих. Судя по запаху, за время дороги по большому они ни разу не сходили! Да и по-малому, кажется, тоже!
По поверхности бочки загремели чьи-то подошвы, в люке показались сразу две головы.
– Сами вылезите, или помочь? – вопрос прозвучал как угроза.
– Сами! – ответил за обоих Верховный Служитель. Он же и первым выбрался наружу. Дита выскользнула наверх следом, осмотрелась.
Многочисленные ящики вокруг, коробки, мешки, кули, краны, запах рыбы, пеньки… Место, в которое их привезли в бочке, могло находиться только на территории порта.
Бочка находилась внутри большого крытого деревянного склада, её окружали почти с десяток вооруженных мужчин.
Они с нескрываемым любопытством уставились на элойку, одетую в летный обтягивающий комбинезон голубого цвета. Один из охранников вытер ладони о брюки, облизнул губы….
Но, видимо, десять плетей были здесь серьезным наказанием; подручный работорговца остался на своем месте.
Дита проникла деревянную будочку, с овальной прорезью в полу, стала закрывать за собой дверь.
– Э-э-э! Постой! Этого здесь делать нельзя! Не положено! Пусть дверь останется открытой! – с десяток охранников повернулись к ней, с неприкрытым любопытством ожидая, когда элойка начнет «делать свои дела» с открытой дверью.
Наверное, это было одно из немногих развлечение здешних «секьюрити». «Обыскивать изнутри» запрещалось, но смотреть…. Любопытные морды охранников реального физического вреда «товару» причинить не могли. Они и смотрели.
«Ну, уж нет»! – твердо решила бессмертная. – «Не будет для вас удовольствия от лицезрения моих гениталиев»!
Она подошла к одному из стражей – тому, кто вытирал вспотевшие руки о штаны, жестом попросила у него сорочку. Охранник снял рубашку с себя, передал её Дите.
Элойка вернулась в «домик», натянула ткань на высоте средины ей бедра, присела. Теперь из-за сорочки торчала только её голова. Подошел другой охранник, сдернул рубашку. Дита встала, вышла из «клозета», в два удара послала стража в нокаут.
Не обращая внимания на растерянные лица охранников и дула ружей, направленные в её сторону, вернулась в «домик»….
Спустя несколько минут деревянное строение «посетил» и Верховный Служитель.
– Мне кажется, ты сильно рискуешь, когда даешь отпор охранникам именно таким образом! – прошептал он, наклонившись к самому уху бессмертной.
– Ничуть! Ты же тоже слышал, сколько они планируют выручить золота за нас с тобой! Им теперь надо нас беречь. И веди себя спокойнее – ты же хозяин этой страны!
– Ага! Хозяин! – он усмехнулся. – Вот они – хозяева! Я у себя во дворце-то чувствую себя не слишком уютно….
– Тогда почему тебя до сих пор не убили?
– Сам не понимаю. Наверное, боятся, что вместо меня придет кто-то другой, и станет намного хуже.
– А-а-а…. То есть ты – типа фигура, которая устраивает всех?
– Ну да, наверное, вроде того. Пока не вмешивался в их темные делишки! Но все равно – это перебор!
– Что – перебор?
– Оборот «теневого» экспорта биотоплива сравнялся с государственным! Так я же на эти деньги содержу весь аппарат правительства! Жандармов! Войска! Закупаю вооружение! А они? Они просто жируют!
– Да! И теперь ты знаешь слишком много! Вот поэтому тебя выгоднее продать в рабство! Однако…. Думаю, долго тебе прожить в плену не дадут. Такой пленник, как ты, нарушает все расклады.
– Считаешь, казнят?
– Вряд ли. Думаю, все будет гораздо проще. Незаметно отравят, например…. А вообще, если исходить из логики действий этих господ, ты становишься не нужен, как только в их руках окажется золото за твое тело и твою голову. Тебя могут отравить еще на судне, во время доставки к покупателю.
– Ты думаешь, мои ищейки нас не освободят?
– Твои – нет! Объем денежных средств, сосредоточенный в руках хозяев «теневых» плантаций таков, что они могут купить весь твой аппарат, все спецслужбы. И еще им самим останется…. Твои – вряд ли. Все куплено….. Коррупция!
– А – твои?
– Мои – могут!
– Почему ты так уверена?
– Моих купить невозможно в принципе. Другие «ставки». Там на кону существование целой планеты. Их планеты. Но у моих другая проблема – нехватка информации. А информация – это время. Сомневаюсь, что мои парни успеют разыскать нас до того, как нас увезут из порта.
Какой период занимает транспортировка биотоплива от вашего порта, да порта северян?
– Недели две, как минимум. Если не случиться шторма, или какой-то другой неприятности.
– Тогда нам с тобой жить осталось недели три…. Если за это время нас не разыщут, шансов мало. Разве что властелин Северной Империи захочет потешить свое самолюбие…. Тогда появиться шанс.
– Что именно ты имеешь в виду, когда говоришь – «потешить самолюбие»?
– Подержать нас в плену, помучить, но главное – убить; казнить публично!
– И что ж в это хорошего?
– При публичной казни точно станет известно, где мы. Казнь – это такое «мероприятие», которое готовиться загодя, не за один день. А это – шанс для моих ребят.
– Думаешь, она смогут освободить нас?
– Не думаю, а уверена! Надо только постараться, чтобы нас не отравили и не придушили до этого. И вот еще что! Нужно постараться оставить какой-нибудь знак, метку.
– Что именно?
– Медальон, кусочек одежды…. Кстати, где мой коммуникатор?
– Что это такое?
– Штучка такая, которая была у меня на запястье!
– Не видел! С тех пор, как мы попали в бочку. Что теперь?
– Пока подчинимся. А там – видно будет! Главное – ты духом не падай! И не из таких передряг выпутывались!
Сложно было сказать, глядя в непроницаемое лицо руководителя тайной канцелярии Южной Империи: что именно движет им, но факт оставался фактом – помогать инопланетникам в поисках своего «работодателя» он оказался категорически.
Демьян исподлобья долго и тяжело посмотрел на главного «сыскаря» Империи, и в его взгляде не было ничего хорошего для Служителя. Однако землянин, отчетливо понимая, что в такой непростой ситуации любое неосторожное слово может вызвать самую неожиданную реакцию; может иметь непредсказуемые последствия, промолчал.