Словно в тумане Эдвард сделал пару шагов к выходу из комнаты, но дверь внезано исчезла. Вместо нее появился густой сизый туман, который полностью укрыл дверной проем. Суворов — младший сделал шаг и провалился в черноту. Снова та же комната, мало освещенная факелами, тот же постамент. Только теперь Эдвард ощущал запах гари от сгоревшего топлива и легкий сквозняк, ласкающий правую щеку. То что это не в его комнате происходит Эдвард прекрасно понимал, и от того по спине мерзким холодком побежали мурашки.
— Истинный наследник! Возьми меня! Открой! — голос сменил пластинку. Теперь он называл его истинным наследником и просил о помощи, взамен предлагая свою. Суворов сделал шаг вперед к постаменту. Ноги слушались плохо, но он преодолевая сопротивление двигался вперед. Наконец до постамента осталось пару шагов. Он сумел рассмотреть то, что было на нем. Стеклянный саркофаг, а под ним какое-то ужасное растение, которое извивалось своими многочисленными щупальцами и источала яд, который медленно стекал крупными каплями по прозрачным стенкам. То что кричал именно он, Эдвард был уверен. Он с трудом продвинулся еще на пару миллиметров, казалось, что невидимая сила специально не пускает его, чтобы подобраться поближе. Оставалось протянуть только руку. Эдвард вытянул раскрытую ладонь вперед — не хватило совсем чуть-чуть. Он напрягся и из его рта вырвался отчаянный крик. Пальцы предательски мазнули по стеклу и соскочили вниз. От боли Эдварда согнуло в поясе. Кажется он закричал. Потом комната с постаментом снова исчезла, погрузившись во мрак, он потерял сознание, но ощущал на пальцах холодную отполированную поверхность саркофага, а потом и это его последнее ощущение исчезло.
— Эд, Эдвард! Очнись! — кричал кто-то совсем рядом.
Суворов с трудом разлепил глаза и еле открыл пересохшие губы, выдавив из себя вымученную улыбку. Над ним, щекотя лицо своими кудряшками, нависала Орлинка. Она хлопала по щекам его, совсем не по-женски сильно, а он мог только улыбаться. Даже такие прикосновения этой девушки ему были приятны. Чуть позади нее стояла в домашнем халате Виктория, а у самой двери отец, так и не снявший очки и державший в руках какой-то учебник.
— Все нормально, — нашел в себе силы сказать Эдвард.
— Что случилось, сынок? — Виктория кинулась к очнувшемуся сыну, отодвинув плечом Орлинку. Видение прекрасной дивы исчезло, дурацкая улыбка сползла с лица Суворова.
— Опять видение? — бывшая жрица храма Кремь внимательно поглядела на друга детства.
— Да, только теперь оно было… реальное что ли? Я мог попробывать, пощупать все предметы там, даже ветер ощущал, — Эдвард посмотрел на свои пальцы, которые касались саркофага.
Виктория и Саша переглянулись, но ничего не сказали. Вместо этого отец Эдварда подошел поближе. Отложил книгу на кровать и помог сесть туда сыну.
— Ты как? — коротко спросил он.
— Ничего, пап. Жить буду!
— Это хорошо, — спокойно проговорил Суворов, — ходить можешь? — Эдвард коротко кивнул. — А завари-ка нам Орлинка кофе, да покрепче! Вика, помоги ей…
Виктория аккуратно взяла за плечи Орлинку и повела ее из комнаты, негромко приговаривая, чтобы и самой успокоиться, да и девушку успокоить.
— Сейчас они поговорят! Все выяснят, только не плачь! — попросила она, когда увидела слезы на длинных ресницах у жрицы храма Кремь, — ничего страшного не произошло.
Едва они вышли из комнаты, тихо притворив за собой дверь, Суворов повернулся к сыну и серьезно поглядел на него.
— Давно это у тебя началось? — очки он аккуратно положил на прикроватный столик.
— Вчера…
— Сын… — осторожно начал Саша. — ты только не обижайся, не подумай ничего плохого… А ты уверен, что эти видения… они как бы…. — он с трудом подбирал слова, надеясь, что худше опасения его не подтвердятся. А он уже привык к спокойной жизни. Все было так как он мечтал, так лучше если бы… — Вообщем ты уверен, что видения существуют на самом деле, а не плод твоего воображения?
