— Уоттс.
Он внимательно посмотрел мне в глаза.
Я сказала:
— Сделай это. Пожалуйста.
— Мне нравится, когда ты умоляешь о моем члене.
Без предупреждения, он скользнул в меня. Я ахнула. Он растягивал меня, толкаясь дальше, глубже, сначала медленно, а затем двинулся до упора.
Он вышел не полностью, медленно удаляясь от меня. Затем вновь вошел, на этот раз быстрее и глубже, его бедра бились о мои.
Он сидел, его член был глубоко во мне, и смотрел вниз на меня, затем начал раскачиваться вперед и назад.
— Ты так охуенно ощущаешься, — сказал он. — Ты выглядишь так охуенно невероятно.
Уоттс посмотрел вниз на то, как скользил в меня и обратно.
Все, что я могла делать, — глубоко дышать. Мне нечего было сказать. Я просто хотела, чтобы он не останавливался.
— Тебе нравится мой член внутри тебя?
— Д-а-а.
— Скажи мне, Кэтрин.
— Мне нравится твой член.
— Скажи мне, что тебе нравится, когда мой член трахает твою тугую киску.
Я глубоко вдохнула, дав себе возможность произнести слова, которые он хотел услышать.
— Мне нравится чувствовать внутри твой большой член.
Разговоры, подобные тем, которые мы вели в электронной переписке — или даже грязнее — сводили меня с ума, и я чувствовала приближение оргазма. А потом быстро кончила, выгнув спину и сжимая пальцами простынь. Я почувствовала, как дернулся его член, затем начал пульсировать и снова дернулся, а затем Уоттс произнес:
— Блядь, я собираюсь кончить, Кэтрин.
Я смотрела, как он наблюдал за своим членом, двигающемся во мне.
Его лицо покраснело.
Глаза прищурились.
Вены на его шее вздувались, мышцы груди и живота напряглись.
Тело Уоттса напрягалось в удовольствии, пока он мощно двигался внутри меня. Это выглядело так, будто наши тела слились воедино. Какую-то мимолетную секунду я думала о том, что, если от подобной интенсивности мое сердце остановится, биения сердца Уоттса должно хватить, чтобы поддерживать жизнь в нас обоих.
Он задержал дыхание на несколько секунд, прежде чем выдохнуть и застонать.
Я почувствовала, как пульсировал его член, и почти смогла почувствовать, как поток его горячей спермы заливает презерватив внутри меня.
Уоттс дрожал, пока кончал в меня раз за разом, как будто его оргазм никогда не закончится.
Наконец обессилев, он рухнул на меня. Я обвила его плечи руками, мягко прижимая его к себе, наслаждаясь весом его тяжелого, горячего, потного тела.
Мне хотелось чувствовать это тысячи раз в моей жизни.
***
Уоттс уехал около одиннадцати, сославшись на то, что нам обоим утром нужно идти на работу, а ему предстоял еще час езды до Балтимора. Я хотела, чтобы он остался, но не стала давить на него.
Стоя в дверях, он поцеловал меня и пообещал скорую встречу.
Я не могла ничего с собой поделать, но мне было любопытно, мог ли он возвращаться домой к жене и детям. Однако я старалась не дать возможности теории Тэйры слишком засорить мое сознание. У нас была великолепная ночь. Нет, больше, чем великолепная. Не будет преувеличением сказать, что это была лучшая ночь в моей жизни.
Когда я прошла по квартире, чтобы перед сном выключить свет, я заметила остальные карточки, которые принес Уоттс. После того, как я выбрала одну, он положил их на кофейный столик. Я подумала, что он собирался забрать их с собой, но попросту забыл. Может, он планировал снова поиграть в эти карты? Я точно планировала.
Я взяла их и перевернула, просматривая одну за другой. На каждой из них была записана одна и та же фантазия.
Глава 8
Уоттс
Вторник и среда прошли в стиле старых Кэтрин и Уоттса. Мы не виделись, не разговаривали по телефону, не списывались. Вместо этого я отправлял ей электронные письма утром, на которые она отвечала мне днем.
В четверг мы тоже не обменялись ни одним сообщением, что было хорошо, потому что я не мог позволить себе отвлечься. Я закрыл свой книжный магазин на целый день, готовясь кое к чему, о чем нужно было позаботиться ночью.
Я провел целый день, проверяя соединение с камерами. Некоторые из них были установлены на верхней части фургона. Другие — на приборе ночного видения.
А большинство из них были установлены внутри дома, где будет разворачиваться основное действо. Я вел наблюдение в среду утром и, убедившись, что в доме никого не было, пробрался в него и установил камеры в каждой комнате.
Я просматривал записи с камер, на них было пятеро парней, которые, начиная с утра четверга, уходили и возвращались из разных мест. Иногда по двое или по трое, но никогда впятером.
Мне сказали, что одна из поездок была в место, где сдаются в аренду грузовики. Другая на ферму продовольственной компании в тридцати минутах езды от Балтимора. Они передвигались быстро.
Как и я.
Изображения из всех источников транслировались на три компьютера, установленных в моем подвале. Наверх я поднимался только чтобы поесть или сходить в туалет. В любом случае, я целый день просматривал записи. В том числе поступающие с оборудования, которое банда собиралась использовать ночью.
