— Анстен, БИЦ докладывает, что лейтенант Хернс произвела свою атаку.
— Да, сэр, — кивнул камере Фитцджеральд. — Миз Зилвицкая только что обратила на это моё внимание.
— Вот как, да? — улыбнулся Терехов. — Смотрю, старпом, у вас там довольно-таки компетентная команда.
— Да уж, полагаю, не слишком убогая, шкипер, — ответил тот, подмигнув украдкой Хелен и Маршалл, а затем вернув всё своё внимание Терехову. — Не думаю, что у нас есть прямое подтверждение от лейтенанта Хернс. Сэр?
— Нет, но это и неудивительно, — отозвался Терехов и Фитцджеральд кивнул. Спросить не мешало, но ни у ботов Абигайль, ни у ЛАКов Эйнарссона не было возможности попасть напрямую в "Гексапуму" коммуникационным лазером на таком расстоянии — во всяком случае не дав об этом знать Бандиту Один. Однако она могла попытаться воспользоваться одним из массивов в качестве ретранслятора.
— Сенсорные данные изначально были получены массивом из группы "эпсилон", и ретранслированы вокруг периферии системы к одному из массивов группы "дельта" посредством гравитационно-импульсной передачи, — продолжил Терехов, как будто отчасти прочитав мысли страпома. — Группа "дельта" находилась достаточно далеко в стороне, чтобы луч коммуникационного лазера прошёл на безопасном расстоянии от Бандитов. Всё это, кстати, означает, что информации потребовалось больше сорока минут, чтобы добраться до нас.
Капитан выжидающе посмотрел на старпома и Фитцджеральд снова кивнул.
— Что, получается, на пять минут дольше, чем потребовалось бы прямой передаче с Бандита Три на Бандит Один, — сказал он.
— Вот именно. А Бандит Один даже ухом не повёл. Так что есть как минимум шанс за то, что Хернс сумела вырубить связь Третьего.
— Или нанести достаточно повреждений, чтобы вырубить её на какое-то время, шкипер, — указал Фитцджеральд. Терехов поморщился, но не возразил. Не была его гримаса и признаком недовольства Фитцджеральдом; одной из обязанностей старшего помощника было указывать капитану на все разумно возможные альтернативные пути развития событий.
— В любом случае, — продолжил Терехов, — они продолжают преследование, и если ничего не изменится ещё минут сорок или около того, они будут у нас в руках.
— Да, сэр, — опять кивнул Фитцджеральд. На самом деле Бандиты уже были "у них в руках". Скорость, с которой они нагоняли "Гексапуму", не превышала шестнадцати тысяч километров в секунду, а расстояние до Бандитов — пятьдесят две световые секунды. Учитывая то, что максимальная дальность активного полёта ракет "Гексапумы" с места превосходила двадцать девять миллионов километров, а дистанция сократилась меньше чем до шестнадцати миллионов, оба пиратских корабля были уже в пределах досягаемости… и, скорее всего, обречены, если бы Айварс Терехов был готов удовлетвориться простым и недвусмысленным их уничтожением. Что, разумеется, было не так.
— Должен признать, шкипер, — сказал несколько секунд спустя старпом, — что сначала, когда вы изложили эту идею, меня обуревали сомнения. Заметьте, я не мог предложить ничего лучшего, учитывая все шары, которыми вам приходилось жонглировать. Но всё равно опасался, что этот план просто-таки напрашивается на вмешательство Мёрфи. Однако, похоже, на этот раз вы его перехитрили.
— Не забегайте вперёд, — предостерёг Терехов, хотя в глубине его глаз промелькнул азартный огонёк. Но потом его лицо помрачнело. — И что бы ни произошло здесь, всё ещё остаётся чертовски значительный шанс за то, что мы уже убили кого-то из хороших ребят, если хоть кто-то из них оставался на борту Бандита Три.
— Скорее всего, — без колебаний согласился Фитцджеральд. — И мне жаль, если так. Но, шкипер, если бы я был гражданским на борту того судна, я, черт побери, уж точно хотел бы, чтобы мы хотя бы попытались отбить его, даже если при этом рисковал бы оказаться убитым!
— Я знаю, Анстен. Я знаю. И согласен с вами. Что не заставит меня чувствовать себя заметно лучше, если окажется, что я только что убил кого-то из них.
