Как и Чжан, Линь была опытнее многих молодых студентов. Она работала пропагандистом у коммунистов вскоре после их прихода к власти в 1949 году. В то время она поддерживала их жестокую политику и участвовала в кампаниях по земельной реформе, в ходе которой были убиты сотни тысяч, если не миллионы, владельцев собственности. Но со временем она начала понимать, что коммунисты строят не утопию, а жестко контролируемое авторитарное государство. В докоммунистическом Китае она училась в методистской школе для девочек. Теперь она вернулась к своей вере и начала экспериментировать с искусством, чтобы выразить свою независимость от партии. Когда ее друзей арестовали, она написала стихотворение, в котором заявила:
Сила правды
никогда не лжет
высокомерный воздух
хранителей истины.
Позже Лин написал 240-строчное стихотворение под названием "Чайка" и распространил его среди друзей. Одной из подруг была сестра одного из членов группы студентов Тяньшуй. Женщина отправила копию поэмы по почте изгнанным студентам. Группа была в восторге от смелых образов и откровенно политического послания Лина. В поэме рассказывается о корабле, перевозящем закованных в цепи заключенных. Их преступление: они стремятся к свободе.
Свобода, - кричу я внутри себя, - свобода!
Мысль о вас наполняет мое сердце тоской,
как задыхающийся человек, хватающий ртом воздух,
как умирающий от жажды человек, стремящийся к источнику.
Чжан решил, что должен встретиться с автором. После ареста в Пекине Лин была освобождена, так как ее хронический туберкулез обострился, и она начала отхаркивать кровь. Она вернулась в свой родной город Сучжоу на восточном побережье Китая. За ней сразу же установили тщательное наблюдение. Но Чжан снова пошел на огромный риск: по поддельным документам он проехал несколько дней на поезде, а затем договорился о встрече с ней. Лин убеждала Чжана не печатать ее стихотворение, считая это риском для группы и для всех, кто его прочтет.
Но затем Чжан прочитал второе стихотворение Лина, 368-строчное произведение под названием "День страстей Прометея". В нем использованы христоподобные мотивы, которые отражают углубляющуюся христианскую веру Лина. В стихотворении рассказывается о встрече Зевса и Прометея, прикованного к скале за то, что он подарил людям огонь. Зевс объясняет, что его наказание необходимо, потому что у людей никогда не должно быть такого важного инструмента.
Но ты должен знать, Прометей,
для смертных, мы не хотим оставить даже искры.
Огонь предназначен для богов, для благовоний и жертвоприношений,
Как плебеи могут использовать его для обогрева или освещения в темноте?
Чжан убедил Линь разрешить им опубликовать стихотворение и решил поместить его в первый номер их нового журнала. Студенты из Пекина также передали ему материалы о том, как югославские коммунисты пробовали гибридную форму социализма, допускавшую стимулы капиталистического типа (то, что коммунистическая партия официально примет двадцать лет спустя). Чжан решил добавить этот материал в первый номер, а также эссе, написанные им самим и другими членами группы. Журналу требовалось название. Они быстро остановились на "Искре", взяв за основу идиоматическое выражение xinghuo liaoyuan, или "одна искра может разжечь пожар в прерии". Мао использовал его в одном из своих эссе, что сделало его широко известным.
Двум членам группы, студенту-физику Мяо Цинцзю и студенту-химику Сян Чэнцзяню, было поручено напечатать этот номер. Их направили работать на завод по производству серной кислоты в западном пригороде Вушань. На заводе имелся старый мимеограф, к которому они могли иногда обращаться. Кроме того, они должны были выращивать бактерии, используемые для производства удобрений, а для этого требовалось изолированное помещение. Это позволило им запереться в комнате с мимеографом, утверждая, что они производят бактерии.
В январе 1960 года они провели восемь ночей, вырезая таблички вручную - ни наборного, ни другого оборудования не было. Однако процесс шел слишком медленно. В конце концов Мяо и Сян должны были открыть свой офис, что поставило бы под угрозу предприятие. Как всегда, Чжан нашел решение. В его тракторном сарае лежал старый мотор. Он отдал его Мяо и Сяну, которые продали его своей фабрике по дешевке. На вырученные деньги они купили подержанный мимеограф. Группа хранила его в доме Гу Яня, аспиранта-физика, который жил неподалеку от Чжана. Он же вырезал эссе на барабанах этого аппарата и нарисовал логотип журнала - факел с вырывающимся вверх пламенем. Они разошлись тиражом в тридцать экземпляров. Spark родился.
