1 Зеркало.
Да уж... Давным-давно был Кузьма Артемьевич рецидивистом по кличке Тяжеляк, но когда началась война, не посчитал зазорным взяться за оружие и искупить содеянное кровью. В сорок пятом он вернулся, хоть и без ноги, но с победой, однако прежние кенты по воле объявили его "автоматчиком"(1) и хотели трюмить(2), за что и были им расписаны вчистую.
1 Вор, взявший оружие из рук властей.
2 Мучить.
- Ну, навесили мне новый срок. - Рассказчик нарезал жеребейками сало и, заметив, что майор, не побрезговав, принялся жевать, одобрительно кивнул. Потом отправили на поселение, вон там, верстах в пяти отсюда, деревенька стояла. - Покрытая струпьями рука подлила в стаканы, убрала пустую бутылку под стол, незамедлительно выставив полную. - Уж и забыл, когда и пил в компании, в одиночку-то уж больно тошно. Ну, будем...
Крякнули, закусили капусткой, и Сарычев узнал, что когда Кузьма Артемьевич пробыл на поселении года два, все округу обнесли колючкой, нагнали зэков с солдатами, и те в степи наворотили черт знает что. О деревеньке, оказавшейся внутри периметра, и думать забыли.
- Ну вот, в один прекрасный день полыхнуло в полнеба, бабахнуло знатно, и поднялся такой ветер, что крыши раком встали. - Рассказчик замолчал и вдруг беззубо, одними кровоточащими деснами улыбнулся. - Только сам я этого не видел, был пьян вумат. А как очухался, смотрю, по избам лепилы с энкэвэдэшниками в белых балахонах шастают, все чего-то вошкаются, нюхают, это я уже потом врубился, что уровень радиации. Походили немного и успокоились, ничего, мол, страшного, а через месяц взорвали такое, что земля пошла волнами.
Словом, через год из всей нашей деревни один я неожмуренный остался, да и то, как лепилы потом сказали, потому что бухал, не просыхая. А потом словно отрубило. Никакой суеты, все тихо, спокойно, привезут что-то по узкоколейке, в землю зароют, и опять тишина. Это я уже позже узнал, что бомбы испытывать они стали где-то в Казахстане, а здесь организовали что-то вроде кладбища. Погоста, такую мать...
Скоро язык у Кузьмы Артемьевича стал ворочаться с трудом, глаза его потихоньку закрылись, и, бухнув лысой головой о стол, он захрапел. Не успел рассказать, как прибывшие когда-то начальнички просто охренели при виде аборигена в зоне, а потом, руководствуясь мудрым правилом: "Работай, пока не сдох", поставили его на довольствие.
А работы хватало, потому как лодок наших подводных в океанах не счесть, станций атомных понастроили где ни попадя, и капиталисты платят в твердой валюте, только успевай зарывать их радиоактивное дерьмо! А что? Страна у нас большая, одна Сибирь чего стоит...
- На кладбище ветер свищет, нищий, сняв шта-нищщи... - Внезапно хозяин оторвал голову от стола и, словно беседа и не прерывалась, внимательно уставился на Сарычева. - А вот не могу понять я, Паша, почему ты не вошкаешься, сидишь без суеты, будто не понимаешь, куда попал? На февральского-то ты вроде не машешь.
- Все, Кузьма Артемьевич, просто, как божий день. - Сарычев положил кусочек сала в уксус и помял вилкой. - В розыске я, а кроме того, ВИЧ-ин-фицированный. Знаешь болезнь века СПИД? Какая разница, от чего помирать? Так что, если не в тягость, позволь, Кузьма Артемьевич, пока что здесь побыть. Я недолго...
Само собой - до весеннего равноденствия оставалось всего три дня...
- Да по мне, ежели хороший человек, то хоть всю жизнь живи. - Лысая голова опять уткнулась в столешницу, и, оттащив неподвижное тело на кровать, Сарычев сразу же ощутил каждой своей клеточкой груз усталости. На него навалилась неукротимая зевота, и он заснул прямо за столом.
Проснулся Александр Степанович рано утром. Несмотря на выпитое вчера, чувствовал он себя отдохнувшим и, пребывая в глубокой уверенности, что кто-то из его предков, видимо, пил горькую как воду, услышал:
- Паша, седай к столу.
Кузьма Артемьевич не похмелялся, а, истово кряхтя, цедил из кружки что-то мутновато-пенистое. Заметив вопросительный взгляд майора, он потянул из-под стола огромную стеклянную бутыль.
- Щи. На старинный манер(1)... Лучше не придумаешь...
1 В старину действительно квасили капусту в бутылях и называли конечный продукт щами.
- Спасибо, я чайку. - Сарычев зевнул и потянулся к внушительному, ведра на два самовару: - Смотри-ка ты, еще горячий.
Он уже успел выпить стакан-другой, съесть в охотку остатки колбасы, как что-то заставило его насторожиться и подняться из-за стола.
Минут через пятнадцать под крыльцом заскрежетала цепь и начал заходиться в хрипе барбос, а еще минут через пять скрипнула калитка, и в окно стала видна фигура в белом изолирующем костюме. Лицо было неразличимо за резиновой маской, однако майор внезапно ухмыльнулся - Яромудр кое-что шепнул ему на ухо.
Поднявшись на крыльцо, визитер постучал и, не дожидаясь приглашения, зашел в комнату.
- Здравствуйте, Александр Степанович. - Он посмотрел на ручной дозиметр и стянул маску. - Еле вас нашел.
...Зарин относится к отравляющим веществам нервно-паралитического действия. Он представляет собой бесцветную жидкость, при нагревании которой образуются пары.
В чистом виде зарин практически не имеет запаха, поэтому при высоких его концентрациях, легко создаваемых в полевых условиях, внутри организма может быстро и незаметно накопиться смертельная доза. Это очень важное свойство зарина, которое увеличивает возможность его внезапного применения, особенно в тех случаях, когда используются средства доставки, способные быстро и относительно незаметно создавать в районе цели весьма высокие концентрации. При таких условиях личный состав, подвергшийся химическому нападению, вовремя не обнаружит опасность и не сумеет своевременно надеть противогазы и использовать средства защиты кожи.
При вдыхании паров зарина его поражающее действие проявляется очень быстро, поэтому можно создать в полевых условиях настолько высокие концентрации, что их будет достаточно, чтобы за несколько вздохов получить внутрь организма смертельную дозу. В этом случае смерть может наступить в течение нескольких минут.
При малых концентрациях зарина в воздухе у пораженных наблюдается прежде всего сильный насморк, тяжесть в груди, а также сужение зрачков, в результате чего ухудшается зрение.