— Полагаю, это справедливо. У меня дар отталкивать.
Я фыркнула и покачала головой.
— Только не брюнетку, которая сидит передо мной на уроке, — пробурчала я.
— А что насчет нее?
Я тут же пожалела, что упомянула о ней.
— Кажется, она очень... — В голове всплыла картинка, как два дня назад она сфотографировала его, закатывающего рукава перед лекцией, с подписью: Ожерелье из рук профессора [эмодзи языка]. — Наблюдательная во время лекций. — Я осмелилась взглянуть на него и увидела, что он смотрит в пол, нахмурившись, руки засунуты в карманы, рукава закатаны по тем изящным предплечьям, которые она запечатлела на своей фотографии. —Она симпатичная, — добавила я, оценивая его реакцию. — Похоже, она в вашем вкусе.
Вдалеке мелькнули фары автобуса, подъезжающего к моей остановке.
— Вряд ли. У меня нет определенного типажа, особенно когда речь идет о моих студентках.
— Она будет очень разочарована, я уверена. — В этот момент я уже не знала, говорю ли я о девушке. — При других обстоятельствах она могла бы стать идеальной парой.
— При других обстоятельствах... — Пауза в его словах вызвала усиленное биение сердца, которое заглушило мое собственное, когда я увидела, как на его губах играет легкая улыбка. На мгновение я застыла в нерешительности. — Возможно, я бы преследовал вас.
Я нервно вздохнула. Я схватилась за ремень сумки, пытаясь сохранить самообладание, и сглотнула, преодолевая сухость в горле.
— А я могла бы вам позволить. — Автобус затормозил, абсолютно убив момент. Если это можно было считать моментом. — Спокойной ночи, профессор.
— Спокойной ночи, мисс Веспертин.