Авантюра. Фарс
— А если переодеть меня или тебя в женское платье?
— Идея хорошая, можно попробовать. Но ведь на этом мосту не пропадал никто из мужчин. Конечно это не факт, а просто совпадение. Только если ты приманка, то нужен еще один человек. Помпу качать, бак переворачивать с водой. Одного такого я знаю, Тихон, глухонемой грузчик. Дадим рупь, он покараулит, и, как только я увижу, что ты побежал к кондитерской, дам ему отмашку. Он мешок извести в бак и засыплет. Известь градусов сто дает, таким вот кипяточком и угостим вражину.
Проговорили до рассвета, крутили и так и этак, обсуждали детали. Наутро Алеша с тяжелой головой отправился домой. Глафира Тихоновна, так и не объявилась, Луша тоже не объявлялась. Приходилось самому управляться, с уборкой, а еду покупать в ближайшем трактире. Хорошо еще, что полиция пока не интересовалась Алешей. Студент позаимствовал из хозяйского гардероба платье, шляпку и перчатки. Брать тайком, даже на благое дело, было неприятно. Алеша сам себе дал слово, что непременно купит хозяйке самую дорогую плитку шоколада, когда та вернется, лишь бы все получилось.
Встретились они с Жижикиным на Немецком базаре, закупили все для предприятия, договорились с Тихоном. Это был здоровенный детина, чья физическая сила очень пригодилась при переноске бака до пролетки. Алеша с Антоном вряд ли бы его донесли. Присланные отцом деньги стремительно таяли.
Подельники потихоньку переносили все необходимые вещи в кондитерскую. Местному дворнику Жижкин в пылу азарта назвал себя племянником пани Евы, наплел всяких небылиц. Алеша только диву давался, насколько его товарищ был убедителен в своем вранье. Сам он строго-настрого запретил Лизе и Маше в ближайшее время приходить к заветной скамейке.
Наконец настала эта жуткая ночь. Сначала всем было весело. Алешу с шутками наряжали в женское платье, шутили, представляя, как Нечто испугается одного вида такой мосластой девицы, храбрились и чувствовали себя героями. Однако ближе к рассвету веселье перешло в апатию. Молодые люди все чаще замолкали, а Тихон вообще давно уснул на стульях.
— Ну, все, иди,— сказал Жижикин, когда темнота за окном кондитерской уступила место предрассветным сумеркам.
На подгибающихся ногах, путаясь в подоле платья, юноша медленно побрел к скамейке.
Щенок бежал следом, нюхал утренний сырой воздух и радостно повизгивал.
Студенту было страшно приближаться к воде, он не мог заставить себя сесть на заветную скамейку. Шоколадка уже почти растаяла в руке, когда он вспомнил, что забыл надеть перчатки.
Алеша поднес шоколад ко рту и героическим усилием заставил себя проглотить кусочек.
Но и у лакомства был вкус страха. От реки поднимался тяжелый дух, Алеше казалось, что он весь им пропах. Дальше начались галлюцинации: девичий голос нашептывал про какого-то пропащего ангела, то на французском, то на польском. Алексею даже показалось в какое-то мгновение, что его кто-то нежно гладит по кудрявой голове. Это было уже слишком. Студент отошел немного от реки, чтобы вздохнуть чистого воздуха.
Время тянулось бесконечно. Гектор сделал все свои собачьи дела и стал проситься на руки. Алеша поднял и прижал его к себе, не то, защищая, не то защищаясь. Благодарный щенок лизнул хозяина в щеку.
На улице показался первый извозчик с ранними пассажирами, потом с осмотром прошел городовой. Он покосился на переодетого дамой Алешу, и, неодобрительно хмыкнув, последовал в другой конец улицы. Небо посветлело, затрубили заводские гудки, и студент понял, что затея их с треском провалилась.
Юноша обреченно возвращался к кондитерской, по мостовой волочился пыльный подол украденного платья.
В кондитерской по полу катался Жижикин в истерическом припадке.
— Ой, не могу, городовой тебя за кокотку принял.
— Что смешного-то, а вдруг бы пачпорт спросил?
— А если бы услугу попросил оказать,- и Антон снова зашелся в истерическом припадке. — Да, ты и вправду преступник, Алеша. Платье у старушки берешь без спроса, письма читаешь,- и Жижикин довольный тем, что вогнал друга в краску, захохотал еще пуще.
Посмотрев на себя в зеркальные витрины, Алеша и сам рассмеялся.
Хотя смешного было мало.
Где найти девушку для ловушки на монстра они не знали.
Пока друг отсыпался, Жижкин нарушил все планы и приличия и встретил Машу у гимназии. Бодро заговорив с бонной по-английски, он неведомым способом втерся к той в доверие, отрекомендовался лучшим другом Алеши и получил разрешения прогуляться с девушкой по парку.
— Маша, Вы одна можете помочь нам! Да что там нам, всему городу, всему человечеству! Вдруг оно уже размножаться начало?
Маша слушала, не отводя глаз. И взгляд был такой серьезный, без всех этих женских штучек. И сама она такая милая, без ужимок и позерства, вдруг заставила Жижикина замолчать.
— Какого черта? - подумал Алешин друг. — Какого черта я вовлекаю это идеальное создание в авантюру? Бог с ней, с моей жизнью, и жизнью Алешки, но такая красота не должна погибнуть.
Прервав свою пламенную речь, студент развернулся и побежал прочь.
— Жижикин!- закричала Маша.— Вернитесь!
— Простите, не знаю вашего имени.— Спокойно сказала девушка, когда Алешин друг вернулся
— Антон.
— Антон, я согласна. Бонна еще плохо понимает по-русски. Я отпрошусь у родителей, скажу, что будем с Лизой готовиться к балу, она подтвердит. А Алексей пусть заедет за мной на извозчике. — Девушка быстро написала на клочке бумаги адрес Лизы, сунула Жижкину в руки и нырнула в экипаж, где ее ждала гувернантка.
Антон никогда в жизни не влюблялся, слишком рано он узнал физическую подноготную отношений между мужчиной и женщиной. Но теперь с его душой что-то происходило непонятное. Он впервые поверил, что женщина, девушка может быть такой чистой, искренней, с незамутненной душой. И эта живая девушка, а не ангел. И это Маша, Мария. И что с этим делать дальше, юноша решительно не представлял.
Жижикин пошел к другу с повинной.
Алеша был похож на заспанного ангела. Небрежно спутанная челка падала на высокий лоб, припухшие после сна глаза смотрели на мир с веселым изумлением, а маленькие ямочки на щеках делали его облик особенно милым.
" А вот я, — с горечью подумал Жижикин, — пью, курю, и лицо у меня серое, а не такое вот румяное яблоко"
Но мысли мыслями, а рассказывать другу пришлось правду.
Тот был в ужасе и в то же время в восхищении от того, что Маша, его Машенька, согласилась.
Оставалось дождаться субботы и надеяться, что в этот раз им улыбнется удача.
Друзья отправились в училище. Учились они на разных факультетах, поэтому небольшой отдых от общения друг с другом пошел им на пользу.
Оба успокоились, как-то даже воспаряли духом.
И к вечеру, когда Алеша, наняв извозчика, заехал за возлюбленной, он был совершенно уверен в успехе их предприятия.