Шоколадное сердце. Арест
Прогулка с собакой, пошла Алеше на пользу. На свежем воздухе юноша почувствовал себя лучше и решил вечером дойти до набережной. В тайнике было очень много записочек от Маши, ему желали скорейшего выздоровления.
От умиления у Алеши защипало в глазах. В меланхолическом настроении он переступил порог кондитерской.
У прилавка стоял городовой, который строго приказал студенту: «Молодой человек, останьтесь, будете понятым».
Городовой вышел и стал у двери, видимо, ожидая следователей.
У пани Евы были испуганные растерянные глаза, а на одной руке большая, не по размеру, белая перчатка.
— Господин полицейский, я ни в чем не виновата. Я просто хотела прикормить покупателей, посыпала порог шоколадной крошкой. Подкладывала кусочки лакомства на перила моста, задобрить, как у вас говорят, домовых. Шоколад бесследно исчезал. Я даже как-то не спала всю ночь, пыталась понять, кто берет угощенье, но никого не видела. А потом, когда пропала первая женщина, я долго боялась ходить на мост, но все же решилась положить кусочек шоколада на парапет. И вот что получилось! — Бледная хозяйка сняла перчатку. Вся рука была словно изъедена язвами, или кислотой. - Но он все же пощадил меня.
— Кто? — Закричал Алексей.
— Не знаю, я никого не видела. Был сильный туман.
Приехал следователь, студент рассказал, как вдова статского советника ела конфеты на мосту, а потом исчезла.
— Бред, полный бред несете, - ковыряя спичкой в зубах, ворчал следователь.
Они с помощником быстро проводили обыск, с лупой просмотрели полы и прилавки, чертыхались, принимая капли шоколада за высохшую кровь.
Алеша от монотонности их действий чуть не уснул. Наконец все было записано и юноша отпущен домой.
Пани Еву увезли в участок, на прощание она бесплатно отдала Алеше подарок для Марии - шоколадное сердце.
Юноша благополучно оставил в тайнике свое робкое признание в любви.
Но даже влюбленность не помешала ему строить догадки об исчезновении женщин. И мысли юноши приняли направление, которое трудно было бы назвать разумным. Алеша решил проверить легенду о бревнах со стрелецкой казни.
Сим прожектом он поделился с пришедшим в обед Жижикиным.
- Не считаю это логичным,- охладил друг его пыл.
- Там еще родственница Аграфены Тихоновны, живет. Уже неделя о хозяйке не слуху, ни духу. Луша, грозиться пойти донести на меня в полицию, якобы я убил старушку и закопал в палисаднике.
- А, ну тогда, конечно, а где мы адрес возьмем?
- Я в комнате Аграфены Тихоновны на столике ночном нашел письма от некой Елизаветы Лукиничны из Преображенского. Пришлось прочитать, судя по приветам, это ее дальняя родня.
-Эх, с тебя тогда обед в трактире, а то у меня с утра маковой росинки во рту не было. Вернее с вечера.
Студенты, наняв экипаж, поехали в Преображенское. Село, где великие реформы Петра дали рождение армии и флоту, теперь было рабочей окраиной. Здесь селились мастеровые, купчики средней руки, и зажиточные крестьяне.
Преображенское жило своей обычной жизнью. Применив свой дар, Алеша видел храмы, монастыри, толпы мирян идущих крестным ходом. Колокольный звон призывал весь мир радоваться светлому празднику Воскресения Спасителя.
Нужный дом нашелся довольно быстро, правда, Жижикин предпочел ждать Алешу в чайной, которая была на той же улице наискосок.