Мэл время от времени тренировалась, но недостаточно, чтобы это могло объяснить её подтянутое тело. Вместо этого, если подсчитать, вероятно, хорошие гены объясняли бóльшую часть этой превосходной физической формы. Но что касается её психологического склада, то эти хорошие гены промахнулись. Но об этом, пожалуй, позже.
- Ты отвратительный мелкий придурок, - сказала она своему клиенту.
Он был похож на бухгалтера и, вероятно, им был, лысеющий, тощий, с длинной гиковской шеей и торчащим кадыком, и выглядел он нелепо, весь связанный с головы до ног в чёрном резиновом костюме, в то время как костюм был привязан ремнями к столу. Единственная плоть его тела, которая была видна, это его гениталии, торчащие из отверстия в резине.
- Помилуйте, - сказала Мэл, ухмыляясь. - Это похоже на пенис, только намного меньше. Как маленький детский пенис. Чёрт, у ребёнка моей сестры был член больше, чем у тебя, в тот день, когда он, блять, родился, бесполезное ты маленькое дерьмо!
Клиент как бы вибрировал в облегающем резиновом костюме. Общаться было трудно, потому что на нём была очень странная чёрная резиновая маска, которая полностью закрывала его голову. Его глаза закрывались двумя чёрными клапанами, а вокруг рта к маске была прикреплена чёрная пластиковая трубка (шириной с втулку от туалетной бумаги). Она торчала наподобие трубки акваланга. Затем она...
Хлоп!
С силой прижала раскрытую ладонь к его обнажённым яичкам. Стон, исходивший из ротовой трубки, был бесценен и звучал лишь отчасти по-человечески. Клиент вздрогнул на столе.
- Ух ты, у тебя действительно ебанутая голова, - прокомментировала она, глядя на пах мужчины. Его пенис стал полностью эрегированным. - Я шлёпаю тебя по яйцам изо всех сил, а у тебя случается стояк. Что, чёрт возьми, с тобой не так? Твой папа, должно быть, уронил тебя на голову, когда ты был маленьким? Испортил тебе мозг, - затем она снова...
Хлоп!
Шлёпнула его по яйцам, если уж на то пошло, сильнее, чем в первый раз. Теперь он почти трясся на столе, и на этот раз его стон звучал как коровье мычание.
- Мне придётся это записать и использовать в качестве рингтона, - сказала она. - И ты не мог бы посмотреть на это? - она сделала несколько шлепков по его члену. - Теперь, блять, он ещё твёрже, ублюдок. Ну, тогда, чёрт возьми, пора начинать эту вечеринку неудачников, - а затем она выплеснула немного детского масла на его эрекцию и начала дрочить. - Тебе это нравится, ублюдок? Хм-м-м? Да, держу пари, нравится. Посмотрим, годится ли на что-нибудь этот микропенис, жалкий ты придурок. Держу пари, ты думаешь о своём папочке, о том, когда ты был ребёнком, и твой папа дрочил тебе в рот три раза в день, потому что он был настолько беден, что даже не мог позволить себе детское питание!
Упоминание детского питания всегда делало это. Клиент извивался в костюме, эякулируя многочисленными струями себе на грудь. Когда судороги закончились...
Хлоп!
Она ещё раз сильно шлёпнула его по яйцам.
- Неудивительно, что ты не женат, - заметила она. - Ты не продержался и десяти секунд. Но это всё к лучшему, я полагаю. Больному, жалкому неудачнику вроде тебя нельзя позволять размножаться. В этом мире и так достаточно бесполезных извращенцев. Нам здесь точно больше таких не нужно, - она посмотрела на часы.
"Слава богу, почти закончилось".
- Пора ням-ням, малыш, - проворковала она. Пластиковой ложечкой она зачерпнула сперму с его груди и каждую ложку вылила в пластиковую трубку. - А ты лучше проглоти, сука, а то случится вот что, - и она прикрыла ладонью отверстие трубки, перекрывая ему воздух. - Давай, глотай, как хороший мальчик.
Он дёргался на месте, хныкая, не в силах дышать.
- Глотай!
Потом этот большой кадык двинулся под резину, и она убрала руку.
- Хороший, хороший мальчик! Каков вкус твоей собственной спермы, ты, маленькая рвота? И не волнуйся, мы ещё не закончили, - она притащила пластиковую миску для хлопьев, только хлопьев в ней не было. - Мы должны быть уверены, что клиент не зря потратил свои деньги, не так ли?
В миске было с полдюжины использованных презервативов, которые другие девушки в салоне с радостью предоставили.
Она переворачивала каждый вверх дном и опорожняла их в ротовую трубку. Но когда она заглянула внутрь, то увидела там кучу перламутровых помоев. Сначала она схватила его кадык и сжала так сильно, что его зад оторвался от стола.
- Ты высосишь это дерьмо и проглотишь его, ублюдок, - затем она снова прижала ладонь к горлышку трубки, - или я сделаю миру большую услугу и просто УБЬЮ тебя прямо здесь и сейчас! Ты меня слышишь, малыш? Такое дерьмо, как ты, не заслуживает жизни! Теперь глотай!
Теперь он дрожал на столе и издавал какие-то пронзительные, очень тревожные горловые звуки. Она услышала глоток и улыбнулась, представив, как вся эта грязная сперма стекает в желудок ублюдка, но она ещё некоторое время держала руку на трубке.
"Осторожно, осторожно. Я не хочу избавляться от тела сегодня вечером..."
