В тот раз… в тот раз это было золотым шансом, чтобы добраться до Джейн. И все прошло как по маслу. Мейс взбесился по поводу ее импровизации, но Кендра воспринимала каждую неожиданную вероятность как подарок. Она до сих пор еще не понимает его реакции. Да, они так не планировали, но все прошло просто отлично. Но нет, он хотел, чтобы каждая маленькая деталь была спланирована до девятой степени – Кендра же с другой стороны была девушкой лови-момент, а не тем типом парня, которым привык быть Мейсон.
В любом случае, она загладила свою вину перед ним, когда рискнула пойти в дом Джейн, выдавая себя за риелтора, когда какой–то жуткий чувак начал мешаться ей, спрашивая ее, что она там делает. Кендра пошла туда, в надежде оставить больше инкриминирующих улик, письмо якобы написанное Джейн Мейсону, в котором она признавалась бы в своей любви к нему. Она положила его в шкафчик с нижним бельем замарашки, засунув его под трусики, которые к удивлению Кендры были довольно интересными. Какая растрата, это уж точно.
Она уже собиралась к дьяволу убраться из дома Джейн, когда ее посетила мысль, а стоит ли оставлять там письмо. Что если из-за него Мейсона тоже посчитают виновным? Здесь они переступали тонкую и опасную грань – супруг всегда первый подозреваемый. Плюс, Мейсон предупреждал ее не приближаться к дому Джейн, хотя она и думала, что он чрезмерно осторожничает. Не то, чтобы полиция когда-либо заподозрила Кендру. Решая оставить письмо или нет, она услышала, как прозвенел звонок на двери, и смылась оттуда. Теперь же она слегка беспокоилась, не сделала ли ошибку, но у нее было много времени забрать его, если понадобится.
Вибрация ее телефона вернула ее в реальность – ей сегодня предстояла встреча с боссом. Она называла его боссом, потому что он, по сути, владел ей – на данный момент, по крайней мере. Наиболее точно старого ублюдка можно было бы описать как сладкого папочку, хотя он и не давал ей вдоволь сахара, а лишь ровно столько, чтобы держать ее на плаву и на поводке. Он оплачивал ее месячные счета в обмен на услуги, предоставляемые, когда и где бы он ни хотел их получить. Целую кучу еб*ных услуг. Когда она подцепила его несколько лет назад, то посчитала, что он не на многое то и способен в своем возрасте и это будут легкие деньги.
Они ими не были.
П-ф-ф. Ей очень повезло заполучить мужика, который все еще может в постели тоже, что и молодой парень. Она жарится с ним уже три года, а он не показал никаких признаков увядания. Схватив телефон, она проигнорировала звонок, вместо этого написав текстовым сообщением, что будет внизу через пять минут, но его это не удовлетворило. Через минуту ее телефон зазвонил снова.
— Я почти готова, сэр.
Козел настоял на том, чтобы она называла его так. Ему в следующем году исполнится шестьдесят, и он сказал, что заслуживает уважения и почтения в его годы.
— Кендра как много раз и какими способами я должен тебе сказать, что ожидаю пунктуальности? Моя рука болит от битья твоей тощей задницы на прошлой неделе, так что не заставляй меня делать это снова.
Ее лицо запылало от воспоминания о битье ремнем, что устроил ей этот ублюдок садист, чтобы наказать ее за то, что она забыла принять противозачаточную таблетку. Он жестоко отхлестал ее по бедрам и заднице, и они только начали заживать.
— Нет, сэр. Я просто хочу выглядеть красивой для вас.
— Ну, для этого должно произойти маленькой чудо, — сказал он едва слышно, но достаточно громко, чтобы она услышала эту ехидную ремарку. — Просто тащи свою задницу вниз. Я уже подъехал.
— Да, сэр, — сказала она и отсоединилась. — О, боже мой, — закричала она на стену, — не могу дождаться, чтобы сказать старому козлу пойти и трахнуть себя самому. Миллион долларов подарит мне возможность сжечь все мосты. И кто знает? Может я даже смогу приобрести немного мебели пока я в деле.
Она выскочила из апартаментов, ее каблуки застучали по голому деревянному полу.
Аарон Риндер сидел в своем белом «Лексусе» с не выключенным двигателем. Он выглядел как мужчина, который был в молодости красив, но те же самые черты, что делали его привлекательным – глаза цвета миндаля, заостренный нос, угловатые скулы – теперь придавали его лицу жесткость. Или все дело было в его мерзком характере – все его дурные настроения отпечатались на лице в виде вечной хмурости.
Что бы ни было причиной, Кендра была вынуждена на это смотреть. Она ближе подошла к обочине и открыла пассажирскую дверь.
— Добрый вечер, сэр, — сказала она настолько сладким голосом, насколько могла выдать, и села в машину.
Его анемичные голубые глаза просканировали ее вверх и вниз, прежде чем он, нахмурившись, завел мотор и мягко отъехал от обочины. Как только они выехали на автомагистраль, он набросился на нее со словами:
— Ты хоть понимаешь, что я плачу целую кучу денег каждый месяц за дырку на стороне – и это лучшее что ты можешь предложить? — он указал на нее подбородком. — Ты выглядишь как уличная дешевка, Кендра. Честно, вероятно было бы лучше мне подцепить шлюху в стриптиз клубе. По крайней мере, мне бы не пришлось каждый месяц тратиться на твое содержание.
