Предводитель ответил:
– Ты прав, о потомок благородных мужей, принимайся же за еду и бери что хочешь.
Сайф сел, скрестив ноги, протянул обе руки к скатерти и стал уплетать, что там было, как человек, который ест последний раз в жизни, говоря себе: «Я съем этот кусок и прощусь с жизнью, ведь смерть уже подступает ко мне». Так он ел, пока не насытился, а после него поели все присутствующие. Потом слуги унесли блюда с остатками и принесли чаши с вином, и Сайф пил вместе со всеми. Затем все омыли руки и приступили к беседе.
Предводитель всадников сказал Сайфу:
– Теперь ты поел и можешь рассказать нам, кто ты и по какому делу прибыл в нашу страну.
– Я торговец, – ответил Сайф, – езжу по всему свету, перевожу товары из одной страны в другую, продаю их и так зарабатываю себе на жизнь. В этом году я закупил ткани, погрузил их на корабль и отправился в путь вместе с другими купцами. Мы плыли по морю, а на восемнадцатый день нашего плавания воды стали пениться и волноваться. Ветры дули со всех сторон, и волны бились друг о друга, грозя нам гибелью. Так продолжалось три дня, а на четвертый день мы сбились с пути и не знали, куда нам идти. Наконец море успокоилось, волнение утихло и волны улеглись. Я сказал рулевому: «Посмотри, в каком месте мы оказались, чтобы нам немного успокоиться». Рулевой влез на матчу, посмотрел направо и налево и начал плакать, рыдать и стонать. Я спросил его: «Что случилось?» Он ответил: «Прощайтесь друг с другом, вам нет спасения!» Я спросил его: «А в чем дело?» Он ответил: «Наш корабль подошел к скале, которую называют Магнитная гора, и непременно утонет, потому что эта гора притянет его к себе в вытянет все железные гвозди из его досок, и от этого корабль погибнет. Прощайтесь же друг с другом! Тому, кто спасется, на роду написано прожить долго, у тех, кто утонет, жизненный срок уже подошел. Да помилует всевышний Аллах меня и вас всех». Не успел он закончить свою речь, как корабль притянуло к Магнитной горе, железные гвозди выпали из него, доски распались, корабль развалился на части, и все, кто был на нем, очутились в море. Куски корабельного железа понесло к горе, а мы остались в воде среди обломков. Некоторые сразу же захлебнулись и пошли ко дну, а другие уцепились за доски, которые плавали на поверхности. Я влез на одну из досок, и волны понесли меня по морю, то поднимая, то опуская, пока, наконец, по воле судьбы, не забросили на остров посреди моря. И когда я выбрался на берег, то увидел, что это обширный остров, заросший травами и разными деревьями. Я поел древесных плодов и напился воды из источников. А когда наступил вечер, я стал опасаться, что меня растерзает дикий зверь или проглотит какое-нибудь морское чудовище. Я взобрался на высокое дерево и хотел поспать там, но вдруг на это дерево села птица, которая была раз в пять больше верблюда. Я очень испугался, но птица положила голову под крыло и уснула. Тогда я сказал себе: «Эту птицу послал мне всемогущий господь. Я должен ухватить ее за ноги, когда она полетит, может быть, она отнесет меня в населенное место, где есть люди, и я останусь с ними». Потом я уснул там, где сидел, а, проснувшись рано на заре, стал наблюдать за птицей. И когда наступил светлый день, и ночь унесла свой мрак, птица проснулась, расправила крылья, вытянула одну ногу за другой, встряхнулась и приготовилась к полету. Я схватил ее за ноги, вручив себя Аллаху. И когда птица почувствовала, что кто-то держит ее за ноги, она подумала, что ее хотят поймать, и взмыла высоко в небо, а я летел вместе с ней, ухватившись за ее ноги. Но птице оказалось тяжко нести меня, и она устала. Тогда она вытянула шею и, наклонив голову, хотела ударить меня своим клювом. И когда я понял, что птица хочет разорвать меня на части, я решил ввериться Аллаху, сотворившему землю и море и высокие горы, и оторвал руки от ее ног. И не успел я опомниться, как упал в эту реку, волны выбросили меня на берег, и так я добрался до вашей цветущей долины. Вот я стою перед вами – нагой, голодный и холодный. Когда настала ночь, я побоялся, что дикий зверь разорвет меня, сонного, на части или морское чудовище утащит в море. Поэтому я взобрался на дерево и там уснул и проспал до утра, а потом не мог двинуться от голода, а теперь, раз вы захватили меня, и я очутился в вашей земле, делайте со мной что хотите.
