- В соответствии с названными вами критериями придется приглашать поголовно всех. Посудите сами - детоубийство заменило аккуратно называемое "прерывание беременности", а любителей подглядывать за дамами в пошивочном ателье, пришлось бы искать днем с огнем, да еще за большие деньги, забрюзжал Шарль, восстановивший чистоту своего халата и целостность шеи.
- Да, да, уважаемая королева, коллега прав! Перечисленные вами представители общественности из века в век вызывали стойкое отвращение в среде обывателей - мирных, добродушных и благополучных граждан... - голосом пастора вещал Батон, завершая уничтожение персиков. - А теперь? Где, во-первых, эти мирные и благополучные обыватели? Где негативные элементы общества? - Все смешалось в доме Облонских, как сказал классик... Я провел специальную работу, опрашивая россиян. Задавал один и тот же вопрос: "С кем бы вы, например, расстались в первую очередь и с наибольшим наслаждением?"
- Разумеется, с правительством. Проворовавшимися банкирами. Киллерами... - пожал плечами Шарль. - С налоговой инспекцией, грабящей этих нищих и наивных, словно дети граждан.
- Точно! Но это уже потом. А в первую очередь - с тетей Асей!
- Чьей тетей? - уточнил Роланд?
- Всеобщей истязательницей бывших "совков", являющейся к ним в дом с отбеливателем. А заодно - и со всей компанией - дамой с жидкостью для унитаза, суетливыми девицами, начиненными тампонами, и юными дебилами, непрерывно жующими антикариесную жвачку и принимающими пиво в качестве смысла жизни.
- Ну, к этим персонам россияне скоро привыкнут. Что нельзя сказать о других, прячущихся в тени и куда более опасных для жизни, - заметил Роланд.
- Так что предпримем, экселенц? - Шарль завершил щелканье орехов. Может провернем все по-тихому - пустим по всем каналам прямую трансляцию публичной казни с Лобного места. Начнем рубить прямо по списку Батона: фить, фить...
- Друг мой, кого вы надумали удивить публичной казнью? Убийство стало профессией, образом жизни, состоянием души миллионов криминальных граждан и обыденным бытовым явлением для остального мирного населения. Ваша трансляция провалится. Граждане переключатся на сериал "Секретные материалы", поставят кассету с триллером, либо займутся другими видами популярной досуговой деятельности. Мы не можем состязаться в художественном смаковании жестокости с профессионалами, делающими большое искусство и, естественно, с традиционным способом времяпрепровождения. Я имею ввиду ... - тонкие пальцы Роланда щелкнули у подбородка, - возлияния с эффектом белой горячки.
- Ваш скепсис, экселенц, удручает. Явку на бал подтвердили сотни отменных, заслуженных злодеев. В конце концов, в любом деле существует своя элита и свои способы развлечься. К тому же - королева ждет, - Батон кивнул на подавленно молчавшую Маргариту. - После разминки с метлой и здоровой критики Шарля она рвется к настоящей работе.
- Я полагаю, даму следует взбодрить. Поднять боевой тонус, - Роланд обратился к Маргарите. - Кажется, вас заинтересовал мой глобус?
По мановению руки Роланда светящийся шар, ожидавший в углу, приблизился к нему, зависнув на уровне стола. - Хорошая вещица. Дает исчерпывающую и мгновенную информацию по всем интересующим вопросам в географическом разрезе. Вот, например, кусочек земли у кавказского хребта наливается огнем. Там идет война. Если хотите, можете рассмотреть мельчайшие детали.
- Пожалуйста, не надо. От ужасов у меня леденеет сердце, хоть они и далеко.
- Заглянем поближе. Смотрите, дорогая, это уже Москва. Северный округ. Ого! - Роланд слегка отпрянул от увеличившегося изображения.
Стандартная блочная башня в спальном районе еще сочилась черной гарью, пыхтели пожарные машины, кто-то выл и стенал у фургона "Скорой помощи". Чуть поодаль держалась ко всему привыкшая толпа любопытных а перед ней топтался человек с телевизионной камерой на плече. К нему пробилась девушка с микрофоном и, глядя в объектив, скороговоркой отчиталась: "Здесь произошла очередная трагедия из серии внутримафизных конфликтов. Неизвестные взорвали квартиру азербайджанского торговца Начика Надырова, причастного, как полагают, к продаже наркотиков. Вместе с бизнесменом погибли его жена и малолетний ребенок. Пострадали и две соседние квартиры, в которых временно проживали лица кавказской национальности..."
Тут же стали видны эти лица. Весь в копоти и гари, с остервенением смотрел вверх на черный проем в стене парикмахер Хачик. Его семейство, состоящее из едва одетых, воющих женщин, жалось к мужчине. Хачик прижимал к груди завернутую в одеяло дочь, но не чувствовал ни дрожи ее маленького тела, ни боли своих обоженных рук. Страшные вопросы разрывали мозг: зачем? Почему? Кому мстить? Кому доказать, что так нельзя? Проклятые вопросы. Ведь сразу ясно, что ответить на них ни сейчас, ни вообще невозможно, и будут они терзать парикмахера, единственного друга погибшего, до последнего смертного часа.
Камера выхватила крупным планом тускло сверкнувший на груди ребенка медный крестик.
- Это же мой! Кажется, я знаю их... - отпрянула Маргарита. - Когда видишь человека в беде, понимаешь, что он не посторонний, а совсем близкий. У меня в больнице появлялось такое чувство, словно каждого где-то встречала... Нет, я действительно знаю этих людей. Они помогли мне добраться сюда... Пожалуйста, не надо больше, экселенц... - Взмолилась Маргарита, мотая головой. - Трудно научиться отстранять чужую беду.
- Тогда, возможно, поинтересуетесь собственной? - по знаку Роланда многоэтажки уплыли вдаль, а квадратик сельхозугодий на западе от Москвы расширился, превращаясь в рельефную карту. Она стремительно приближалась, как земля к падающему самолету, и Маргарита увидела знакомую цепь озер и брошенные избы на берегу. Одуванчиковый домик стоял покинутый, с пустыми черными окнами. У конуры не сидел пес, не глядел с тоской на тропинку.
- Господи! - прижав руку к груди, Маргарита без сил опустилась на пол. - Максим, Лапа, роман... Ах зачем, зачем я не убила гадов там, у моря!
- Всему свое время. Я лишь снабдил вас информацией. Понимаю, настроение не лучшее, но вы сами затеяли этот бал и теперь извольте соответствовать возложенной на вас миссии! - Роланд поднялся, прислушиваясь. - Скоро полночь, королева. Пора начинать!