Всего восемь страниц, написанных от руки, без фотографий и графики, Spark был примитивным. Но он был наполнен статьями, которые проникали в самое сердце китайской проблемы - тогда и сейчас. Главная статья на первой странице, написанная Гу Янем, задала тон. Под названием "Отбросьте фантазии и приготовьтесь к борьбе!" она задавала вопросы, которые задавались снова и снова на протяжении десятилетий:
Почему некогда прогрессивная коммунистическая партия менее чем через десять лет после прихода к власти стала такой коррумпированной и реакционной, вызывая жалобы и восстания внутри страны и попадая в неловкое положение за рубежом? Все дело в том, что мир народа рассматривается как его частная собственность, а всеми делами управляют члены партии.
Одна из ключевых проблем была связана с "поклонением идолам" - имеется в виду культ личности, окружавший Мао Цзэдуна. Но он также указал на более широкие проблемы, такие как неограниченные полномочия государства: "политические олигархи высокомерны и извращены. Если такая диктатура настаивает на том, чтобы называть себя социализмом, то это должно быть разновидностью национал-социализма, монополизированного политической олигополией. Он того же типа, что и нацистский национал-социализм, и не имеет ничего общего с настоящим социализмом".
Рассказывая о голоде, Чжан Чуньюань написал эссе под простым названием "Продовольствие имеет значение". Он обвинил Коммунистическую партию Китая в эксплуатации крестьян: "Сегодняшний правитель, как и любой другой правитель в истории, использовал крестьянскую революцию, чтобы взойти на площадь Тяньаньмэнь и взойти на трон". После этого новые правители Китая растоптали крестьян, оставив их не лучше крепостных. В другом очерке он указывает на отсутствие собственности на землю как на ключевую проблему, с которой сталкиваются крестьяне.
Эти вопросы по-прежнему удивительно актуальны. Даже сегодня фермеры не владеют своей землей, что затрудняет объединение сельскохозяйственных участков. Они также не могут закладывать землю для финансирования благоустройства или побочных предприятий. В основном они зависят от прихоти чиновников, которые могут конфисковать их землю, заставить их переехать в города или выращивать определенные продукты, которые считаются экономически важными.
Через несколько месяцев студенты встретились снова и решили сделать Spark регулярным изданием. Цель состояла в том, чтобы рассылать ее высокопоставленным чиновникам в пяти крупных городах - Пекине, Шанхае, Ухане, Гуанчжоу и Сиане, - где у студентов были контакты. Они начали писать новые эссе, в том числе "О народных коммунах" Чжана Чуньюаня, в котором рассказывалось о том, как фермеры теряют свою собственность, и "Письмо к народу" Сяна Чэнцзяня, в котором он разоблачал высших руководителей.
Когда миллионы, десятки миллионов крестьян умирают от голода на своих кроватях, в поездах, на железной дороге, на дне канавы, когда сотни миллионов (400 миллионов) людей умирают от голода, когда остальные 200 миллионов - полуголодные. Насытившись, эти животные, которые "всей душой" служат народу и являются "слугами народа", могут купить любые закуски, печенье, конфеты ..... Они пировали и уходили (кто бы посмел попросить у них талоны на питание), а как только приходили, подавали еду.
Сян продолжил в том же духе, указав на моральный релятивизм высших руководителей Китая. За несколько десятилетий до того, как личный врач Мао потряс мир своими рассказами о сексе Мао с молодыми женщинами, Сян указал на лицемерие пожилых мужчин, возглавлявших Китай. Призывая к стойкости и верности, они вступали в отношения с молодыми женщинами, отбрасывая своих жен, которые страдали вместе с ними во время борьбы за революцию. Хуже того, во время антиправославной кампании всплыла информация о том, что многие чиновники свободно брали себе дочерей и жен из преследуемых семей.
В этот выпуск также вошла "Чайка" Линь Чжао. Она была выгравирована на цилиндрах в дополнение к статье Чжана "О народных коммунах". Пока они разбирались с логистикой гравировки и последующего распространения нового номера, они разослали 300 экземпляров статьи Чжана, поскольку она была важна для анализа основных причин голода. Идея заключалась в том, чтобы сначала разослать эту статью, а затем выпустить полный номер.
По мере приближения к выходу второго номера группа начала обсуждать, что делать дальше. Они решили, что им нужна какая-то организация и способы распространить свой призыв за пределы узкой группы студентов в изгнании. Они сразу поняли, кого нужно нанять: дальновидного чиновника по имени Ду Инхуа.
Ушань находится примерно в 100 километрах к западу от Тяньшуй на краю Лёссового плато. Здесь развито сельское хозяйство, которое полностью зависит от осадков. Неудивительно, что в этой местности много народных религиозных храмов, посвященных Царю Драконов - божеству, управляющему водами.