— Чего?! — вскинулся Эдвард. — Отец, ты думаешь я псих?! Как ты можешь? Что за бред! — Суворов-младший отодвинулся от отца, вскочил со своего места и забегал по комнате.
— Да подожди, сынок! Если… ты многое пережил в раннем детстве! Возможно это отголоски прошлого! Может стоит посетить психиатора?
— Ты еще в дурку меня сдай! — крикнул Эдвард. — Нашли сумашедшего! Я четко вижу все предметы. Сегодня мне удалось их даже потрогать…
— Так все…
— Я не хочу об этом говорить! — Эдвард схватил из шкафа куртку, накинул на плчеи, одел спортивные и выбежал из комнаты. Перепуганная Виктория выскочила из кухни, но он ее ловко обогнул и пробежал к двери.
— Сынок, ты куда?! — закричала она, но входная дверь уже хлопнула перед самым ее лицом.
На крики из кухни появилась заплаканная Орлинка. Огляделась. Спросила:
— Что произошло? Где Эдвард?
— Он ушел… — развела руки в сторону Виктория.
— Точнее убежал! — добавил Суворов, появляясь в дверном проеме.
— Мне надо за ним! — вскрикнула Орлинка. Быстро накинула шубку, прыгнула в сапожки и, даже не застегиваясь, выбежала на лестничную клетку. И Саша и Виктория молча наблюдали за ее быстрыми сборами. Когда за ней дверь захлопнулась, Суворов тихо спросил у жены:
— А она-то куда?
— Она за любимым… — непонятно ответила Виктория и вернулась на кухню. — Пошли кофе пить. Уже остыл почти!
Суворов хмыкнул и прошел на кухню вслед за женой.
ГЛАВА 4
«Воронка времени»
Орлинка догнала Эдварда уже практически на выходе из двора. Несколько раз громко окликнула его, но он, не оборачиваясь, бежал куда-то одному ему ведомой дорогой. Наконец, она подбежала совсем близко и ухватила его за рукав расстегнутой куртки.
— Ты что оглох! — закричала она резко. Ее серые глаза блистали огнем, и, наверное, если можно было этим огнем испепелить, то от Суворова уже остались одни головешки, но ее порыв сразу схлынул, едва она увидела грустное лицо друга.
— Нет… — спокойно ответил он, смотря куда-то в сторону, отводя взгляд.
— Пошли домой! — потребовала девушка.
— Нет, — так же односложно отвтеил ей Эдвард и медленно пошел по аллее прочь от их кваритры.
Так они брели примерно около получаса, пока ноги их сами не вынесли на улицу 50-летия СССР, где располагалась их любимая пиццерия, где они частенько ужинали, когда у Орлинки и Суворова выдавалась свободная минутка. Атмосфера там была замечательная, прекрасная кухня, всегда спокойно и можно поболтать.
— Зайдем? — остановилась дотоле молчавшая Орлинка, снова дернув за рукав парня.
Он посмотрел на нее, потом молча распахнул перед ней входную дверь. В зале было темно, играла спокойная музыка, на окошко ненавязчиво мелькали разноцветные огоньки, огромные витринные окна представляли хороший обзор и из-за их любимого столика видна была вся улица вместе с суетящимися на ней, вечноспешащими куда-то людьми. Они заказали два кофе и стали ждать. Молчание затягивалось и первым его решила нарушить Орлинка:
— Куда ты побежал? Что случилось?
— Я не псих… — тихо проговорил Эдвард. — Я не такой, каким меня считает мой отец. Была б его воля он бы упек меня в дурку!
— Неправда! Он тебя очень любит… — возразила девушка. — Просто…
— Что?
— Просто любовь у него немного необычная…
— Ага! — съехидничал Суворов. — Настолько, что он готов родного сына запереть в психушке за какие-то видения. Но самое удивительное, что я их действительно вижу! — с горечью в голосе произнес Эдвард.
— Расскажи мне о них! — потребовала Орлинка, откинувшись на удобную спинку и скрестив руки на груди.
— Я вижу комнату, в ней два факела, которые освещают постамент, на котором под стеклом стоит нечто, что непрерывно зовет меня. Оно хочет, чтобы я пришел и освободил его из плена! Я незнаю, что это, но с каждым разом видения становятся все отчетливее. Утром я уже почти дотронулся до стекла. Не хватило совсем чуть-чуть, только пальцами мазнул…