Когда предводитель воинов выслушал Сайфа, он громко рассмеялся и сказал:
– О человек, ты рассказал такую длинную историю, которая не поместится в целой книге, но я думаю – и на то есть у меня основания, – что все это речи лжеца. Во-первых, ты не купец и ничего не понимаешь ни в торговле, ни в товарах. Во-вторых, Магнитная гора, возле которой, как ты говоришь, затонул твой корабль, находится на другом конце света. В-третьих, можно еще поверить, что корабль сломался, некоторые люди утонули, а другие спаслись, уцепившись за доски. Но то, что ты рассказал о птице, – совсем невозможно и невероятно. Если бы ты действительно взлетел высоко в небо, уцепившись за ноги птицы, то тебя унес бы прочь ветер, разорвав на части. Кроме того, у тебя задрожали бы руки и ноги, а тело онемело от такого быстрого полета, и ты бы сразу упал. Вот тебе доводы и доказательства того, что ты солгал. Правдиво только то, что ты провел ночь на этом дереве, голодный и нагой. Говори же правду: ведь ложь никогда никого не спасала!
А когда предводитель говорил это, Сайф по его голосу понял, что перед ним женщина. Он сказал:
– Зачем же мне лгать тебе перед людьми? Я не знаю тебя и никогда в жизни не видел, зачем же мне скрывать от тебя что-то? Разве ты мой кровный враг или я твой неоплатный должник?
– Да, – ответил предводитель, – ты – наш враг, мой отец еще никогда не ошибался, гадая на песке, а всегда говорил правду. Скажи лучше, что ты вошел во дворец Сима, сына пророка Ноя, взял у него чудесный меч и волшебную пластинку, а потом, после того как он одарил тебя, ты отплатил ему неблагодарностью, открыв его лицо из любопытства. Скажи, что он разгневался на тебя и, если бы ты не был его потомком, он поразил бы тебя своим гневом и местью, а еще расскажи, как ты не смог перепрыгнуть на другой столб и упал в реку, которая принесла тебя сюда.
– Откуда ты знаешь все это? – воскликнул Сайф.
Но предводитель ответил:
– Я покажу тебе, где правда, а где ложь.
Потом он крикнул своим воинам:
– Пусть кто-нибудь из вас отправится к моему отцу и приведет его сюда!
Один из воинов поскакал в город, а предводитель, обратившись к Сайфу, спросил:
– Ну что, верно я говорю или нет?
Сайф ответил:
– Все, что ты сказал, правда.
– Я узнал тебя по твоей родинке, о муж Шамы и Тамы, – продолжал предводитель, – и скоро я испытаю тебя и удостоверюсь, чего ты стоишь.
А гонец, приехав в город, отправился во дворец и сказал:
– О царь, пожалуй к своей дочери, она схватила твоего врага и просит тебя прибыть, чтобы ты рассудил, как ей быть.
Царь встал и поспешил к своей дочери, и когда она увидела его, то встала ему навстречу, усадила его рядом с собой, а потом сказала:
– Отец, я нашла нашего врага, вот он перед тобой. Я попросила тебя прийти, чтобы ты рассудил наше дело.
– Приведи его сюда, чтобы я мог посмотреть на него, – сказал отец, а она ответила:
– Он сидит в моем шатре.
И они отправились в шатер царской дочери. Царь посмотрел на Сайфа и радостно улыбнулся, а потом сказал:
– Слава богу, избавившему тебя от гибели и спасшему от смерти, хвала Аллаху, который судил тебе попасть в наши руки, чтобы мы могли получить с тебя то, что нам причитается.
Сайф спросил:
– А что с меня причитается?
Царь ответил:
– Клянусь печатью на перстне Сулаймана, ты не кто иной, как царь Сайф сын царя Зу Язана. Что же ты не признаешься, о великий царь нашего времени? Я приношу хвалу всевышнему Аллаху, избавившему тебя от мучений и унижений и приведшему тебя сюда. Я ведь уже давно жду тебя здесь.
– Кто же ты из моих близких и друзей, да пошлет тебе Аллах исполнение всех твоих желаний? – спросил Сайф, и тот ответил: