— Мы собираемся начать в лаборатории, если вас это устроит, – сказала Аниша, когда они все вышли в коридор. – Сначала будет Ривер.
Лизи выглядела немного встревоженной.
— Джесс, ты в порядке, просто немного передохнешь?
Джесс подняла свой ноутбук.
— У меня куча работы, которую нужно сделать. Ты можешь посадить меня куда угодно.
Когда Аниша направилась к лифту, а Лизи наклонилась, чтобы ответить на сообщение на своем телефоне, Ривер наклонился и поцеловал Джесс.
— Хорошо. Увидимся через некоторое время. Я люблю тебя.
Белый шум зазвенел у нее в ушах, и ее глаза расширились.
— Что?
Ривер уставился на нее сверху вниз, выражение его лица было вялым от шока. Но он не взял свои слова обратно. Он просто... начал смеяться. Он кивнул в сторону Лизи, тихо сказав:
— Не то место, где я планировал это сказать, но коридоры и аудитории, похоже, действительно наш конек.
Лизи повернулась, чтобы ответить на звонок, и Джесс расплылась в улыбке, обвивая руками его шею. Она покрыла дюжиной крошечных поцелуев его лицо.
— Я тоже тебя люблю.
Правда этого была настолько очевидна, Джесс не понимала, как они не говорили "Я люблю тебя" с самого первого дня.
С расплывшейся улыбкой и ярким жаром, вспыхнувшим, как молния, в его глазах, он прикоснулся губами к ее щеке, а затем к уху.
— Увидимся через несколько минут.
— Ривер, они готовы принять тебя. – Лизи помахала ему рукой в коридоре.
Чмокнув в последний раз, он исчез в лифте, и Лизи вернулась.
— Джесс, я бы отправила тебя в офис Ривера, но они готовят несколько кадров. – Указывая большим пальцем на офис прямо позади нее, сказала Лиза. – Давай пока просто отведем тебя в кабинет Дэвида. Он не будет возражать.
Джесс подняла свой ноутбук.
— Я готова быть где угодно.
Лиза попробовала открыть дверь, затем достала ключи и отперла ее, сразу же поморщившись, когда повернулась к Джесс.
— Нормально? Я и забыла, как там грязно. Я никогда сюда не захожу.
И... вау. Кабинет Дэвида был перевернутой версией кабинета Ривера. Там, где стол Ривера было пусто, если не считать компьютера, стол Дэвида выглядел как стол, найденный среди обломков после урагана. Он был завален распечатанными листами данных, пустыми бумажными стаканчиками, скомканными салфетками, почтовыми открытками и стопками журнальных статей. Его полки были уставлены пыльным и беспорядочным набором бесплатных сувениров для конференций: мяч для снятия стресса марки Merck, кружка для путешествий Sanofi, пластиковая молекула ДНК от Genentech, стопка фирменных ручек.
Но послушайте. Ривер Николас Пенья только что сказал ей, что любит ее. Лизи могла бы высадить Джесс на Бурбон-стрит ранним субботним утром, и с ней все было бы в порядке.
— Это здорово.
— Мы придем за тобой, когда Аниша будет готова. – Лизи ухмыльнулась, прежде чем выйти, закрыв за собой дверь.
Уставившись на стол Дэвида, Джесс задумалась, стоит ли ей использовать свой ноутбук на коленях, прежде чем сообразила, что можно просто аккуратно поставить его сверху и не нарушать беспорядок. Пока ее компьютер загружался, Джесс оглядела научный мусор. Среди бумаг были листы, заполненные сотнями строк данных. По ней прошел электрический ток. Возможно, это было одной из причин того, почему она и Ривер были Идеальной Парой – они оба были глубоко очарованы числами.
Примерно на середине беспорядочной стопки бумаг торчал уголок одной из них. Взгляд Джесс зацепился за что-то, написанное в верхнем левом углу, и она осторожно вытащила толстую скрепку.
Клиент 144326.
Ее кровь забурлила, когда она осознала то, что видела. Это была она. Данные Джесс. А под ее номером был другой: Клиент 000001.
Ривер…
Ниже жирным шрифтом была выделена информация, которую они слышали тысячу раз за последний месяц — Коэффициент совместимости: 98.
Она никогда раньше не видела их необработанные результаты, но было что-то странно святое в том, чтобы держать эти данные в своих руках.
“Хорошо. Увидимся через некоторое время. Я люблю тебя.” Его слова эхом отдавались в ее голове.
Улыбаясь, Джесс благоговейно просматривала ряды цифр. Номера клиентов и оценка совместимости были в верхнем левом углу, а в правом верхнем углу была информация об анализе: дата, время, на какой машине DNADuo был проведен анализ, и так далее. Ниже было около шестидесяти строк цифр, разбитых на три группы столбцов, каждая шириной в три столбца. За этим листом были куча страниц с четкими цифрами.
Джесс почувствовала озноб, осознав, что в настоящее время она владеет информацией примерно об 3500 генах, по которым она и Ривер совпадают. Действительно ли возможно, что их связь, их любовь, была закодирована в их клетках? Была ли она запрограммирована со дня своего рождения чувствовать себя такой счастливой, даже когда Джейми бросала ее снова и снова, когда девчонки дразнили ее на футбольном поле из-за ее пьяной матери в сторонке, когда Алек несколько минут молча смотрел на тест на беременность и, наконец, сказал: “Я никогда не хотел детей” ? Из всех мужчин, с которыми Джесс могла общаться, Ривер все это время идеально подходил ей?
Эта мысль вызвала у нее одновременно тошноту и кайф. Она снова посмотрела вниз, наклоняясь, чтобы сосредоточиться на каждой крошечной строке информации. Первые две колонки в каждом наборе показывали то, что, по ее предположению, было информацией о генах: названия генов и номер сеанса GenBank. В третьих столбцах содержались необработанные оценки совместимости, причем цифры, казалось, варьировались от нуля до четырех. Почти все их оценки были выше 2,5. Итак, каким-то образом эти оценки сошлись в алгоритме нейронной сети, и в конце получилось девяносто восемь баллов. Теперь Джесс ясно видела, что данные были научными, но в то же время они казались глубоко волшебными. Она была новообращенной. Возложите ее на Алтарь Генетики.
Она провела пальцем по странице, желая прочувствовать информацию на себе.
Их последний анализ был завершен 30 января, Ривер взял у нее кровь накануне вечером с такой тщательной формальностью. Они были такими неловкими друг с другом, такими настороженными. Джесс сдержала смех, вспомнив. Святое дерьмо, она понятия не имела: он хотел ее даже тогда.
Подняв глаза, чтобы убедиться, что дверь кабинета Дэвида закрыта, она быстро сделала снимок. Она знала, что не должна, это могло быть даже незаконно, кроме того, она все равно могла просто попросить у Ривера копию. Но Джесс знала, что ей захочется смотреть на это снова и снова. Листая, она начала фотографировать каждую страницу, ряды за рядами данных. У каждого было несколько значений, обведенных кружком, снабженных комментариями, отмеченных, как она догадалась, за то, что они были совершенно охуенно классными.
Может быть, в какой-то момент она преподнесет это ему в качестве подарка.
Может быть, каждый из них выбрал бы свой любимый ген и сделал бы татуировку с этим значением. Может быть, прямо сейчас она начинает звучать как одна из героинь Физзи, и ей, вероятно, следует заткнуться к чертовой матери.
Ухмыляясь, как идиотка, Джесс перелистнула на следующую страницу, собираясь сделать снимок, но остановилась. Этот следующий набор данных был получен из их первого анализа днк, взятого из ее набора для анализа слюны. В этой стопке некоторые ячейки были обведены карандашом, а на полях были едва разборчиво нацарапаны какие-то заметки. Джесс удивилась, что их данные были изучены таким образом. Ее парящий мозг с саундтреком пел, что их данные могут даже раскрыть более важные истины о любви и эмоциональной связи.
И это было еще не все. Джесс пролистала еще несколько страниц, ожидая увидеть заметки и корреспонденцию, но нашла еще одну первую страницу. Дубликат? Нет. Это была другая первая страница, чужая, из анализа, проведенного в 2014 году.
Клиент 05954
Клиент 05955
Коэффициент совместимости: 93
Должно быть, это куча Бриллиантовых пар Дэвида, предположила Джесс. Но ее мозг споткнулся о совпадение в правом верхнем углу. Она пролистала между этим и верхним листом их с Ривер, сравнивая.
Даты анализа были разными во всех трех случаях, но время окончания анализа было точно таким же.
Каждый раз.
Джесс моргнула, слегка наклоняясь в сторону "беспокойно", возвращаясь к их первым страницам, чтобы подтвердить. Да: для всех трех анализов время выполнения закончилось в 15:45:23.
Ее желудок сжался. Статистически так оно и было... крайне маловероятно. Из 86 400 секунд за каждые двадцать четыре часа вероятность того, что два события произойдут в одну и ту же секунду, составляла всего 0,0012 процента. Даже если бы Джесс предположила, что анализы обычно начинались и заканчивались примерно в одно и то же время — скажем, в пределах одного и того же четырехчасового окна, вероятность того, что анализ Джесс и Ривера и другой анализ, завершенный в другой день, имели бы только 0,007 процента, или 7 шансов из 100 000, все равно составляла бы 0,007 процента. закончили в одно и то же время. Но все три? Это было почти невозможно. Шансы, Джесс закрыла глаза, чтобы посчитать, что три анализа случайно закончатся в одну и ту же секунду в разные дни, составляли примерно 1 к 2,5 миллионам.
Джесс попыталась рассуждать логически. Она подавила рев в ушах. Может быть, машины были запрограммированы на начало и окончание в одно и то же время, чтобы уменьшить определенные переменные? Это не было бы чем-то неслыханным.
За исключением 29 января, Ривер начал анализ почти сразу после взятия ее крови. На самом деле, он надел двойные перчатки и подкатился к вытяжному шкафу еще до того, как она вышла из комнаты. На следующее утро он написал ей сообщение, попросив о свидании, и сказал, что тест был подтвержден. Но хотя дата на распечатке была правильной, как могло случиться, что Ривер получил данные утром, если анализ не был завершен до 3:45 пополудни? Неужели он солгал ей, что получил подтверждение? Это было не похоже на Ривера.