Бах! Бах! Бах!
Толстый тролль в подтяжках избивал дубинкой маленького бесенка. Бес подглядывал в замочную скважину другой двери.
- Чертов извращенец! Возвращайся в мусорный бак, если не хочешь, чтобы я уволил твою уродливую задницу!
Еще несколько ударов дубинкой, и бесенок взвизгнул и отпрянул, из его заостренных ушей потекла кровь. Когда бесенок ушел, тролль – очевидно, управляющий – сам заглянул в замочную скважину и усмехнулся.
А потом он тоже исчез.
Кэсси проскользнула внутрь и заглянула в дыру.
Как она и надеялась, это была гримерка. Несколько танцовщиц в облегающих костюмах выходили из другой двери. Кэсси заметила еще одного суккуба с фиолетовой кожей, четырехгрудую демонессу со скромными крыльями летучей мыши и в алом корсете, а также двух человеческих женщин в черных бикини, у которых на лицах красовались вспышки желтых опухолей.
Но Лиссы там не было.
Затем все девушки вышли из комнаты через заднюю дверь.
Черт бы все это побрал!
Неужели Лисса вышла из комнаты до того, как Кэсси заглянула внутрь?
Она выскользнула обратно. Звучная смесь гот- и дэт-метала в оркестре гремела вовсю, а танцпол раскачивался.
- Дом Божий в огне, защити меня, отец Сатана, в Aду я буду твоим рабом! - прохрипел солист.
Кэсси едва могла расслышать собственные мысли над этой адской лирикой. Но теперь танцевальные клетки над сценой были заняты девушками, которых она видела раньше в гримерке.
Еще однa девушка – с белой стрижкой пажа – подошла прямо к Кэсси и обняла ее.
- Давай потанцуем! - сказалa онa.
- Э-э, нет, спасибо, - но когда Кэсси попыталась отстраниться, она почувствовала, как руки неловко мяли ее грудь.
Какого черта?
И тут она поняла, как это могло быть. Девушка хихикнула и отступила назад. Она задрала блузку, демонстрируя человеческие руки, которые распахивались и смыкались, вырастая из того места, где должны были быть ее соски.
Это место – настоящий кошмар!
Но как только Кэсси призналась себе, что Лисса, скорее всего, сегодня не работает, она почувствовала, как кто-то дернул ее за юбку. Это была Тиш, взволнованно указывающая вверх, позади нее.
Две танцевальные клетки, которые Кэсси раньше не замечала, висели позади них, над баром. В одной из клеток знойно танцевала привлекательная рыжеволосая женщина с раздутым от слоновой болезни лицом.
В другой танцевала Лисса.
Длинная блестящая черно-белая полоса расплылась перед ее лицом. Она танцевала под мрачные волны музыки, все еще одетая так же, как в последний вечер, когда Кэсси видела ее живой: черные бархатные перчатки, короткая черная юбка с кринолином и кружевная черная блузка.
Это она. Она действительно здесь...
- Ты видишь ее! - крикнула Ви с другой стороны бара.
Кэсси кивнула.
Но теперь… Как мне добраться до нее? Маленький люк в стене вел к выходу из клетки, и Кэсси могла только догадываться, где он находится. Где-то сзади, вместе с вооруженным дубинкой троллем. Стоит ли ей рисковать?
Но уже через секунду она поняла, что выбора у нее нет.
Лисса перестала танцевать. Она смотрела вниз сквозь прутья клетки, прямо на Кэсси.
- Лисса! Не убегай! Я просто хочу поговорить с тобой! - Кэсси изо всех сил старалась перекричать музыку.
Слишком поздно. Лисса уже выбралась из клетки и уползла в люк.
Надо ее остановить! Кэсси знала это. Она протиснулась сквозь танцующую толпу, захлопнула заднюю дверь и дверь в гримерную. В дальнем конце был открытый дверной проем рядом с лестницей на стене, а сразу за ним – четвертая дверь с надписью "Выход".
Лисса спускалась по лестнице, ее лицо исказилось от ужаса, когда она увидела Кэсси.
- Лисса! Пожалуйста! Прости меня!
Кэсси уже собиралась подбежать к ней, но тяжелая чешуйчатая рука схватила ее сзади за волосы. Все ее дыхание выскользнуло из груди, когда она повернулась, чтобы посмотреть в изможденное лицо тролля.
Нечеловеческий голос булькнул:
- О, это будет сладко! У меня тут маленькая человеческая сучка пытается кого-то похитить!
- Я не пыталась похитить! - взмолилась Кэсси. - Мне просто нужно поговорить с моей... - и тут ее голос прервался, когда когтистая рука схватила ее за горло и сжала.
Бледно-зеленые глаза блеснули в ответ убийственной похотью. Другая чешуйчатая рука подняла дубинку.
- Посмотрим, как быстро я превращу твои мозги в пудинг...
Ее страх был подобен удару током; она не могла дышать. Но когда дубинка поднялась выше для первого удара по ее голове, другое чувство поднялось из ее сердца.
Гнев.
Внезапно комната словно залилась искрящимся светом. Тролль в изумлении отпустил ее и попятился, а дубинка со стуком упала на пол. Лицо Кэсси вспыхнуло при виде этого существа, и когда она закричала:
- ОСТАВЬ МЕНЯ B ПОКОЕ!
