Когда пополнение запасов и ремонт были согласованы и процесс пошел, оставалось пятьдесят девять часов. Наоми ушла в казармы, о которых упоминала Джиллиан — узкие комнатки с койками и одеялами, сгруппированные вокруг общей кухни и туалета. На «Роси» было просторнее. Удобно свернувшись, Джим дремал. Наоми больше всего на свете хотелось устроиться рядом с ним. Но вместо этого она отправила запрос Джиллиан. В ответ ее направили в офис на базе.
Она подумывала разбудить Джима и взять его с собой. Одним присутствием он иногда мог сгладить острые углы в разговоре. Но ей надлежало нести свою ношу самостоятельно. А он придет позже, если понадобится.
Офис был небольшим, с экранами на двух стенах и рабочим столом. Часть стен, не занятая изображениями «Деречо», Фригольда, картой безопасности станции, а также статусами «Шторма», «Росинанта» и окружающей среды, была окрашена в серовато-оранжевый. Цвет, который хорошо смотрелся бы с синим. Сидящая Джиллиан жестом пригласила ее войти, и Наоми закрыла за собой дверь.
— Не знала, что Фригольд атакован, — сказала она.
Джиллиан не смотрела ей в глаза.
— Этот гад уничтожил наш ретранслятор возле врат и сбросил один из своих, как только они прошли. Возможности поднять красный флаг не было. Приношу извинения.
— Это был не упрек. Боюсь, мы только усугубили положение.
— Не представляю, как такое возможно. Но раз вы здесь, давай обсудим, какие у нас есть варианты.
Правая ладонь Джиллиан сжалась в кулак, разжалась и сжалась снова. Не единственный признак страдания, но самый заметный. Наоми вызвала к жизни ту свою сущность, которая была холодной, безжалостной и расчетливой. Ей никогда не хотелось возглавить армию. Вселенная настояла.
— У вас есть планы?
— План, — ответила Джиллиан. — «Шторм» готов к эвакуации, он уже загружен всеми необходимыми припасами и деталями со станции, которые мы смогли демонтировать и уложить. Вырываемся из укрытия, провоцируем врага на преследование. Уходим через врата, а потом в другую систему, и с нуля начинаем строительство новой базы.
— Это значит, «Драпер» будет покинута навсегда?
— Она никому не нужна, кроме «Шторма», — ответила Джиллиан. — Да и для него теперь не так уж пригодна.
Хмурясь, Наоми дала Джиллиан знак продолжать.
— Стратегическая важность Фригольда заключалась в том, что никто не знал о нашем присутствии здесь. Теперь с этим покончено. Не знаю, в чем дело — то ли у них лучше с анализом трафика, то ли где-то утечка. Черт, возможно, это просто догадка. Но они пришли. И удерживать базу теперь означает действовать вопреки всему.
— И скорее всего, «Деречо» за вами погонится, — заключила Наоми. — Он оставит в покое гражданских и начнет преследовать вас. В этом весь план?
— Мы надеемся. У нас есть... У нас есть записывающие станции во всех больших городах. Если дело дойдет до бойни, тихой она не будет. Мы все повесим на них, передадим во все системы. И они это тоже знают. Может, это их остановит.
— Как насчет прямого противостояния? «Деречо» — корабль сильный, но того же класса, что и «Шторм». А теперь у нас есть еще один боевой корабль. Если к ним добавить другие корабли или планетарную защиту...
— Можем рассмотреть и такой вариант, — согласилась Джиллиан. — Только это несопоставимые величины. У них свежий корабль, полностью комплектный. А наш «Шторм»... Он не в боевом состоянии. Не в таком, как должен быть.
— Почему?
— У нас нет ни лаконийских запчастей, ни ремонтного оборудования, ни опыта. И мы много лет его нещадно эксплуатировали. Корабль хороший, но есть признаки старения.
Наоми понимала, к чему ведет Джиллиан. Намекает, возможно, даже не сознавая. Она уговаривает саму себя, что и потерять корабль, и лишиться базы — не так уж страшно. Ищет способ избежать бойни, даже если это означает капитуляцию.
Неожиданно Наоми пришло в голову, что отчаяние — как фрактал, постоянно изменяется, но при этом остается всё тем же на каждом уровне. Граждане Фригольда, боящиеся, что приходят их последние дни. Джиллиан, цепляющаяся за любую возможность спасти свой народ. Собственная нелегкая и упорная борьба Наоми за то, чтобы корабли не превращались в летучих голландцев, за создание сил, противостоящих авторитарной и порочной империи. Элви Окойе, рискующая своей жизнью в поиске способа остановить то, что прячется за вратами, защититься от исходящих оттуда волн враждебного и таинственного. Независимо от того, насколько расходятся точки зрения, ужас и отчаяние одинаковы на всех уровнях.
Тревога стала неожиданностью для обеих. Джиллиан переключила отображение с «Деречо» на далекое кольцо врат с ярким, как комета, шлейфом корабля, только что совершившего переход.
— Вы кого-то ждете? — спросила Джиллиан, перенаправляя пассивные датчики на новую цель.
Наоми не ответила. Разрешение картинки постепенно увеличивалось, пока изображение не стало почти отчетливым. Лаконийский корабль. Знакомый. И хотя ей придется запросить у «Росинанта» сигнатуру двигателя, она уже точно знала, что она будет соответствовать «Ястребу».
— Он из Нового Египта, — сказала она. — Охотится на нас.
Тихий выдох Джиллиан прозвучал как проклятие. Если до сих пор у них не было хорошего варианта, то теперь нет никакого. Пытаться убежать сквозь врата означало пройти мимо вторгнувшегося врага. Даже если проскользнуть и удастся, «Ястреб» сможет догнать их у кольца врат и доложит, куда ушли. Если они попытаются дать отпор — противник намного сильнее.
«Мне так жаль», — собралась сказать Наоми, когда Джиллиан удивленно хмыкнула.
— Это что? — спросила она.
— С нового корабля? Сообщение.
— Для «Деречо»?
— Нет, не узкий луч, — сказала Наоми. — Это радиовещание. Просто радиочастотная передача.
Наоми нахмурилась. Луч от точки к точке был гораздо безопаснее любой передачи, независимо от качества шифрования. Может, лазер «Ястреба» недостаточно сильный, чтобы достать «Деречо», или из-за повреждений, которые нанес «Роси», у «Ястреба» отказало наведение. Или...
— В системе есть другие корабли? — спросила Наоми. — Сообщение передается шире, не только для «Деречо».
Джиллиан вызвала на свой стол пульт управления с базы, ее пальцы заплясали над экраном. Она нахмурилась, морщинки прорезали лоб и опустились от уголков губ.
— Так и есть. И это открытый текст. Они его даже не прячут.
— Флажок адреса есть? К кому они обращаются?
— К тебе, — произнесла Джиллиан. — Они говорят с тобой.
Она переключила отображение на огромный стенной экран.
Со стены на них обеих смотрел фактический лидер Лаконийской империи. Его поразительно яркие зеленые глаза и улыбку Наоми назвала бы печальными. Когда он заговорил, голос звучал как негромкая тростниковая дудочка.
«Это сообщение для Наоми Нагаты. Меня зовут Антон Трехо. Полагаю, вам известно, кто я и в какой ситуации оба мы оказались. Нам давно следовало поговорить. Я хочу предложить вам альянс...»