Кендра практически прикусила язык, пытаясь молчать. Старый ублюдок оскорблял ее с тех пор, как они встретились год назад на вечеринке, но в этот раз его жалящие слова пересекли даже ее практически несуществующие границы. Называться частью тела – да еще и так грубо – как будто вся ее ценность заключалась только в этой части ее анатомии, было практически больше, чем она могла вынести. Мысль о том чтобы вонзить свой маленький выкидной нож в его бледный живот всерьез ее захватила.
Его глаза вновь оторвались от дороги и посмотрели на нее.
— Все поздние ночи и все наркотики, что ты принимала, сыграли свою роль, моя дорогая. Если ты полностью утратишь свою привлекательную внешность… тогда что ты будешь делать?
Она отклонилась назад на подголовник и повернула голову, чтобы вступить с ним в спор.
— Какое тебе дело? Ты просто покупаешь товар, верно? Дырку, так ты сказал?
Он не отреагировал на ее комментарий. Вместо этого, держа глаза на дороге, его рука скользнула вниз, чтобы расстегнуть молнию на его брюках, а затем он потянулся рукой к ней, схватив ее за шею, и заставил ее опустить голову на его колено.
Кендре пришлось использовать каждую унцию силы воли, чтобы унять ярость. Она ненавидела этого уе*ка каждой клеточкой своего тела. Она не могла дождаться дня, когда он ей больше не понадобится.
Скоро.
Кто знает? Может он встретит ту же судьбу, что и жена Мейсона?
Глава 18
Мотор автомобиля находился в режиме ожидания, в то время как детектив Фитцгиббонс ждал пока его напарница не выйдет из гастронома. Было пасмурное утро, а влажный воздух был густым и неприятным, повисшим как туман. Слишком тепло для октября, подумал он, ослабив воротник, дернув его вниз двумя пальцами. Он подумал, может ему стоит оторвать свою задницу от кресла и пойти посмотреть, что ее так задержало, но тут же заметил, как она выходит позади большой группы покупателей. Роб потянулся через автомобиль к открытому окну, чтобы взять у нее стаканы с кофе.
— Спасибо. У меня для тебя есть булочка с маслом. Вот.
— Что никаких яиц и сэндвича с беконом сегодня?
Она открыла дверь и забралась внутрь.
— Тебе бы лучше употреблять меньше холестерина, Фитц.
Он фыркнул.
— Хлеб и масло звучат не намного лучше.
Мила шикнула.
— Не смеши меня! Я не знала, что еще взять. Это чертов магазинчик у дома, а не ресторан.
Раскрыв вощеную бумагу, он откусил большой кусок от булочки. Та была все еще теплой, а масло растеклось внутри и впиталось в хлебные поры. То как оно скользнуло по его горлу, сразу же улучшило настроение. Крякнув, мужчина облизал губы.
— Сегодня нам предстоит поговорить с некоторыми из коллег миссии Колдвелл – разделаться с этим. Попытаться доказать или опровергнуть слухи об адюльтере.
Фитцгиббонс поднес свой бумажный стаканчик с кофе к губам, ожидая ее ответной реакции.
Мила покосилась на него.
— Я в этом уверена. Послушав ее мать, ты бы подумал, что она чертова-мать-Тереза.
Он сделал первый глоток кофе и почти выплюнул его, обжегшись. Проглотив его, Роб покачал головой:
— Вот дерьмо. Обычно кофе теплый. Я не ожидал, что там будет жидкая лава.
Его напарница закатила глаза и вздохнула.
— Тебе всегда есть на что жаловаться, Фитц.
— П-ф-ф. Да ладно. Давай посмотрим, что всем этим рекламщикам есть сказать о мадам Колдвелл.
Мила пристегнула ремень и захлопнула дверцу.
— Поехали.
Пока они ехали, Фитцгиббонс размышлял о том, что удалось узнать в ходе расследования на данный момент. Все его внутренние ощущения покалывали в отношении Джейн Дженсен, хотя головой он понимал, что она мало подходит на роль убийцы. Интересно, что думает его напарница?
— Итак… Мила, — начал он.
Она была занята, жуя свою булочку. Ее была с ломтиком бекона, как он заметил. Может быть, ему достанется такая завтра. Наконец, когда она на него посмотрела, ее рот был набит едой.
— Что?
— Расскажи мне, что думаешь о нашем расследовании.
Женщина проглотила еду и запила кофе.
— О-у, ты прав. Он горячий. Э-м-м... Я пока не сформировала определенного мнения, если быть честной.
— М-м-м, — все, что сказал мужчина, его мысли, пробегались по всей информации, как по картотеке.
— Чем вообще занимается эта контора? — спросил Роб, оглядывая высокотехнологичное лобби в офисном здании.
Мила Кельвин засмеялась.
— Они называют себя бутик-агентством – что бы, черт возьми, это не значило. Они занимаются написанием пресс-релизов и пытаются скрывать своих клиентов от глаз публики. Плюс, если кто вовлечен в скандал, они пытаются снова их отбелить через свое агентство. Что-то вроде этого. Красивое здание, верно?
Роб Фитцгиббонс засмотрелся на роскошную мебель.