"Увы, ты не самурай. Харакири не твое хобби, - сказал себе Максим. Но ты постараешься, очень постараешься не спасовать. Ты будешь достойным любви Маргариты".
Глава 26
Та, о которой думал Максим, лежа на тюфяке в запертой подвальной комнате, стояла в гостиной прадедовской квартиры, кутаясь в длинную накидку из черного блестящего меха. Вместо буфета разинул огнедышащую пасть огромный камин. Возле него расположился в кресле-качалке древнеримской модели Роланд. Протянув ладони к огню, он проделывал странные манипуляции, то ли согревая руки, то ли заклиная огонь.
- Корректирую линии жизни. Пустяковая процедура, но требует регулярности. Людей подводит чаще всего обычная лень, причисленная совсем не зря к смертным греха, - объяснил он, не оборачиваясь к Маргарите. Казалось бы, так просто: заметил, что тебя заносит не в ту, как здесь говорят, степь, и резко меняй направление, выправляй курс. Линии - это уже вторичное.
Пристроившийся у ног Роланда Батон в позе гимназиста из нижнего ряда на коллективном снимке, объяснил:
- Экселенц заботится не о себе. У него-то ладони совершенно гладкие, как полированный мрамор. Но к нам регулярно поступают списки людей с особыми пометками, в соответствии с которыми усилиями шефа врожденный рисунок претерпевает изменения. Судьба, к счастью, управляема в отличие от местной экономики. - Он взял из стоящей рядом вазы очередной персик, самозабвенно засосал мякоть и отправил в огонь косточку. - Чудные фрукты из вашего пакета, королева. Пришлись весьма кстати. У нас тут пост.
Из-за бархатных штор двойной двери выступил Шарль в канареечном бархатном халате с атласной отделкой и великолепными шелковыми бранденбурами. В руке, изящно отставив мизинец, он держал лорнет. Направленные на Маргариту окуляры презрительно сверкали.
- Ну что, душенька, развлеклись? Дворовой метлой по внешности? Простите, я не могу произнести "морде".
- По сусалам, хохоталке, фейсу. Или уж, опять-таки, по харизме, охотно подсказал кот, но Шарль не воспользовался лексическим запасом Батона, продолжая лорнировать Маргариту.
- Моветон, милая! Ну что за манеры, фи! И почему в современных дамах отсутствует чувство стиля? Где кинжалы, отравленные помады, удавки, яд? Шарль грациозно поправил густую шевелюру.
- Это из-за того, что по телевизору все время показывают тампоны, прокладки и средства от пота, - убежденно сформулировал кот. - Так сказать, срывают покровы нежных тайн. Лишают сокровенности.
- Кстати, шуточки с метлой оказались не столь уж безобидными, продолжил Шарль. - Господин Пальцев с травмой глаза и диагнозом буйного помешательства, отправлен в местную больницу. Остальные шокированы. Осинский круто запил, Федул Степанович дал обет воздержания и намерен совершить паломничество в Афонский монастырь. Правда, не из Италии, а из аэропорта города Сухуми, но совершенно босым. Скульптор, проспавший самое интересное, ничего не понял, был спасен пожарниками и на всякий случай отбыл в Бразилию. У него обострилась идиосинкразия к российскому климату.
- Когда же все успело случиться? - удивилась Маргарита, видящая за окном глубокую ночь.
- Уж это не ваши заботы, душенька. И радоваться особо нечему. Пальцев временно нейтрализован, но задуманная им акция не отменяется. Механизм запущен, пружина раскручивается. Интересное дело не остается без поддержки. А страстью к безумствам ваши сограждане не обижены. Вас наверняка учили в школе: "...Безумству храбрых поем мы песню..." Допелись, - развернув тяжелый стул, де Бонннар предложил Маргарите сесть и сам устроился напротив с вазочкой фисташек и серебряными щипчиками. Со стороны кухни донесся оглушительный металлический грохот, словно литавристы ансамбля Александрова разом сомкнули тарелки.
- Завершаются последние приготовления к нашим мероприятиям. Амарелло вошел в раж. Чрезвычайно ответственный сотрудник...- объяснил происхождение шума Шарль. - Так вот, очарование мое, ваш визит оставит глубокое впечатление в сердцах страдальцев известной клиники. Миллион, миллион алых тюльпанов - жутко изящно! Но, милая, вы же стремились стать ведьмой, а изображаете ангела!
- Я не смогла убить мерзавцев там, на вилле. У меня даже не было пистолета, - опустила глаза Маргарита, которой стало казаться, что она провалила порученную ей миссию.
- Вот уж надуманная проблема! - появилась с подносом, на котором лежали квадратики телеграмм, Зелла. - У тебя ж есть зубы, детка. Могла бы просто перекусить ему сонную артерию. - Оскалившись, она склонилась к Шарлю. - Вот так!
Из жилистой шеи на атласные лацканы халата брызнула кровь. Закатив глаза, де Боннар выронил орехи, щипцы и стал сползать на ковер. Маргарита охнула.
- Оставьте... Нашли время для шуток, - Роланд распечатал и пробежал несколько телеграмм. - Приходится иметь дело с весьма консервативным контингентом. Не только перегружают телеграф посланиями, но и экономят на знаках препинания. Ну что это? "рожаю его тчк не могу ебыть тчк да цаствует демократический анализм ваш адик".
- Здесь опечатки: "Провожаю Еву. Не могу прибыть. Да здравствует демократический централизм", - любезно поправила Зелла. - Господин Гитлер полагает, что приглашен на какой-то советский праздник. Дурашка.
Роланд вздохнул:
- Речь, как вы поняли, Маргарита Валдисовна, идет о приглашенных на бал. С каждым разом это невиннейшее празднество обрастает массой неприятных и двусмысленных моментов. Сместились критерии. Возникли разночтения. Первое: кого приглашать? Традиционно к нам являются наиболее отличившиеся, продвинутые и знаменитые представители, выражаясь по-вашему, криминального мира. Но что за детский пикничок, с точки зрения обычного телевизоровладельца, происходил здесь в ночь весеннего полнолуния шесть десятилетий назад!
- Я хорошо помню гостей - мошенники, карточные шулеры, отравители из-за наследства, самоубийцы, тюремщики, палачи, доносчики, изменники, растлители... Была даже некая портниха, позволявшая подглядывать за своими клиентками сквозь дырочку в занавесе! А бедняжка Фрина, задушила ребенка... - откликнулась Маргарита.