Холли поражена этим сравнением и задумывается, не была ли Шарлотта для неё тем самым камнем в ботинке. Она вспоминает Дэниела Хейли, вора, которого не было, и решает, что это было нечто большее.
- Мисс Гибни? Холли? Вы еще здесь или витаете в облаках? - Кейша улыбается.
- Да, наверное. Был ли у нее запас наличности, как думаете? Спрашиваю, потому что по ее кредитной карте не было никаких операций.
- Бонни? Нет. То, что она не тратила, уходило в банк, и, кажется, у нее было несколько инвестиций. Ей нравился фондовый рынок, но она не была азартным игроком.
- Она не держала у вас какой-нибудь одежды? Которой теперь нет?
Глаза Кейши сузились.
- О чем именно вы спрашиваете?
Холли, как правило, человек стеснительный, но всё меняется, когда она расследует дело.
- Буду пряма. Я спрашиваю, не прикрываете ли вы ее. Вы ее лучшая подруга, вы ей преданы, и думаю, что вы бы это сделали, если бы она попросила.
- Как-то обидно, - говорит Кейша.
Холли, которая из-за ковида стала чураться прикосновений, кладет руку на руку молодой женщины, даже не задумываясь.
- Иногда по работе мне приходится задавать неприятные вопросы. Возможно, у Пенни и Бонни были неидеальные отношения, но эта женщина платит мне за то, чтобы я нашла ее дочь, потому что она уже почти сошла с ума.
- Хорошо, я поняла. Нет, Бон не хранила у меня дома никакой одежды. Нет, у нее не было тайника с деньгами. Нет, Мэтт Конрой ее не похищал. Он тоже расспрашивал всех — университетский отдел по трудоустройству, службу безопасности кампуса, завсегдатаев библиотеки. Он выполнил свои обязанности, надо отдать ему должное. Записка, которую она якобы оставила? Чушь собачья. А оставить велосипед? Она обожала его. Копила на него. Я говорю вам, кто-то преследовал ее, схватил, изнасиловал и убил. Мою милую Бонни.
На этот раз слезы текут, и она опускает голову.
- А ее парень? Том Хиггинс. Знаете что-нибудь о нем?
Кейша издает жесткий смешок и поднимает глаза.
- Бывший парень. Тряпка. Неудачник. Обкуренный. Хоть в этом мать Бонни была права. Определенно не тип похитителя. Не представляю, что Бон нашла в нем. - Потом она повторяет слова Пенни. - Должно быть, дело было только в сексе.
Холли снова возвращается к мысли, что ее кто-то преследовал. Это кажется всё более и более вероятным, что означает, что это не было спонтанное, импульсивное преступление. Значит, Холли снова должна просмотреть записи с камер в магазине "Джет Март" и очень внимательно. Но лучше подождать до завтра, когда ее глаза и разум будут свежи. Этот день был долгим.
- Вы давно работаете частным детективом?
- Несколько лет, - отвечает Холли.
- Это интересно?
- Думаю, да. Конечно, бывают скучные периоды.
- А бывает опасно?
Холли вспоминает о пещере в Техасе. И о том, что притворялось человеком, падающим в шахту лифта с ослабевающим криком74.
- Не так уж часто.
- Мне это интересно, вы ведь женщина и всё такое. Как вы стали детективом? Вы служили в полиции? Вы не похожи на типичного копа.
Снова звон брошенной подковы, а затем - вопли восторга. Дети в зале теперь поют "Сегодня вечером" из "Вестсайдской истории". Их юные голоса взмывают ввысь.
- Я никогда не служила в полиции, - говорит Холли. - Что касается того, как я стала заниматься этим... это тоже сложная история.
- Что ж, надеюсь, у вас все получится. Я люблю Бонни, как сестру, и надеюсь, что вы узнаете, что с ней стряслось. Но я не могу избавиться от чувства горечи. У Бонни обеспеченная мама с непыльной работой в банке. Она может позволить себе платить вам. Неправильно такое чувствовать, я знаю, но ничего не могу с собой поделать.
Холли могла бы сказать Кейше, что Пенни Даль, скорее всего, не так богата, как кажется, из-за ковида ее уволили, и хотя она все еще получает чеки от Норбанка, это никак не полный оклад. Она могла бы сказать всё это, но не делает. Вместо этого она делает то, что у нее получается лучше всего: не сводит глаз с лица Кейши. Эти глаза говорят "расскажи мне больше". И Кейша рассказывает, и в своем расстройстве или злобе, или и том, и другом, она теряет часть своего осторожного стиля общения с белой леди. Не много, но все-таки.
- Как вы думаете, что есть у мамы Малика Даттона? Она работает в прачечной "Адамс" в центре города. Муж ее бросил. У нее две дочери-близняшки, которые скоро пойдут в среднюю школу, и им нужна одежда. И школьные принадлежности тоже. Ее старший сын работает в "Мидас Маффлер" и помогает, как может. А потом она теряет Малика. Застрелен в голову, мозги разлетелись по его упаковке с обедом. А вы знаете поговорку о том, что большое жюри предъявит обвинение сэндвичу с ветчиной, если прокурор их хорошенько попросит? Они ведь не предъявили обвинения полицейскому, который застрелил Малика, верно? Я думаю, он был просто арахисовым маслом и желе.