Я смотрел на их приготовления, на то, как они совершили несколько телефонных звонков, когда у них были вопросы по планировке дома, но еще до наступления десяти вечера стало намного интереснее.
Мои камеры позволили мне увидеть, как они подъехали к дому, так как у меня было место в первом ряду. Водитель припарковал фургон перед домом, поэтому я мог видеть, как они входят и выходят.
Мы ждали часа ночи для начала операции.
Как только они вошли внутрь, включилась камера ночного видения. Все было зеленым и чёрным, яркость регулировалась в зависимости от темноты в комнате.
Для начала — фойе. Затем — кабинет, в котором никого не было. Все подверглось тщательнейшей проверке.
Далее по коридору три спальни. Одну комнату парень отвел для себя, в двух других стояли сделанные вручную двухъярусные кровати.
Трое парней, которых я завербовал для этой работы, стояли в дверных проемах каждой из спален. Лидер поднял руку, оттопырил три пальца и начал складывать их по одному, ведя обратный отсчет.
А затем все три изображения осветились ярким светом. Это были вспышки от выстрелов.
Мой взгляд метался между тремя экранами в попытке наблюдать за разворачивающимися событиями в режиме реального времени. Я записывал их и мог пересмотреть позже, но хотел видеть все сейчас.
Первая спальня — парень сел на нижней кровати, но практически сразу же упал. Парень на верхней кровати поднял голову, но она быстро опустилась.
Вторая спальня — парень на верхней кровати сел, среагировал на открывание двери, но затем рухнул. Парень с нижней кровати скатился на пол, пытаясь нашарить что-то на кровати, вероятно, пистолет, но за миллисекунду свалился лицом вниз.
Третья спальня — парень вообще не двинулся, пока его не ударили, затем дернулся и так еще два раза, пока не остался в том же положении, в котором спал.
Все это случилось в течение десяти секунд. Всего, возможно, было пятнадцать выстрелов. Мои наемники проявили исключительную выдержку во время стрельбы, как я и ожидал.
Затем — размытость, когда парни бежали назад по коридору. Двое моих ребят покинули дом, в то время как один остался позади. Когда третий наконец вышел, они несколько минут оставались в фургоне, а камеры все еще показывали дом.
Я смотрел, как первые языки пламени лизали передние окна.
Миссия была завершена.
Кроме легкого чувства облегчения у меня не было других чувств к тому, чему я только что стал свидетелем. Произошедшее напомнило мне то, что я совершил много лет назад, и чего дальше не мог делать сам.
Теперь это было словно простой просмотр фильма.
Глава 9
Кэтрин
Кому: Кэтрин
От кого: Уоттс
Тема: Твое влияние
Когда я рос, мне не нравились понедельники. Я также не сильно наслаждался и воскресеньями, потому что на следующий день наступали понедельники. Одним из моих главных талантов в детстве была способность бояться. Я ненавидел в школе все, за исключением английского и истории. Воскресенья ужасны также и для взрослых. Они означают, что следующий день — рабочий. А значит конец двухдневного перерыва от каторги и свободного времени для игр.
Но после той ночи мое отношение к понедельникам изменилось. Я могу без тени сомнения или колебаний сказать, что прошлый понедельник был лучшим понедельником в истории человечества.
Не важно, что произошло в другой понедельник. Медицинский прорыв, совершенный в понедельник. Открытие планеты в понедельник. Финальная битва, спасшая империю в понедельник.
Ничто не сравнится с понедельником, который я провел с тобой.
Уоттс.
P.S. Обычно, когда дело касается выражения моих чувств, я не так многословен. Это был длинный, сложный способ сказать, что я не могу дождаться момента, когда похороню лицо между твоих ног.
Уоттс.
Кому: Уоттс
От кого: Кэтрин
Тема: Re: Твое влияние
Я пишу это, сидя на скамейке, о которой ты теперь знаешь, так что можешь вообразить себе открывающийся передо мной вид. Сегодня хороший день, и на бульваре не слишком людно. Я ем турецкий сэндвич с авокадо, который купила в гастрономе, и пью низкокалорийный спрайт. В общем, очень приятный обед.
Был, пока я не получила твое письмо.
Вы, сэр, очень жестоки. Я так надеялась, что ты будешь более романтичным, а в итоге решил сделать вот это? Я нахожу это оскорбительным и в некоторой степени унизительным. Не только в отношении меня, но и в отношении всех представителей моего пола.
Кэтрин
Кому: Кэтрин
От кого: Уоттс
Тема: Re: Твое влияние
Хорошая попытка, но я на нее не поведусь. В очень маловероятном случае, если ты все же серьезно, позволь мне дать такой душевный ответ: попробуй. В следующий раз тебе понравится еще больше.
Уоттс.
Кому: Уоттс
От кого: Кэтрин
Тема: Re: Твое влияние
Да, я знаю. Не заставляй меня ждать слишком долго.
Кэтрин
Эти электронные письма были самыми выдающимися моментами моей недели, пока Уоттс занимался тем, чем он там занимался. Час в дороге не такое уж длинное путешествие, и я сомневалась, что многие будут классифицировать наши отношения как «отношения на расстоянии». Но я все еще чувствовала расстояние в миллионы миль между нами, в основном по причине того, как он появлялся и уходил. И из-за того, что я не имела понятия, когда снова увижу его.