На это Фитцджеральд мало что мог сказать утешающего. Особенно потому, что знал, что на месте капитана чувствовал бы то же самое. Потому, что и так чувствовал то же самое, если на то пошло.
— Что ж, шкипер, — сказал он вместо того с мрачной улыбкой, — в таком случае, полагаю, нам лучше всего сосредоточится на том, чтобы сорвать своё раздражение на мистере "Марсе" и его приятеле.
— Сэр, нас вызывают с Бандитов.
Терехов развернул кресло к лейтенант-коммандеру Нагчадхури и приподнял бровь.
— Только голосом, — добавил офицер-связист.
— Только голосом? Интересно, — Терехов потёр подбородок большим пальцем. На самом деле он ожидал услышать Бандитов намного раньше. Прошло почти двадцать минут с той поры, когда они получили подтверждение информации об атаке лейтенанта Хернс. Расстояние сократилось меньше чем до четырёх с половиной миллионов километров, что было существенно меньше дальности активного полёта ракет хевов, а относительная скорость Бандитов уменьшилась до всего лишь семи тысяч шестисот километров в секунду. Тянули ли время преследователи "Гексапумы" специально, в качестве меры психологического давления, давая экипажу "транспорта" понервничать от сознания того, что они находятся в пределах досягаемости ракет? Тут капитан пожал плечами. — Воспроизведите, пожалуйста.
— Слушаюсь, сэр.
— Транспорт "Неймеген", говорит капитан тяжёлого крейсера "Анхур" Домьер. Немедленно прекратить ускорение и изготовится к стыковке!
Голос был груб, непреклонен, с отчетливым акцентом трущоб Нового Парижа. Он внушал морозящий страх, несмотря на отсутствие открытых угроз. А ещё он был женским.
— Странно, как полагаете, Анстен? — пробормотал Терехов, и старший помощник кивнул.
— Во всех смыслах, шкипер. Это говорит хев, всё верно. Но почему нет видео? И почему она не назвала "Анхур" хевенитским кораблём?
— Может быть, она изображает из себя "обычного" пирата, шкипер, — предположила со своего квадранта экрана Терехова Джинджер Льюис. Капитан коротким жестом предложил ей развить свою мысль.
— Во время моего первого похода в Силезию хевы организовали замысловатую рейдерскую экспедицию. Одной из идей её авторов было сделать так, чтобы она выглядела как можно более похожей на обычные пиратские нападения на наши торговые корабли, — сказала она. — Не может ли это быть продолжением той же тактики?
— Но к чему такие сложности? — вопрос Наоми Каплан не звучал критически. Тактик просто размышляла вслух и Джинджер пожала плечами.
— Тогда одной из их целей было заставить РУФ гадать, кто нам противостоит: хевы или обычная мразь, решившая воспользоваться тем, как война отвлекала наше внимание от Силезии. Но другой — и, на их взгляд, более важной — было не дать анди понять, что хевы действуют на заднем дворе Империи. Они не хотели толкнуть флот анди в наши объятия, создав видимость угрозы имперской территории. Не может быть так, что сейчас они аналогичным образом рассудили в отношении солли?
— Вы имеете в виду, что они стараются не спровоцировать Лигу тем, что наступят на мозоль УПБ в регионе, который те считают своим задним двором? — уточнил Терехов.
— Да, сэр, — механик "Гексапумы" снова пожала плечами. — Заметьте, шкипер, я не вижу причин, по которым им следовало бы об этом волноваться. Экспансию в регион пытаемся произвести мы, а не они, и солли не могут этого не знать. Так что я не говорю, что всё это настолько уж осмысленно, просто это единственное объяснение их поведения, которое приходит мне в голову.
— Ну, им вряд ли удастся заставить кого-либо поверить в то, что они "обычные пираты", имея женщину во главе, — ехидно заметила Каплан. — Слишком многие из настоящих пиратов являются неоварварами из захолустья даже более отсталого, чем Нунцио. Некоторые из них, на самом-то деле, напоминают мне тех упёртых ублюдков с Масады. — Она поморщилась. — Эти идиоты уверены, что никто не может быть круче них, если только не бреется и не имеет тестикул!