В своё время она избавилась от некоторых, но это уже другая история. Он захрипел, как от сквозной раны в груди, когда она убрала руку с трубки, но прежде, чем он смог восстановить дыхание...
Она набрала внушительный комок мокроты и выплюнула его в трубку.
- Это на десерт, - она сняла повязку с его маски и помахала рукой на прощание. - Увидимся на следующей неделе, - она повернулась, чтобы уйти, но потом...
Хлоп!
В последний раз ударила раскрытой ладонью по его яйцам. Он зашипел, как одна из тех змей, у которых есть погремушки.
- Обманула тебя! - она хихикнула и вышла.
"Просто дать ему то, за что он заплатил, - подумала она. - БОЛЬНОЙ ДЕБИЛ".
В комнате отдыха Савва сидела, закинув одну ногу под себя; она делала дыхательную гимнастику.
- Как твои дела?
- О, потрясающе, самый простой клиент, который у меня когда-либо был, и он платит пятьсот каждый раз. Я едва пачкаю руки, и это довольно весело - кормить его задницу большим количеством спермы других парней. И каждый раз, когда я пинаю его по яйцам, он становится жёстче. Я просто не понимаю.
- Я тоже, милая. Мужчины просто конченые существа. Как мой следующий.
- Кто? - спросила Мэл.
- "Дерьмовый парень". Платит мне три штуки, чтобы я посрала на его член, пока он дрочит.
Мэл вздрогнула.
- Вот это реальное дерьмо.
Савва усмехнулась.
- Ну, а я что говорю? И он чем-то похож на старого премьер-министра.
- Хотела бы я, чтобы этот древний обломок метеорита когда-нибудь пришёл сюда.
Савва указала на комнату, которую только что покинула Мэл.
- Ты не собираешься дать ему подняться?
- О, нет, я всегда жду десять или пятнадцать минут. Даю этому ублюдку время попотеть.
- Ты ещё его и придушила?
- О, чёрт, да. Один раз он даже кончил, ты можешь в это поверить? Я делаю всё, что он хочет, ну, почти всё. Он всё умоляет меня помочиться в дыхательную трубку...
- О, я бы с удовольствием это сделала! - воскликнула Савва.
- Да, ну, с таким дерьмом надо быть осторожнее. Если он не проглотит мочу достаточно быстро, ублюдок может захлебнуться, - Мэл задумчиво улыбнулась. - Ты можешь себе это представить? Утопить чувака в его собственной моче?
- Я промокну, просто думая об этом. Обо всех этих грёбаных придурках. Они просто полное дерьмо.
Банки, вышибала ростом шесть футов девять дюймов, просунул голову и похлопал по стене.
- Мэл? Телефонный звонок, крошка.
Мэл встала.
- Наверное, это тот офис-менеджер из Хайгейта. Его дочь погибла в автокатастрофе в прошлом году, и он платит мне, чтобы я одевалась и притворялась мёртвой, пока он меня трахает.
Савва лишь покачала головой.
- Как я только что сказала тебе, они все просто полное дерьмо...
Мэл проскользнула в кабинет. Банки сидел за столом, раздвинув большие ноги. Он был в потрёпанном костюме и галстуке, но выглядел, как высококлассный гангстер. Он швырнул телефон через стол, и Мэл подняла трубку.
- Мэл слушает.
В одно мгновение её глаза расширились, и она выпрямилась, почти как солдат, выстроившийся в положение смирно.
- Понятно, - сказала она.
Пауза.
- Да, - сказала она.
Ещё одна пауза.
- Да, сэр. Я буду там утром, - и она повесила трубку.
- Где ты будешь утром, маленькая мисс? - спросил Банки.
Она не могла сказать нет; деньги были слишком хороши.
- Что тебе до этого?
- Что мне до этого? Я управляю этим местом, ты, шлюха!
- Нет, этим заведением управляет Ник, ты отвечаешь на телефонные звонки и моешь толчки.
Банки нахмурился.
- Так куда же ты тогда направляешься?
- Миленький городок к востоку отсюда. Возможно, ты слышал об этом. Называется "Не твоё чёртово дело".
- К хуям, Мэл! Разве ты не уезжала туда пару месяцев назад?
Мэл начала одеваться, прикрывая упругие груди размером с мандарин и пухлые соски.
- Да. В последний раз, когда я это делала, это была свободная страна, Банки.
- Так что сейчас? Ну, Нику это не понравится, леди.
- О, тогда скажи Нику, что он может меня уволить, чего он не сделает, потому что я приношу в этот сортир больше денег, чем все остальные пташки вместе взятые.
Это было совершенно верно, и она не беспокоилась о своём боссе. Она достала из сумочки ключи.
- Ну, когда ты вернёшься? - спросил Банки.
- Когда вернусь, тогда и вернусь, - она направилась к двери.
- Ну, не пропадай там. И раз уж тебя не будет некоторое время, - он расстегнул штаны и вытащил член и яйца, - как насчёт быстрого минета? Знаешь, просто так, чёрт возьми?
Она посмотрела на него, посмотрела на его гениталии, затем сказала:
- Я лучше испражнюсь через рот, - и вышла из салона.
Как только Фартинг уселся с пивом из холодильника дяди Элдреда, он вяло составил список дел, теперь, когда решил остаться. По сути, все его друзья в Штатах были теперь мертвы, что облегчало разрыв связей.
"Как насчёт переадресации почты? - подумал он. - А как же адская налоговая служба?"