Нет, но его уволили с работы. Холли этого тоже не говорит, потому что этого было бы недостаточно для Лакейши Стоун. И недостаточно для самой Холли. И, к чести Изабель Джейнс, для нее тоже этого было недостаточно. А что с полицейским? Вероятно, работает в службе безопасности или, возможно, пристроился в тюрьму штата, охраняя камеры, а не грея нары.
Кейша сжимает кулак и тихонько ударяет по покрытой шрамами поверхности столика для пикника.
- Гражданского иска тоже нет. Нет денег на него. У черных нет средств на хорошего адвоката. Старая история.
- Слишком старая, - пробормотала Холли.
Кейша встряхивает головой, как бы очищая ее.
- Что касается поиска Бонни, идите с Божьей любовью и моими добрыми пожеланиями. Я говорю это от всего сердца. Найдите того, кто это сделал, и... вы носите пистолет, Холли?
- Иногда. Когда приходится. - Это револьвер Билла. - Не сегодня.
- Ну, если вы его найдете, всадите в него пулю. Прямо в его сраные яйца, простите за мой французский. А что касается Малика? Никто не ищет для него справедливости. И для Эллен Краслоу тоже. Да и зачем? Просто черные.
Холли мысленно возвращается на стоянку у "Дэри Уип", где она разговаривала с теми парнями. Лидер, Томми Эдисон, был рыжеволосым и белым, как ванильное мороженое, но то, что он сказал тогда, и то, что сказала Кейша только что, - это голоса в двухголосии.
«Хотите знать, чья мать обеспокоена? Мать Стинки. Она наполовину сумасшедшая, а копы ничего не делают, потому что она алкашка».
Она вспоминает о Билле Ходжесе, который однажды сидел с ней на ступеньках своего маленького домика. О Билле, говорящем: «Иногда Вселенная бросает тебе веревку. Если это происходит, взбирайся по ней. Посмотри, что там наверху».
- Кто такая Эллен Краслоу, Кейша?
3
Холли закуривает сигарету, как только возвращается к машине. Она затягивается (первый затяжка всегда самая лучшая), выдыхает дым в открытое окно и достает телефон из кармана. Она перематывает запись на последнюю часть разговора с Кейшей, ту, где они говорили про Эллен Краслоу, и прослушивает ее дважды. Может быть, Джером был прав насчет серийных убийств. Не надо делать поспешных, преждевременных выводов, но какая-то закономерность имеется. Только это не пол, не возраст и не цвет кожи. Это местоположение. Дирфилд-парк, колледж Белла, возможно, и то, и другое.
Эллен Краслоу работала уборщицей в двух местах: в здании факультета естественных наук и в кафе в подвальном этаже Белл-колледжа. Кафе "Колокольня" находится в «Мемориал Юнион», центральном месте, где обычно собираются студенты, когда они не на занятиях. Библиотечная тусовка Кейши собирается там во время перерывов на кофе, на обеденных перерывах и просто попить пива после рабочего дня. Это вполне логично, потому что библиотека Рейнольдса находится неподалеку, и до нее можно быстро дойти в те зимние дни, когда снег и ветер завывают с озера.
По словам Кейши, Эллен была яркой, общительной, вероятно, лесбиянкой, хотя и не имевшей партнера, по крайней мере, на тот момент. Кейша однажды спросила Эллен, думала ли та о посещении занятий, но Эллен ответила, что ей это неинтересно.
- Она сказала, что сама жизнь - это ее комната для занятий, - говорит Кейша с телефона Холли. - Я помню это. Она сказала это, как будто шутила, но и не совсем. Понимаете, о чем я?
Холли ответила, что да.
- Она была счастлива в своем маленьком трейлере в трейлерном парке на окраине Лоутауна, говорила, что он ее вполне устраивает, и была счастлива на своей работе. Она сказала, что у нее есть все, что может пожелать девушка из округа Бибб, штат Джорджия.
Кейша часто видела, как Эллен подметает в «Колокольне», полирует полы в холле Дэвисон-Аудиториума, меняет лампочки, наполняет диспенсеры для бумажных полотенец и оттирает граффити с кабинок в женском туалете. Если Кейша была одна, то она всегда останавливалась, чтобы побеседовать с Эллен, а если вся библиотечная тусовка собиралась вместе, они всегда находили для нее место в разговоре, если она не работала или не была слишком занята. Не то чтобы Элен тусовалась с ними, но она с удовольствием присоединялась к ним, чтобы немного поговорить или быстро выпить чашечку кофе. Кейша вспомнила, как однажды они дискутировали о спектакле "Нет выхода", который в Дэвисоне поставил театральный клуб, и Эллен сказала с преувеличенным джорджийским акцентом: "Ах, к черту это экзистенциальное дерьмо. Это жизнь, какой мы ее знаем, мои друзья".
- Сколько ей было лет? - слышится вопрос Холли с телефона.
- Может быть... тридцать? Двадцать восемь? Старше большинства из нас, но не намного. Она вполне вписывалась в компанию.
И вот однажды она исчезла. Через неделю Кейша решила, что Эллен, должно быть, в отпуске.
- Я не думала много о ней, - смущенно говорит Кейша на записи. - Она была у меня на радаре, но в стороне, на краю экрана, если вы понимаете, о чем я.
- Не подруга, просто знакомая.
- Верно. - В голосе звучит облегчение.