Голова тролля взорвалась.
Кэсси откинулась назад; странные искорки исчезли. Ее глаза расширились при виде корчащегося в конвульсиях трупа на полу и медленно стекающего по стене гуляша из мозгов.
Что, черт возьми, только что произошло?!!
Сейчас не было времени разбираться в этом. Ее внимание вернулось. Лисса!
Но, когда она обернулась, сестры уже не было.
И выходная дверь только что захлопнулась.
Горячий поцелуй окутал Билла Хейдона облаком неистового блаженства. Слюна с языка его таинственной новой возлюбленной таяла во рту, как опиумный дым. Он вдыхал ее запах и просто уплывал в теплую роскошную темноту своей спальни. Когда он вернулся в постель, потрясенный жуткой галлюцинацией безгрудой ухмыляющейся Лиссы, он обернулся и увидел странную фигуру в постели рядом с ним.
Первоначальный шок почти остановил его и без того больное сердце. Фигура наклонилась, осторожно стянула с него футболку, затем провела руками по его обнаженной груди. Это ощущение привело его в восторг.
Когда его глаза вновь привыкли к темноте, он увидел, кто это был.
Миссис Коннер, экономка.
Ее нагота доказывала то, что он уже подозревал. Она была крепкой, привлекательной женщиной с высокой полной грудью, которая с возрастом не опустилась.
Любое подобие логики ускользало от него, и если бы он был способен хоть немного логически мыслить, ему бы пришло в голову, насколько это неправильно. Стальной капкан его адвокатского чутья должен был помнить, что миссис Коннер – необразованная служащая, необразованная горянка. Суду будет все равно, что она пробралась в постель Билла по собственной воле. Завтра она будет кричать, что ее изнасиловали; она может подать на него в суд за миллионы. И ни одно захолустное жюри присяжных никогда не встанет на сторону адвоката из большого города в деле об изнасиловании или сексуального домогательства, когда истец былa одной из них.
Ему и в голову не пришло положить этому конец прямо сейчас.
Вместо этого он лежал там, его глаза впитывали ее естественную обнаженную красоту, это желание в ее глазах, эту похотливую потребность работающей женщины.
Билл просто позволил ей это сделать.
Он должен удовлетворить некоторые из его собственных потребностей, которые он игнорировал в течение длительного времени.
Она не произнесла ни слова; горячая улыбка на ее лице сказала достаточно. Она целовала его с жаром, ее губы разделяли его дыхание, посасывая его язык. Его руки скользнули по ее обнаженной спине и притянули ее ближе, а когда ее груди прижались к его груди, он застонал ей в рот.
Ее горячая рука скользнула вниз, и в этот момент все шансы на сопротивление со стороны Билла улетучились. Ее собственная настойчивость была очевидна; он слышал это в ее дыхании, видел это в блеске ее глаз.
Затем она встала, положила колено ему на бедро и оседлала его...
Когда Кэсси хлопнула дверью, она оказалась в узком кирпичном переулке, который провонял самыми адскими запахами. Огонь лизал железные решетки на тротуаре. Сначала она слышала только потрескивание пламени, но потом...
Резкие, быстрые шаги.
Кэсси прищурилась сквозь дым и увидела вдалеке свою сестру, бегущую по аллее.
- Лисса! – взревела Кэсси во всю мощь своих легких и бросилась в погоню.
Шныряющие бафо-тараканы хрустели под ее ногами, как орехи. После еще одного рывка она поскользнулась на какой-то слизи и упала, ее лицо приземлилось в нескольких дюймах от одной из железных решеток в тротуаре.
Еще одно лицо смотрело на нее.
- Помоги мне! - умоляло оно из пламени.
Но Кэсси не могла. Что она могла сделать? Она с трудом поднялась с ободранных колен и вернулась к своей погоне.
- Давай, девочка! - радостно крикнула отрубленная голова с того места, где ее оставили.
Когда Кэсси побежала дальше, из дыма появилось препятствие: юный городской бесенок, очевидно, пристрастившийся к "запу". Существо билось в конвульсиях там, где лежало, скуля, его неуклюжие лапы манипулировали длинной иглой для подкожных инъекций. Кэсси перескочила через существо, как раз когда оно вставило иглу в ноздрю, вводя наркотик глубоко в мозг.
Впереди Лисса добежала до конца переулка и свернула.
- Лисса! Пожалуйста, вернись! - крикнула Кэсси.
Она поскользнулась на еще более мерзкой слизи, а затем случайно наступила на полтер-крысу, когда побежала дальше. Грызун взвизгнул, вывалив внутренности из клыкастой пасти, когда Кэсси ударила его ногой. Когда она добежала к концу переулка, то услышала еще шаги позади себя: Ви и Тиш.
Переулок переходил в перекресток, сверкающий от фосфоресцирующих уличных фонарей. Мефитовый туман рассеял странный желтый свет. Ha выступe здания на другой стороне улицы собрались несколько горгулий, уставившись на нее, а затем она вздрогнула от неожиданности, когда разлагающийся человек, ухаживающий за грилем продавца, рявкнул:
- Тащи свою задницу прямо сюда за обжигающими горячими Манбургерами! Два кусочка, дорогуша! Лучшие Манбургеры на площади!
Она украдкой бросила быстрый взгляд на странные пирожки, шипящие на гриле.